Времени.net. 1977 год - Павел Алашкин

Я лежал в полной темноте и думал, что делать дальше.

Вопрос висел в воздухе. Единственным разумным ответом было — ничего. Нужно было расслабиться и получать удовольствие. В конечном итоге я сейчас псих, который обеспечен государством самым необходимым. Да еще и собеседник мне какой любопытный попался.

Сон накатывал волнами. В конечном итоге образ Татьяны, Михаила, моего маленького сынишки, который остался где-то там, в будущем, перемешались в радугу, и я крепко-накрепко заснул.

Волны океана подхватили меня своими мягкими руками и понесли куда-то вдаль.

Внезапно из его глубины всплыли куски льда. Они начали толкать и царапать меня. Через долю секунды я проснулся.

— Анатолий, вставайте, к вам тут приехали, — тряс меня за плечо уже знакомый санитар.

— Что случилось? — спросонья не понял я.

— Да ничего не случилось, я же говорю — делегация к вам приехала, поговорить с вами хотят.

— Ничего себе, а до утра эта делегация подождать не может? Ночь же на дворе, и спать очень хочется.

— Давайте, давайте. Приказы не обсуждают. Их выполняют.

Я нехотя встал и начал медленно одеваться.

Вся эта возня разбудила Михаила.

— Ты куда это собрался, ночь же?

— Да вот сам не знаю. Ведут куда-то. Санитар говорит, что делегация за мной приехала.

— О как! Боюсь, что не к добру это.

— Почему?

— Чувствую.

Санитар, который терпеливо слушал наш разговор, скривил рот.

— Да ладно, не брешите попусту.

— Ладно, будем надеяться, что увидимся еще, — добавил я.

Мы вышли из нашей палаты и пошли по ночной больнице. Из палат доносились какие-то странные звуки, шорохи, крики и бормотание.

— И такая какофония у вас здесь каждую ночь? — спросил я у провожатого.

— Да это тихо еще, бывает, что так визжат психи, что самому кажется, что с ума сходишь.

— А что за делегация?

— Понятия не имею, Арсен всю больницу на уши поставил. Тебя велели срочно привести.

Наконец мы подошли к кабинету, из-за двери которого пробивался яркий свет.

Я толкнул дверь и вошел внутрь.

В первую секунду ничего не увидел — так ярко светила лампа. Глаза проглотили световую бомбу и начали восстанавливаться.

Вначале я увидел стол, за которым сидел Арсен, а рядом с ним мой старый добрый знакомый, про которого я уже думал, что никогда не увижу.

— Юрий Тихонович, это вы?!

— Толя! Ну слава богу. А я до последнего момента думал: ты это или не ты. Хотя наш агент довольно четко тебя описал.

— Вот уж не ожидал вас увидеть. Я-то было подумал, что я вам уже более не нужен. Вот и не ищете меня.

— Еще как ищем! Видишь, за 10 дней практически нашли. В общем, давай так поступим. Нас с тобой срочно ждут в НИИ, все рассказы после, сейчас не надо.

— Хорошо, Юрий Тихонович, но у меня есть одна просьба.

— Какая?

— В этом заведении есть еще один человек из будущего. Давайте его тоже с собой возьмем.

— Ну ничего себе, — рассмеялся Юрий Тихонович, — сколько вас тут, засланцев, у нас!

— Пока только двое.

— А ты ручаешься за него?

— Совершенно стопроцентно. Я его знаю еще по той жизни.

— Ничего себе. Понятно, ладно, товарищ Арсен, второго я тоже забираю.

— Конечно, конечно, — наконец открыл рот молчавший как рыба врач.

Было видно, что совсем недавно у него состоялся тяжелый разговор, и в результате ему здорово надавали по шапке.

— Ну и замечательно. Готовьте их к выписке. И помните о том, что я вам сказал.

— Юрий Тихонович, вы не сомневайтесь. Я все сделаю в лучшем виде.

— Хорошо.

Откровенно говоря, я обрадовался, увидев Юрия Тихоновича — было в этом человеке что-то подкупающее, со стороны он казался добрым, честным и открытым. Одним словом, как говорится — свой человек в доску.

Эти впечатления отодвинули на второй план размышления о том, что меня хотели убить.

Впрочем, сейчас уже было поздно думать на все эти темы. Я в очередной раз убедился в том, что многое в моей судьбе от меня не зависит.

— Юрий Тихонович, мне многое вам надо рассказать.

— И мне тебе. Только попрошу — не стоит думать, что КГБ хотело тебя устранить. Точнее, если быть честным, такое мнение поддерживали ряд товарищей. Но, с выяснением новых подробностей, эти мнения были подвергнуты жесткой критике и больше не рассматривались.

— Вот это да! А я столько переживал из-за этого. Думал, что все, хана мне.

— Извини, что заставили, точнее, дали повод так думать. Я все-таки считаю, что основную роль в появлении этой мысли у тебя сыграл господин Миногер из американской разведки.

— А вы схватили его? Он же на подводной лодке в Турцию уплыл.

— Уплыть-то уплыл, но не далеко. Давай мы побыстрее уедем отсюда и обсудим эти вопросы, а то мне это место совершенно не нравится.

— А я как-то спокойно к нему отношусь, можно сказать, что я даже привык к больнице, хотя нахожусь здесь всего второй день.

— Ты мне лучше вот что скажи. Ты на сто процентов уверен, что твой новый знакомый — из будущего?

— Я бы даже сказал, на двести. Это очень известный человек, кумир молодежи, известный рок-музыкант, его зовут Михаил Кочегаров. В наше время была распространена версия, что он погиб в автокатастрофе, а на самом деле, он совершил прыжок в прошлое. Аж в 1967 год. То есть он тут уже десять лет.

— Ничего себе! Я думаю, что ты сам, наверное, хочешь сообщить ему о нашем отъезде?

— Конечно!

— Арсен Николаевич, распорядитесь, чтобы Анатолий спокойно дошел до палаты и обрадовал своего соседа.

— Да, да, конечно, Юрий Тихонович.

Арсен взял телефон и позвонил санитару.

— Да, Арсен Николаевич, после того как они там пообщаются на эту тему, я попрошу ваших сотрудников проводить их к машине, наверх.

— Как скажете, все сделаем.

— Толя, тебе 10–15 минут хватит?

— Конечно, о чем разговор.

Знакомый санитар показывал дорогу. Было видно, что он пребывал в хорошем расположении духа.

— Скажите, а это вы рассказали про мое появление здесь Юрию Тихоновичу?

— Ну что вы, я слишком мелкая сошка, чтобы быть напрямую знакомым с ним. Но в общем приложил немного руку к этому процессу.