Плюс на минус - Андрей Уланов

– Прапорщика Усачева бы с этим дедком познакомить. – Парень помотал головой, вытряхивая из волос остатки сора. – Тогда я бы посмотрел, чего можно добиться, а чего нельзя. Ладно, леший с ним… с лешим. Главное, менты теперь от меня отцепятся.

– Ссылаться следователю на нежить?! – фыркнула я. – Ты в своем… ну хоть каком-нибудь уме?

– Здрасьте! – возмутился Саня. – Охранять лешего, значит, надо, а в его существование верить – не обязательно?

– Не в этом дело. Нежить обожает врать – не со зла, просто ей так интереснее. Поэтому ее показания могут использоваться только в качестве косвенных улик. Да и как ты лешего в суд затащишь?

Парень приуныл и чихнул еще раз.

– А что это он ляпнул напоследок?

– Понятия не имею. – Я огляделась, но с исчезновением лешего поляна ничуть не изменилась. Странно, я могла поклясться, что он задумал какую-нибудь пакость вроде второго капкана… – Ой, Сань, смотри!

На земле между нами лежал сапог. Высокий, почти до колена, с острым загнутым вверх носом и гладкой кожаной подошвой, подшитой суровой ниткой.

Парень наклонился и осторожно поднял его за краешек голенища. С сапога закапало, отчетливо запахло тиной и соляркой.

– Может, леший его имел в виду?

– Думаешь, это сапог убийцы? – отшатнулась я.

– Похоже на то. Леший говорил, что убитого пинали ногами, – значит, на обуви убийцы должна была остаться кровь. – Саня повертел сапог перед глазами, однако едкая болотная вода напрочь смыла с кожи все следы злодеяния. – Вот он поскорей от них и избавился.

– А от меня-то ему зачем избавляться? – нервно поинтересовалась я.

– Хороший вопрос, – фыркнул парень. – Что ж ты у старичка-то не спросила? Он бы нам еще каких обносков подкинул.

– Я не спрашиваю, а посоветоваться хочу!

Сане это польстило, и он перестал ерничать.

– Может, во время разговора с ролевиками ты увидела что-нибудь лишнее? – предположил парень. – И он решил убрать свидетеля.

В таком случае убийца был еще более контуженным, чем Саня, а такое я представляла с трудом.

– Что, например? Я даже лицо мастера, с которым пять минут ругалась, толком не запомнила – темновато уже было. К тому же на поляне человек двадцать стояло – ему теперь что, всех по списку убивать?

– Может, он кустами крался, а ты в ту сторону смотрела?

– Сань, мало ли кто там куда крался! Вдруг у него просто от эльфийского супа-концентрата живот прихватило?!

– И ты никого из них не узнала? – продолжал упрямо гнуть свою линию парень.

– Говорю же тебе – нет!

– Блин, ты бы хоть попыталась вспомнить! Он-то тебя… – Саня заметил телефон, который я все это время продолжала машинально сжимать в руке. – Ты что, кому-то звонила?!

– Не твое дело, – огрызнулась я, задетая его агрессивным тоном. – Мой телефон, кому хочу, тому и звоню!

– Дай сюда!

Ничего я давать, разумеется, не собиралась, но Саня был сильнее. Через две секунды моя рука оказалась заломленной за спину, а мобилка закувыркалась в воздухе и почти без плеска канула в воду метрах в двадцати от берега.

– Нет у тебя больше телефона! – откомментировал парень ее полет и, чуть ослабив захват, скомандовал: – К машине, живо!

На водительское место меня пихнули так, что я чуть не вылетела с противоположной стороны «гольфика».

– Ты что себе…

Мокрый сапог шлепнулся на заднее сиденье, прямо на велюровую обивку.

– Заткнись и рули!

Глаза и голос у Сани были такие бешеные, что возмущаться я не посмела. Пока современной женщине не доведется столкнуться с разъяренным мужчиной, она даже не представляет, насколько он сильнее нее. А еще говорят: феминизм, эмансипация…

Парня отпустило, только когда мы выехали на шоссе: он откинулся на спинку кресла и разжал побелевшие кулаки.

Но теперь уже трясло меня.

Мобилка стала последней каплей, переполнившей ночной горшок наших с Саней отношений. Ну кому надо отслеживать мой телефон?! Я ж не подозреваемая, в худшем случае – свидетельница. Да и то: ролевики подтвердят, что я удрала из лагеря даже раньше них. Правда, Вадим видел нас с Саней в гипермаркете, но у моего бывшего неважная память на лица, тем более на фотографии в каких-то там новостях. Нет, решено: надо как-нибудь избавиться от Сани. Не с помощью сука, конечно, – возьму машину, когда параноик заснет, и рвану в город, в родную милицию. Пусть она меня бережет, как обещала. Теперь, когда я знала, что убийца – обычный ролевик, страх перед ним почти пропал. Позвоню Серафиму, доложу о разговоре с лешим, пусть копнет по своим каналам… а я пока дома под охраной посижу, могу даже в участке у дяди Пети…

Меня охватил такой столбняк, что если бы дорога внезапно вильнула, то я спрямила бы ее сквозь дерево. К счастью, шоссе было прямым, как стрела, и по нему навстречу нам летел черный бумер с тонированными стеклами. Лобовое блестело на солнце, как облитое маслом.

Я не запомнила его номера ночью и не стала глядеть теперь, но у меня не возникло и тени сомнений, кто сидит за рулем. Только и оставалось беспомощно наблюдать за его приближением, ожидая чего угодно – от выстрела в упор, из базуки в том числе, до лобового столкновения.

Машины со свистом разминулись. Не столь впечатлительный Саня тут же обернулся и проследил за удаляющимся «бумером».

– К озеру завернул, – злорадно сообщил он. – Мобильник твой ловить.

Черный гроб давно скрылся из виду, а моя душа продолжала сидеть между педалями газа и тормоза, чтобы хотя бы в ней не наделали дырок.

Откуда у «обычного ролевика» такие связи?! Сомневаюсь, что в центральный офис сотовой службы можно запросто зайти с улицы и, подкупив операторшу шоколадкой, упросить ее отследить телефончик «гулящей жены» или «любимой девушки, которой хочется сделать сюрприз».

И откуда у простого оперативника такая машина? Теща на Новый год подарила?! Тут уже спецслужбами пахнет, а то и… профессиональным киллером. Если бы Саня не перекрасил машину…

Вся моя бравада испарилась, как тот леший. От убийцы такого уровня меня не спасет даже камера одиночного заключения! А единственное мужское плечо, которое могло защитить меня от вражьей пули, в данный момент находилось на расстоянии тридцати сантиметров, но ни малейшего желания служить бруствером не изъявляло. Саня небось сейчас тоже прикидывал, как бы от меня избавиться… и правильно делал!

– Сань, я не звонила, – дрогнувшим голосом призналась я. – Он сам, я решила – не туда попали… и номер не определился…

– Зато ты определилась, – уже спокойно (по крайней мере, очень стараясь) сказал парень. – Вообще нельзя было включать.

– Но я же только на минутку, время посмотреть! Мог бы просто выключить, выкидывать-то зачем…