Готика. Любовь и Ненависть - Галина Алексеева

В темнице стало так тихо, чтодаже стал слышен писк крысы. Я смотрела вниз, под ноги и стояла так, какпровинившаяся девочка. Я боялась посмотреть Габриелю в глаза, не смела. Впервый ра за всю жизнь я почувствовала себя не человеком, а тварью, жалкойтрусливой скотиной. Знаю, что я и раньше не вела себя достойно, но никогда незадумывалась о собственных поступках, что чувствую по отношению к самой себе.

- Готика...

Его голос прозвучал в этоймертвой тишине, как то жалобно и умоляюще.

Я медленно подняла голову ипосмотрела ему в глаза. В них я не видела сжигающей ненависти, лишьбезграничную боль от предательства.

Я все еще могу все изменить,ведь невозможно поступить так с ним, он этого не заслуживает. Медленно, словново сне, моя рука начала отодвигать щеколду. И вот, когда уже нужно было сделатьнажим и посильнее двинуть ее влево, случилось это..

Я вскрикнула от резкойобжигающей боли в боку. Быстро поняв в чем дело, я сбросила куртку.

- Черт!

Моя рубашка была прожжена, набоку был небольшой ожог.

- В чем дело? - обеспокоенноспросила Габриель, который, как и я не понял, что произошло.

- Не знаю...

Неужели, кто-то понял, что явела двойную игру и поэтому положил мне в куртку какую-то штуку от которой ямогла к черту сгореть?! Пока в голове у меня проносились десятки вариантов ктобы мог подложить мне это, я решила удовлетворить свое любопытство. Что это заштука такая?

Я подошла к куртке и поднялаее двумя пальцами. Габриель все это время молчаливо наблюдал за мной. Осторожнозасунув руку в карман, я достала то, что я по темноте знаний своих называлапросто "штукой". Эта вещь оказалась весьма знакомой - камень"Истинного Повелителя". Он был такой горячий, что можно было подуматьего засунули в костер и продержали там ни одну минуту.

Я ошарашено уставилась нагорячий камень.

- О Боже... - пробормоталГабриель, наконец, увидев камень.

Я взглянула на него. Он, также как и я в шоке смотрел на то, что я держала в руке.

Ну и где же твое ликование,вампир?

Усмехнувшись, я ехиднопроизнесла.

- Что же ваше будущееПовелительство? Надеюсь, Вы не против того, чтобы посидеть здесь пару часиков?

Камень был кроваво-красным...

Глава 10

- Я была так глупа...Оказывается, будущий правитель постоянно находился у меня перед носом, а я дажене знала!

- Я был не менее глуп!Причиной всех восстаний была ты! И постоянно находилась у меня перед носом, а ядаже не знал! - то ли грустно, то ли весело сказал Габриель.

Он стоял в камере,прислонившись спиной к стене и скрестив руки на груди. Сейчас он совсем не былпохож на разъяренного вампира, каким должен быть. Скорее он выглядел...уставшим. Я то думала он будет вопить и пытаться перегрызть прутья решеткизубами. Хотя, возможно, Габриель скрывает свои эмоции.

Я вздохнула.

- Ты очень умело скрывала своюненависть, - спокойно обратился ко мне вампир. - Я бы никогда не догадался...

Я хмыкнула.

- Ну, если бы догадался, тоздесь бы не сидел.

- Логично, - согласился он. -Хотя знаешь, тут так тихо, спокойно, никто не мешает думать, никто не вопит...Покой и тишина.

Его невозмутимость началавыводить из себя. Как он может вести себя, как будто все, происходящее с ним -неизбежность? Чтобы поддеть его, я ехидно произнесла:

- О да! Тут просто идиллия посравнению с тем, что происходит сейчас там, - пальцем указала вверх. - скороПовелителя не будет, начнется война, все поубивают друг друга...

Габриель тут же нахмурился.

- Ну, мне пора, - будничнымтоном произнесла я, забросив сумку на плечо. На холодном полу я нащупалакамень, - Габриель внимательно посмотрел на камень, не меняя своего положения.- А это, - сказала я, проследив за его взглядом, - Заберу себе. Как напоминаниео том, что я здесь натворила.

Габриель криво улыбнулся.

- Забирай! Мне плевать нанего!

Он сказал это таким тоном, чтоя не усомнилась в его словах. Ему действительно было наплевать на этот камень.Казалось бы это странно для будущего Повелителя. Но он им и не станет. Каменьбудет у меня, и Габриель не сможет подтвердить народу свою истинность, к томуже, что-то мне подсказывает, что вампирам еще не скоро понадобится правитель.

Я направилась к выходу. Нословно какая-то сила заставила меня развернуться и спросить.

- И каковы были твои ощущения,когда ты узнал, что являешь сыном своего Повелителя и достойным наследникомтрона?

Габриель, внимательнопосмотрел на меня. Этот взгляд... такой прощупывающий... Нет. Это не тотвзгляд, которым смотрел на меня Повелитель, пытаясь понять, что я из себяпредставляю. Тот был холодный, отчужденный, а Габриель словно пытался запомнитькаждую черточку моего лица. Для чего?

- Если ты думала, что я будукричать от радости, то ты ошибалась, - тихо сказал он, - Похоже ты слишком маломеня знаешь.

Это меня задело.

"Неправда! Я знаютебя!"- хотела крикнуть я, но не стала. К чему это?! Уже слишком поздночто-то менять. В последний раз взглянув на вампира, я вышла.

- А я вот любил человека,которого и никогда не было. Была лишь оболочка, притворство....

Это было последнее, что яуслышала.

Прости, Габриель.

* * *

Нет ничего страшнее бунта.Когда народ, не ведая что творит, убивает друг друга, разрушает все на своемпути, попутно сжигая в себе все человеческое. Когда все это происходит, нетникого, кто понимал бы, что происходит, стираются границы между добром и злом.Добро и зло... Этого ничего нет. Никто не знает, кто друг, а кто враг.

Злоба, ненависть, все течувства, которые мы всегда прячем глубоко внутри себя и не даем им спуску,выползают наружу и происходит взрыв... Они затуманивают твое сознание, заставляясовершать то, что о чем будешь сожалеть очень-очень долго.

Я пинком распахнула дверьтронного зала. Повелитель. как и при первой нашей встрече, неподвижно сидел насвоем троне. Его лицо не выражало никаких эмоций - статуя. Глядя на него,нельзя было понять, о чем о думает, какое у него настроение. Кто знает его?Только он сам. По крайней мере, глядя на него, можно было сразу понять, что вданный момент он не спешит предпринимать какие-то действия по усмирениюбунтующей толпы. Или он думает, что последним кого они собираются убитьявляется он сам?! Если это так, то никого глупее его в этой жизни я еще невстречала.