Корона Руперта - Дмитрий Евдокимов

Кое-кто из молодых волшебников попытался перечить представителю старшего поколения, но тот прикрикнул еще раз, заставив-таки молодняк ретироваться в лагерь.

Избавившись от шумного соседства, старые волшебники долго всматривались в силовые линии барьера, время от времени пытались разорвать их или подвергали воздействию различных заклинаний. Не добившись результата, тихонько совещались друг с другом, затем вновь пробовали найти решение. Девушка все это время, скромно присев в сторонке, зарисовывала схему магических линий на листе пергамента.

Продолжалось это действо никак не менее часа и заинтересовало вновь находившуюся на своем наблюдательном пункте Ангельму гораздо больше бездарной и бессистемной суеты предыдущих визитеров. Здесь уже чувствовались и мастерство, и большой, по местным меркам, жизненный опыт.

– А ну-ка, давай, выходи! – громко потребовал сердитый старикан. – Нечего по кустам прятаться!

Прозвучало это настолько неожиданно, что магесса не сразу поняла, что обращаются к ней. А когда поняла, чуть не упала с облюбованного постамента. Она наблюдала за загорцами сквозь живую изгородь, а силовые линии барьера надежно скрывали ее амулеты и источник силы от магических взоров извне.

– Давай-давай! – не унимался старик. – Долго мы ждать будем?

– Чего тебе, дед? – недовольно осведомилась Ангельма, выходя из-за изгороди.

– Какой я тебе дед? – гневно тряхнув головой, возмутился старый загорец. – Ты чего сюда пришла? Чтобы хамить мне?

– Полегче на поворотах, дедуля! – имперская волшебница недовольно нахмурилась, отмечая, что все трое представителей Загорья предусмотрительно активировали свои магические щиты – в отличие от молодняка, легкомысленно считавшего, что если они никак не могут проникнуть за барьер, то и из-за барьера их никто не достанет. – Тебя вежливости не учили?

– Можно подумать, тебя учили! – не унимался старый волшебник. – Пришли в чужую страну и творите здесь гадости всякие!

– Это всего лишь недоразумение! – с неподдельной искренностью в голосе заявила Ангельма. – Мы для того и просили молодых людей, полдня паясничавших здесь, пригласить сюда наместника провинции или кого-то из его представителей.

– Нашли с кем разговаривать, – как ни странно, но пренебрежительный отзыв о группе молодых магов добавил имперской магессе уважения в глазах старика. По крайней мере, он заметно сбавил тон. – Эти бездари двух слов связать не могут.

– Прошу извинить нас за резкие слова, – извинился за всех сразу другой старичок – пониже и помоложе первого, – меня зовут Эри Мейло. Я – мейстер Северной провинции, а следовательно – лицо официальное. И я гарантирую, что все сказанное мне будет доведено до сведения наместника без искажений.

– Я так понимаю, что над мейстером есть еще гроссмейстер? – вежливо уточнила волшебница из Империи.

– И что же, – вновь влез в разговор первый старикан, – вас не устраивает второй человек в магической службе наместника?

– Хм, ну, не то чтобы не устраивает… Просто интересно знать, почему нас не почтил своим вниманием сам гроссмейстер?

– Да что вы о себе возомнили! – вспылил спутник мейстера, но был остановлен самим Эри Мейло:

– Успокойся, Стивор! Ничего предосудительного в этом вопросе нет. Поскольку гроссмейстер нынче в отъезде, я исполняю его обязанности.

– Простите мне мое женское любопытство, – Ангельма была сама любезность, – а по поводу общения – тоже извините. Нельзя ли назначить встречу на завтрашнее утро? Дело в том, что наш предводитель тоже временно отсутствует, а вести переговоры от его имени он никого не уполномочил.

– Что значит – отсутствует? – обеспокоился Мейло.

– Да вы не волнуйтесь, – успокоила магесса, – к утру он обязательно вернется! Только нас все-таки больше бы устроил разговор с наместником, раз уж гроссмейстер в отъезде.

И, мило улыбнувшись, Ангельма исчезла за живой изгородью, оставив местных магов наедине с обескураживающим известием о способности пришлых волшебников спокойно покидать вроде бы блокированное поместье и возвращаться обратно.

В это самое время Хош в летнем павильоне рассказывал Бизарду последние новости, вызнанные им от одного неосторожно отбившегося от толпы местного волшебника:

– Он даже пикнуть не успел, когда я ухватил его за ворот и повалил на землю. Похоже, они всерьез уверены, что мы замкнуты внутри барьера.

– Надеюсь, ты его не убил? – невозмутимо спросил греющий руки над переносной жаровней Бизард.

– Он был так смешон в своем испуге, что у меня даже мысли такой не возникло.

– Полезное что-то узнал?

– Не так много, как хотелось бы, – южанин скорчил кислую гримасу, – на пятом перевале ночью был бой, и известий о прорыве лэссэнаев пока нет. А если так, то уже вряд ли будет – сегодня к защитникам весь день должны подтягиваться подкрепления.

– Бу Асседо – очень сильный маг, – не согласился Старый, – не представляю, кто из местных в этой глуши мог бы остановить его. Что еще?

– Наместник уже в лагере, но не решается ни на какие действия по отношению к нам, пока не получит известий с севера.

– А что вообще говорят про нас?

– Считают, что мы в ловушке, – ухмыльнулся Хош, – и, как только найдется способ пробить барьер, наша песенка будет спета.

– В данном случае плохо, что нас недооценивают, – Бизард задумчиво посмотрел на товарища, – для переговоров нужна сила. Придется завтра провести аккуратную акцию устрашения.

– Ну, хоть что-то! – бритоголовый на радостях хлопнул в ладоши.

– Я думал, что преподанного им урока в Мейри будет достаточно, – старый маг вздохнул так тяжело, словно ему действительно было жаль непонятливых загорцев.

– А эти, – Хош неопределенно махнул рукой в сторону палаточного лагеря, – они городские. И деревенских себе ровней не считают. Так что им отдельный урок нужен.

– Что за уроки? Кто кого чему учить собрался? – на садовой дорожке появилась улыбающаяся Ангельма.

Южанин недоверчиво обернулся – очень уж жизнерадостным показался ему голос магессы. А коли так – жди подвоха, это уж он за время общения с ней усвоил твердо. И действительно, волшебница уже мысленно наслаждалась только что придуманной маленькой словесной шпилькой для молодого товарища:

– Хош, я с друзьями твоими общалась, – радостно заявила она.

– Показалось, – отмахнулся тот, – у меня нет друзей!

– Судя по возрасту, они только твоими друзьями и могут быть, – не согласилась магесса, – правда, выглядят не так хорошо, как ты. Хотя одному лет восемьдесят, второму – всего лет шестьдесят! Такие забавные старички примерно твоего возраста!

– Я-то не старичок! – сделал вид, что обиделся, южанин.

– Извини, больше не буду тебя старичком называть, – подойдя к Хошу, она ласково погладила его по бритой голове, – только малышом – и никак иначе!