Бури над Реналлоном - Дмитрий Веряскин

Маг же, напротив, перестал напоминать выходца, на щеках появился румянец, согнутые плечи расправились, глаза заблестели. На ладонях его загорелось недоброе голубое сияние. Матросы видели такое во время битвы, когда огромные молнии, выпускаемые магом, вдребезги разносили корабли.

Телохранители почившего короля, не поднимаясь с колен, попятились. Они были прекрасными воинами и, не задумываясь, защищали своего повелителя от любой опасности даже ценой жизни. Но повелитель был мертв, его убийца стоял над телом, а просто так умирать никому не хотелось.

Некромантия – страшная сила. Гонимая и запретная, но оттого страшнее вдвое. Просто враг и просто маг может тебя убить – эка невидаль! Некромант же не только убьет, но и пленит твой дух и заставит исполнять свои прихоти.

На пропитанном мистикой юге умереть не боялись. Но до дрожи страшились остаться в гниющем теле, попасть к престолам богов не с оружием в руках, в час славы, а вымазанным гноем и смердящим мертвечиной. Какое может быть посмертие у такой души?

Маг оглядел застывших в напряженном молчании матросов и показательно удивился:

– Ну, что стоим? Похороните вашего бывшего короля по морскому обычаю. И за работу, мерзавцы! Я кому сказал, что грядет буря?! На корм рыбам пойти хотите?

«Похороните» – это значит, страшный некромант не будет глумиться над духом убитого. А может, и над душами попавших в его лапы моряков? Команда зашевелилась и бросилась выполнять свою работу.

Ветер действительно усилился.

Явление первое

Допрос

В столицу воздушным судам хода нет. Так было заведено еще две сотни оборотов назад, после войны с Карталем, когда воздухопорт Дарлана был использован нападающими для высадки десанта. Отбиться тогда стоило большой крови и больших разрушений. Империя выстояла, но воздухопорт был перенесен в Сиртон, ближайший город. Тогда же появилось Уложение, предписывающее ограждать территорию воздухопортов стеной с пулеметными гнездами и карантинной зоной.

Так что «стрекоза» завершила свой полет в полудне пути от Дарлана, на свободном поле у пятой причальной башни Сиртона. Аппарат сразу же оцепили гвардейцы, а всю летающую компанию вместе с очнувшимся офицером препроводили в карантинный блок.

Безопасность безопасностью, но в помощи путешественникам не отказали, а офицера даже унесли куда-то целители.

Полукровки остались одни в обширном бараке с узкими воздушными щелями под потолком.

– Вот так попали… Что будет дальше? – спросила Несса, разглядывая выложенный каменными плитками пол.

– Дальше карантин, – флегматично отозвался Инглав. Все оружие они потеряли еще на борту курьера, а без палаша тас’шер чувствовал себя неуютно.

– Но мы же ни в чем не виноваты! – с горечью воскликнула квартеронка, не отличавшаяся самообладанием.

– Об этом знаем ты, я, догадывается наш друг Тарташ и, может быть, подозревает спасенный тобой офицер. А чиновники порта видят в нас неизвестных нарушителей, угнавших «стрекозу» и нанесших раны офицеру имперского воздушного флота. Ничего, все образуется. Про курьера здесь наверняка уже знают. Значит, вскоре нас позовут на допрос, а там, глядишь, и отпустят с миром. Нашей вины нет ни в чем. А заслуга какая-никакая имеется. А ты спрашивала – «зачем он нам». Вот за этим, – усмехнулся тас’шер.

До вечера полукровок никто не тревожил, лишь принесли еду ближе к закату. Несса не смогла заставить себя есть, а мужчины с удовольствием поужинали.

Наутро, как и предсказывал Инглав, их повели на допрос. По отдельности.

– Имя? – с порога спросил офицер в черном кителе имперской службы безопасности. Ни приветствия, ни предложения сесть.

– Н-Несса…

– Ну и имена у этих ублюдков, – еле слышно пробурчал писарь, примостившийся в углу.

– Ну разумеется, Пигрин Ропунжоль куда лучше и благозвучнее, – огрызнулась девушка, выходя из себя. Писарь булькнул что-то и побагровел.

– Менталист? – поинтересовался вкрадчиво офицер, крутя в руках какую-то безделушку.

– В данном случае обладатель хорошего зрения, – ответствовала Несса, все еще ощущая себя не в своей тарелке. – У твоего человека на груди бирка висит. Как у ерана, чтобы никто не перепутал.

– Угу-угу… – Офицер явно повеселел. – Оскорбление имперского служащего при исполнении. Хорошо начинаешь, грассина Несса. – Он вдруг подался вперед: – Только закончить можешь плохо! Прекрати ерничать, отвечай на вопросы!

– Задавай, – сбавила гонор девушка, мысленно считая до ста. – Пока что на все заданные вопросы – целых один! – я ответила.

– Фамилия?

– Что это? – Ар’шасс смутно припоминала, что у людей еще существуют какие-то фамилии. Но что это и зачем – память ничего не подсказывала.

– Прекрати паясничать! Твоя фамилия?

– Не знаю, – пожала плечами квартеронка, с трудом удерживаясь от желания потискать кончик хвоста, как обычно при волнении. – Мне никто никогда про это не говорил.

– Они дикари, грасс амонтан. У них не бывает фамилий, – довольно произнес писарь.

– И как же их различать? – повернулся к подчиненному офицер.

– Согласно пункту седьмому раздела три точка четыреста шесть, все выходцы из кланов последышей демонов именуются по названию клана. Так что тебе лучше будет спросить, как называется ее клан. Быть может, дикарка это знает.

Офицер вновь принялся крутить непонятный предмет в руках, старательно не глядя на Нессу.

– И как же называется твой клан, грассина?

– Понятия не имею… Честно! Я не вру! Я ничего не помню о прошлом. Словно родилась на борту этого курьера…

– Ну конечно же! Только родилась – и сразу «стрекозу» угнала… У вас в клане все новорожденные такие талантливые?

– Понятия не имею… – пожала Несса плечами.

Этот офицер вызывал у нее смешанные чувства. Откуда-то она боялась черной формы. («Я встречала уже таких? Когда?») С другой стороны – низший откровенно нарывался, и кровь демона начинала бурлить, вызывая почти неудержимое желание сделать смертному больно, очень больно… насладиться этой болью… А с третьей, напутствие Инглава: «Держи себя в руках, что бы ни случилось, держись. Иначе мы тут останемся надолго. А нам уже завтра надо быть в столице! Смотри, сейчас от тебя все зависит». Оно заставляло ее сдерживать и раздражение, и инстинкты… оставался только страх. Но чего ей бояться хлипкого низшего? У него даже оружия не видно. Еще одна загадка.

– …Не будете сотрудничать со службой безопасности – мне придется задержать вас до выяснения, – донеслось до нее.

Несса твердо посмотрела имперцу в глаза:

– Прошу зафиксировать: я не отказываюсь сотрудничать. Но твое поведение, офицер, неконструктивно. Я выпускница летной школы северо-западной флотилии империи, имею летный допуск «красный», без обязательной службы в рядах имперского воздухоплавательного флота. По косвенным признакам, со мной произошла неизвестная мне катастрофа, в результате которой я частично лишилась памяти. Припадков, конвульсий не было замечено, самочувствие хорошее. Основы управления воздушными судами помню. Курьер, на котором мы летели в Дарлан, был атакован неизвестным мне корветом. Действиями команды нападавший был уничтожен. Но в результате взрыва корвета загорелся и сам курьер. В момент взрыва отключилось защитное поле «стрекозы», что позволило мне и моим… друзьям спастись. Вот все, что я могу сообщить имперской службе безопасности. Вопросы о моем прошлом мне сейчас задавать бесполезно. Выпускник Несса доклад завершила.