Корса. Дорогой вора - Сергей Гросс

– Какого хрена тебе было нужно? – открыв глаза, я задал вопрос срывающимся голосом, лежащему рядом остывающему трупу.

Но он не ответил, продолжая смотреть безжизненным взглядом в ночное небо. В его пустых глазах, в которых ещё только пару мгновений назад бились злость, отчаяние и страх, отражались только луны этого безумного мира.

Со склада мы выбрались довольно быстро и без приключений. Дождавшись пока наряд стражи пройдет мимо, мы скрылись с добычей в темноте узких переулков, предварительно заперев за собой дверь. В течении часа пришлось идти по извилистым улицам ночного города, вжимаясь в стены и прячась от каждого прохожего, которому не спалось этой ночью. Всё это время, я тащил два мешка с товаром, за который, по словам Аласта могли запросто повесить и тихо матерился.

Вскоре Аласт нас вывел в очередной переулок и свернул во двор покосившегося одноэтажного дома. Там нас уже ждали трое мужиков, стоящих рядом с телегой, забитой мешками и тюками. Остановившись, наш предводитель скинул мешок, который тащил и подошёл к одному из встречающих нас людей. Пожав друг другу предплечья, они перебросились парой фраз, после чего тот, с которым разговаривал Аласт, кивнул своему коллеге, самому молодому из троицы. Парень подошёл к мешку, брошенному нашим предводителем, развязал завязки и вытащил под свет лун горсть какой-то чёрной соломы. Понюхав содержимое, местный последователь Боба Марли забил ей вытащенную из-за пазухи трубку и прикурив от фитиля лампы, сделал глубокую затяжку. Постояв пару мгновений прикрыв глаза, парень выпустил из лёгких облако сизого дыма и удовлетворённо крякнул, кивнув своему главному.

Аласт махнул нам рукой, и мы принесли оставшиеся шесть мешков, сбросив их рядом с телегой. Содержимое было придирчиво изучено и только после того, как покупатели осмотрели весь товар, в руки Аласта перекачивал позвякивающий кошель внушительных размеров. Вновь пожав друг другу предплечья, наш предводитель распрощался с главным из тройки, и мы направились прочь со двора, пока мужики прятали мешки в своей телеге.

Через час мы все вчетвером сидели в небольшой комнате, дома располагавшегося на окраине города, в бедных кварталах. Дверь открыла старуха, тут же скрывшаяся, после того как мы вошли, в другой комнате и плотно запершая за собой дверь. Аласт выпотрошил мешок, которым с нами расплатились, забитый серебряными монетами и занимался увлекательным делом, а точнее дележом вырученных средств. Двое наших коллег по авантюре, выудив откуда-то из шкафа кувшин с вином, молча дегустировали местное пойло. Я же обосновался на стуле в углу, рядом с окном с приоткрытыми ставнями из которого, по моему мнению, можно было быстро выпрыгнуть и сдвинув поудобнее нож, висевший на ремне, готовился к худшему с деланно расслабленным видом.

Пару раз мужик с кривой рожей пытался со мной заговорить, но окончательно осознав, что я с трудом могу связать пару слов, прекратил это бесполезное занятие. Меня же тоже не тянуло к продолжению знакомства. Тут на стол перед этой колоритной двойкой, рядом с кувшином, опустились несколько мешочков с деньгами. Аласт наконец закончил подсчёт и дележ добычи.

Следующие десять минут криворожий, время от времени увлеченно размахивающий ножом, спорил с организатором всей авантюры, судя по всему неудовлетворенный размером своей доли. Аласт же, сидевший с каменным лицом, спокойно отвечал, что увеличивать их долю не будет, так как всё честно и им ещё в будущем вместе работать. По крайней мере, понимая приблизительный смысл одного из десяти слов, я интерпретировал происходящее именно так. Накал страстей не достиг критического максимума, и взяв свою долю, парочка удалилась из дома, не слишком вежливо с нами распрощавшись.

После того как в комнате мы остались одни, я немного успокоился. Вряд ли Аласт решит пускать меня в расход в одиночку. Проще было бы дать фас тем двум головорезам, чтобы они увеличили свою долю за счёт устранения одного из участников. Парень выложил на стол кошель и кивнув мне на него, разлил вино из кувшина по двум глиняными стаканам. Подняв один из них, он вновь перевёл на меня взгляд.

– Фуеро мали, Корса!

Я подошёл к столу, поднял второй стакан и чокнувшись с ним, сделал небольшой глоток. Вино было кислым, но намного лучше того пойла что до этого удалось попробовать в местных тавернах, где отдыхали портовые грузчики. Сев на табурет, я развязал кошель выделенный мне Аластом и высыпав на стол содержимое, быстро подсчитал монеты. Ещё раз пересчитав свою долю, я поднял удивленный взгляд на парня. Ровно сорок пять серебряных монет. Мы договаривались всего на тридцать.

– Фуеро мали, Корса! – усмехнулся Аласт. – Фуеро мали!

Усмехнувшись в ответ, я скинул монеты обратно в мешочек и вновь поднял свой стакан. Хорошая работа, так хорошая работа. Из-за прибавки я точно спорить не собирался.

* * *

Темноту разгонял свет небольшого костра, разожжённого мной под привычным пирсом. Ночь выдалась насыщенная. Облокотившись спиной на мешок, я подобрал рядом стоявшую бутылку вина и посмотрел на изображение профиля женщины на этикетке.

– Ну что, сеньёра, остались только вы и я…

Вырвав зубами пробку и сделав небольшой глоток, я продегустировал напиток. Вино было отличным. Не зря стояло аккуратно упакованное в закрытой комнате. Сделав очередной глоток и хмыкнув, я посмотрел сквозь щель в досках на затянутое облаками ночное небо. Начинал моросить дождь.

Надеюсь, что больше спать под пирсом мне не придётся. Денег теперь достаточно чтобы снять комнату в ближайшем клоповнике и прожить, не ущемляя себя в еде как минимум пару месяцев. Чем и стоит воспользоваться.

Во-первых, стоит отлежаться хотя бы неделю. А то, ещё месяц подобной жизни и я бесповоротно начну разваливаться. Во-вторых, нужно озаботиться покупкой одежды и ботинок по размеру. И в-третьих, хотя, это бы стоило поставить на первое место, нужно найти мыло и хоть какой-то аналог зубной пасты. Определившись со своими планами, и почесав заросший короткой бородой подбородок, я добавил в составленный список ещё и поиск бритвы. Дальше загадываться смысла нет. Нужно сначала разобраться с минимумом потребностей, а после определяться с последующими действиями. Размышляя в этом русле, я не заметил, как уснул.

Пробуждение произошло неожиданно. Сознание вырвал ото сна непонятный шорох рядом. Разлепив глаза и приподнявшись на локте, я перевёл мутный взгляд на что-то тёмное, копошившееся в паре шагов от меня в мешке. В моём мешке! Осознание этого приходило медленно. Ещё не до конца проснувшийся мозг туго соображал.

– Ты кто такой? – ещё не до конца осознавая, что происходит, адресовал я вопрос тёмной фигуре.

Человек замер и медленно повернулся ко мне. Разглядеть лицо в окружающей темноте, слегка разгоняемой ещё тлеющими углями потухшего костра не удалось. По доскам пирса били дождевые капли, создавая стук сливающийся в монотонную симфонию.

Фигура медлила недолго. В темноте блеснула тонкая полоска стали и человек с ножом прыгнул на меня. Ещё плохо понимая, что происходит, единственное что я успел сделать, это выставить ноги и ударить ими нападавшего в грудь. Человек пару мгновений лежал, скрючившись на земле, но быстро оправился и вновь набросился, пресекая мою попытку подняться на ноги. Время завертелось. Спутанным комом конечностей мы покатились по земле. Руки несколько раз обожгло болью, в попытке защитится от ножа нападающего.