Восходящая Тень - Роберт Джордан

— Отходим!

Дарл Коплин схватился за бедро, пронзенное копьем с древком толщиной в запястье. Старый Байли Конгар подхватил раненого одной рукой и попытался оттащить его назад, неуклюже отбиваясь рогатиной. Хари Коплин бросился на выручку брату, размахивая алебардой, — рот его был разинут, словно в беззвучном крике.

— Отступаем между домами!

Перрин не был уверен, услышали ли его приказ в этом кровавом хаосе, передали ли его по линии, но под чудовищным натиском троллоков двуреченцы — медленно, неохотно, шаг за шагом — начали отходить. Окровавленные топоры в могучих руках Лойала вращались, как крылья ветряной мельницы. Рядом с ним мрачно нацеливал свое копье Бран. Шлем с головы мэра был сбит, венчик седых волос окрасился кровью. Томас с седла вырубал мечом пространство вокруг Верин. Айз Седай лишилась лошади, волосы ее растрепались. С ладоней Верин срывались огненные шары, и троллоки вспыхивали, словно просмоленные факелы. Но и это не могло их сдержать. Двуреченцы пятились, теснясь вокруг Ходока. Гаул и Чиад сражались спина к спине — у Девы осталось только одно копье, а Каменный Пес кромсал нападавших широким тяжелым ножом. Назад!

Люди оттягивались от укреплений по всей линии обороны, чтобы не дать троллокам зайти с флангов. Отступая, они отчаянно отстреливались, но врагов было слишком много. Назад!

Неожиданно огромный троллок с бараньими рогами бросился на круп Ходока, пытаясь стащить Перрина с седла. Не выдержав двойного веса, конь повалился набок, придавив и едва не сломав своему седоку ногу. Перрин тщетно пытался замахнуться топором, когда толстенные, больше, чем у огир, волосатые лапы потянулись к его горлу. Но тут троллок взвыл и обмяк, повалившись на Перрина, — меч Айрама рассек ему шею. Сраженный троллок еще дергался, истекая кровью, когда Лудильщик плавно развернулся и пронзил насквозь другого.

Морщась от боли, Перрин с помощью старавшегося подняться Ходока освободился от тяжеленной туши, но времени вскочить в седло у него не было — он едва успел откатиться в сторону. В то место, где только что находилась его голова, ударили копыта черного скакуна. На бледном безглазом лице появился зловещий оскал — Исчезающий свесился с седла и, как раз когда юноша пытался встать, с размаху рубанул мечом. Перрин вновь бросился на землю, и черный клинок срезал лишь прядь волос. Взмахнув топором, Перрин отсек ногу черного коня, и тот рухнул на землю вместе с всадником. Юноша вскочил и с силой вбил топор туда, где у Получеловека должны были находиться глаза.

Едва успев выпростать свое оружие, он увидел, как Дейз Конгар нацелила вилы в горло троллока с козлиной мордой. Тот одной лапой перехватил длинное древко и замахнулся на женщину зазубренным копьем, но подскочившая Марин ал'Вир, хладнокровно полоснув тесаком, подрезала ему поджилки, а когда троллок повалился вперед, так же спокойно, словно орудовала на кухне, рассекла ему позвоночный столб.

Еще один троллок схватил Боде Коутон за косу и поднял в воздух. Отчаянно крича, девушка ударила топором по окольчуженному плечу в тот самый момент, когда ее сестра Элдрин засадила в грудь троллока рогатину, а седовласая Нейса Айеллин вонзила в него нож для разделки мяса. Повсюду, насколько мог видеть Перрин, женщины сражались бок о бок с мужчинами. Только благодаря им оттесненный к самым домам строй еще держался. Дрались даже совсем юные девушки, но ведь и многим из принявших на себя удар «мужчин» еще ни разу не приходилось бриться. Некоторым и не придется.

Где же эти Белоплащники? Ребятишки! Если здесь женщины, то кто же с детьми, кто их уведет? Где же эти проклятые Белоплащники? Подоспей они сейчас, можно было бы выиграть несколько минут. Несколько минут, чтобы увести детей.

Перрин обернулся, ища взглядом Спутников, и тут его схватил за руку темноволосый парнишка — тот, что уже прибегал к нему предыдущей ночью. Перрину было не до него — он думал о том, как собрать рассредоточившихся вдоль плотных рядов Спутников, чтобы они прорубили детям путь к спасению. Сам он останется тут и сделает все, что в его силах.

— Лорд Перрин! — заорал мальчишка, перекрывая оглушительный лязг и крики. — Лорд Перрин!

Поначалу Перрин хотел и вовсе отмахнуться от мальца, но в конце концов прихватил его под мышку, полагая, что поговорит с ним потом. Спутники засыпали троллоков стрелами. Вил воткнул древко знамени в землю, чтобы оно не мешало натягивать лук. Телл ухитрился изловить Ходока и привязал его поводья к своему седлу.

— Лорд Перрин! Послушайте меня, лорд Перрин! — верещал паренек. — Мастер ал'Тор велел передать, что кто-то напал на троллоков с тыла. Лорд Перрин, вы меня слышите?

Перрин, припадая на больную — не иначе как все-таки сломанную — ногу, торопливо ковылял к Теллу и не сразу сообразил, что ему говорят, но когда понял, тут же остановился, сунул топор в петлю на поясе и, подняв паренька обеими руками перед собой, переспросил:

— Напал? Кто?

— Я не знаю, лорд Перрин. Мастер ал'Тор велел сказать, что они вроде бы кричат «Дивен Райд».

Неожиданно Айрам ухватил Перрина за рукав и молча указал вперед окровавленным мечом. Перрин проследил за его движением и увидел, что на троллоков сыплется град стрел. Сзади. С севера.

— Возвращайся к ребятишкам, — сказал он, поставив мальца на землю. — Ты — молодчина, сделал все как надо.

Мальчуган расплылся в улыбке и припустил в деревню, а Перрин, кривясь от боли, заковылял к Ходоку. Схватив брошенные Теллом поводья, он вскочил в седло — оттуда обзор был лучше — и ошарашенно заморгал, не в силах поверить, что увиденное ему не мерещится, что он не принимает желаемое за действительное.

На опушке леса, у вытоптанных троллоками полей, появились длинные ряды лучников в двуреченских фермерских куртках, осыпавших троллоков смертоносным дождем стрел. Над их головами реяло знамя с изображением красного орла, а под знаменем, в центре строя, сидела верхом на Ласточке Фэйли. У ее стремени стояла Байн. Деву Перрин признал по черной вуали, но лицо Фэйли он видел отчетливо. Вид у нее был до крайности возбужденный, чуть-чуть испуганный и торжествующий. Она была прекрасна.

Мурддраалы попытались развернуть троллоков и бросить их на ополченцев из Сторожевого Холма, но тщетно. Повернувшие падали, сраженные стрелами, не успев пробежать и пятидесяти шагов. Исчезающий упал вместе с конем — его не двуреченцы подстрелили, а сбили с ног и затоптали впавшие в панику троллоки. Попытка троллоков отбить атаку с тыла заставила их отхлынуть от строя защитников Эмондова Луга, и у тех появилась возможность поднять луки. Теперь стрелы посыпались на троллоков с обеих сторон. Троллоки падали. В их черных суматошных водоворотах исчезали рухнувшие Мурддраалы. Битва превратилась в избиение, но Перрин почти не замечал этого. Он видел только Фэйли.

Возле его стремени вновь появился давешний парнишка.

— Лорд Перрин! — изо всех сил пытался он перекричать ликующих земляков. Все троллоки, не успевшие вырваться за пределы досягаемости стрел, полегли на месте. У Перрина промелькнула мысль, что мало кому из них удалось спастись, но она так и осталась на задворках сознания. Он не мог думать ни о чем, кроме Фэйли.