Правый глаз дракона - Ален Лекс

Вампир чуть заметно улыбнулся уголками губ.

– Сложно сказать, у всех ведь разные потребности в объеме пищи. Но ей не обязательно будет пить кровь людей. Я постарался сделать так, чтобы она могла питаться кровью любого живого существа, включая домашний скот и птицу. Так что все-таки она будет не совсем монстром, серебрянка.

– А церковники? С учетом недавних событий их влияние резко возросло. Какое нужно расстояние, чтобы на нее не реагировали освященные предметы?

– Никакого. Она сможет брать крест в руки. Он не загорится.

– Мне казалось, крест реагирует на любого вампира?

– Тебе достаточно знать, что на нее он не отреагирует.

Ралернан вздохнул – на сей раз с облегчением. И вспомнил еще одно:

– А что будет с ребенком?

Л'эрт недоуменно на него уставился:

– С каким еще ребенком?

– Ну… она сейчас беременна. Она сможет родить? Или вампиры не могут иметь детей?

Л'эрт рассеянно взлохматил волосы:

– Я не знаю. – В его голосе мелькнула легкая тень какой-то беспомощности. – Я не подумал об этом. Я правда не знаю… Проклятье. То есть она теоретически может еще завести детей, по вот что будет сейчас… я не уверен. – Он замолчал, некоторое время пристально изучая местами подпаленный ковер на полу. Потом встряхнулся, как собака, вылезшая из воды. – Ладно, это ты потом сам проверишь. Тебе нужно знать еще одну вещь. Никогда, ни под каким предлогом ты не должен допускать ее встречи с черным магом по имени Аластра. Он иногда выглядит как пацан четырнадцати лет, а иногда – как захочет. Этот маг – вампир. Его можно узнать разве что по глазам. Они… они не похожи на человеческие. Тебе необходимо будет проявлять внимание к взгляду тех, с кем вы будете общаться. Никому, ни под каким предлогом не смей говорить, кто она на самом деле. И пусть постоянно – слышишь? постоянно! – носит серебряный крест на шее. Ей он не должен причинить вреда, а вот Аластра это поможет удерживать на расстоянии. Потому что, если Аластра узнает, что она вампир – а для этого ему достаточно просто подойти к ней поближе, – ты ее можешь потерять навсегда. Ты хорошо меня понял, серебрянка?

Эльф медленно кивнул:

– Я тебя понял. Но чем так страшен этот, как его?.. Ну узнает он – и что с того?

– Он глава ковена. Все вновь инициированные вампиры проходят через его руки. Кого-то он оставляет и обучает, кого-то уничтожает. Для инициации нового вампира требуется его прямое разрешение. В противном случае он, как правило, уничтожает новичка. – Л'эрт не упомянул, что в случае, если Аластра узнает о нарушении данного правила, он в первую очередь уничтожает того, кто, собственно, занимался инициацией. Но Ралернану это знать было не обязательно. – Если ты ещё не догадался, я не сподобился получить такое разрешение. – Он не стал упоминать и о том, что такого разрешения Аластра никогда бы ему не дал. Вновь созданный вампир в первую очередь подчиняется создавшему его Мастеру – и лишь потом главе ковена. Сейчас Аластра и так с трудом удерживал его под своим контролем – допускать увеличение его сил через инициацию молодого вампира он не собирался.

Когда-то, в процессе обучения, Аластра заставил его инициировать двоих. А потом, после очередной попытки бунта со стороны Л'эрта – выбросил их днем на солнце. И принудил смотреть, как они сгорают. Больше ему не удалось заставить непокорного вампира обратить ни одного, как он ни старался.

– Но ты просто ведь не успел! Может, тогда лучше, наоборот, сейчас все рассказать? Я не хочу, чтобы Керри шарахалась от каждого подростка!

– Серебрянка, понятие «лучше» в вампирском кодексе отсутствует. Я и так сделал больше, чем мог. И если я говорю, что чего-то делать нельзя – значит, это действительно так. А теперь оставь меня в покос, пожалуйста. Мне надо отдохнуть. – Он пошел к дверям. Ралернан заметил, что походка вампира была слишком медленной и неровной. Если бы это был человек, он бы предположил, что тот смертельно ранен.

Л'эрту стоило большого усилия не свалиться на пол сразу же за порогом, а дойти до какой-то пустовавшей комнатушки неподалеку. Попытка рисовки перед эльфом съела остатки его сил.

Он устало прислонился спиной к потертой обивке стен и незаметно сполз вниз, выбив небольшое облако серой пыли из густого ворса ковра.

И почти сразу же почувствовал, как кожу словно царапает изнутри иголками. Перед ним закрутилась дымчатая спираль, собираясь в прекрасную женщину. Смуглая, почти черная, кожа, черные волосы, вьющимся облаком спадающие на спину, черное платье, подчеркивающее точеную фигуру. И две сплошные черные бездны вместо глаз. Л'эрт не видел, но его собственные глаза сейчас были точным отражением этих бездн.

– Что, уже пора платить по счетам, маленькая богиня? – Он попытался улыбнуться, но губы плохо слушались.

Клиастро медленно сложила руки на груди и чуть наклонила голову – словно о чем-то задумалась.

– Зачем ты это сделал, человечек?

– Сделал что?

Она шагнула чуть вперед по ковру, приблизившись к нему почти вплотную. Ворс под ее ногами не приминался.

– Отдал часть своей жизненной силы. Твоя оболочка принадлежит мне! И только мне! И ты не смел…

– Мы не оговаривали деталей.

– Разве ты не собирался вылечить ее?

Он все же смог улыбнуться.

– Я похож на дурака, маленькая богиня? Ее раны уже перешли за ту грань, где могла помочь твоя сила. Даже ты не властна воскрешать людей. Если бы ко мне пришла не ты, а Акерена, еще имело бы смысл подумать. А так…

– Ты слишком много знаешь. – Она чуть прикусила губу. – Слишком много знаешь и не боишься меня. Ты забавляешь меня, человечек. Пожалуй, ты самая интересная игрушка из всех, что развлекали меня в последнее время.

– Я невероятно польщен. Играть роль горохового шута для великой богини – сумасшедшая честь. Просто убиться веником. – Он сплюнул. – Ты меня навестила только, чтобы потрепаться? Потому что если так – я, пожалуй, пойду займусь чем-нибудь более полезным. Ну там завещание составлю.

– Ты нарушил мои планы, человечек. Я не могу прямо сейчас использовать твое тело. Ты слишком слаб. Если бы ты использовал только мою силу, такого бы не случилось.

– Если бы я использовал только твою силу, у меня могло не получиться.

– Ты так привязан к этой девчонке, что лишил себя бессмертия… Ты забавен.

– Бессмертия? Клиастро, прости, но мне казалось, ты собиралась слегка мною попользоваться, после чего я бы некоторым образом сдох. Или я опять что-то путаю?

– Это возможный вариант. По не единственно возможный.

– А-а-а. Ну тогда я пойду посыплю себя пеплом в знак глубокого отчаяния.