Арлекин - Лорел Гамильтон

Я задумалась. Малькольм не был Мастером города, но он,скорее всего, входил в пятерку самых сильных вампиров в Сент-Луисе. Не будь онтак высокоморален, смог бы добиться намного большего. Совесть иногда подрезаеткрылья. Осторожно облизнув губы так, чтобы не стереть помаду, я кивнула. Затемспросила:

- Вы полагаете, они хотели, чтобы вы их обнаружили, или этопроизошло случайно?

Мой вопрос удивил его, и удивление отразилось на его лице,хотя Малькольм и поспешил это скрыть. Ему слишком много приходится играть напублику для масс-медиа, и потому он начал терять ту невыразительность мимики,что присуща старым вампирам.

- Не знаю, - даже голос выдавал его волнение.

- Вамп сделал это для того, чтобы поддразнить вас, или изпрезрения к вашим силам?

- Не знаю, - повторил Малькольм, покачав головой. И тут меняозарило.

- Вы пришли сюда, потому что считаете, что Жан-Клоду что-тодолжно быть известно, но не можете позволить себе открыто прийти к Мастеругорода. Это разбивает все ваши доводы о свободе воли.

Малькольм откинулся на спинку кресла, безуспешно стараясьскрыть явно читающуюся на лице злость. Он испуган еще сильнее, чем я думала,раз показывает слабость перед тем, кого сильно недолюбливает. Черт, да он жепришел ко мне за помощью. Он, должно быть, в отчаянии.

- А ко мне вам прийти ничто не мешает, раз я федеральныймаршал. Тем более что я все равно расскажу об этом Жан-Клоду.

- Думайте, что хотите, миз Блейк.

Итак, мы снова называем друг друга по фамилии. Надо иметь ввиду.

- Итак, большой и страшный вамп пробрался в вашу церковь.Ваших вампирских умений не хватило на то, чтобы выкурить его оттуда, и вот выприходите ко мне, а фактически - к Жан-Клоду и всей его безнравственнойструктуре власти. К тем самым людям, которых вы, по вашим словам, ненавидите.

Малькольм вскочил на ноги.

- Преступление, в котором обвиняют Салли, случилось менее,чем через двадцать четыре часа после его… их… появления в моей церкви. Недумаю, что это простое совпадение.

- Я не соврала насчет второго ордера на ликвидацию,Малькольм. Он лежит в ящике моего стола уже сейчас, вместе с фотографиейподозреваемого из его водительского удостоверения.

Малькольм тяжело опустился в кресло.

- На чье имя ордер?

- Зачем вы спрашиваете? Чтобы предупредить… их? - я едва несказала «ее», ведь это тоже была женщина-вампир.

- Мои люди не совершенны, миз Блейк, но я думаю, что в городприбыл вампир со стороны и подставляет их.

- Зачем? Зачем это кому-то нужно?

- Не знаю.

- И ведь никто не пытается подставить людей Жан-Клода.

- Знаю, - ответил Малькольм.

- Без настоящего мастера, настоящей Клятвы крови, магическипривязывающей вампа к мастеру, ваша паства - не более чем овечки, дожидающиеся,когда за ними придут волки.

- Жан-Клод говорил то же самое еще месяц назад.

- Именно.

- Поначалу я грешил на кого-то из новеньких вампиров,присоединившихся к Жан-Клоду. На тех, что прибыли сюда из Европы; но я былнеправ. Здесь кроется нечто большее, нечто более могущественное. Возможно, этоцелая группа вампиров, использующая объединенную метками своего мастера силу. Стакой мощью я сталкивался лишь однажды.

- Когда? - тут же поинтересовалась я.

Он покачал головой:

- Нам запрещено говорить об этом под страхом смерти.Нарушить молчание мы можем, только если они свяжутся с нами напрямую.

- Создается впечатление, что они уже с вами связывались, -заметила я.

Малькольм снова покачал головой.

- Они оказывают воздействие на меня и на моих последователей,а все потому, что официально я - вне вампирских законов. Жан-Клод уже сообщилСовету, что моя церковь не принимает Клятвы крови от вступающих в нее?

- Да, сообщил, - кивнула я.

Малькольм закрыл лицо своими ручищами и склонил голову кколеням, словно ему резко поплохело. Затем он тихо прошептал:

- Этого я и опасался.

- Хватит, Малькольм, я не успеваю следить за вашей мыслью.Какое отношение это имеет к тому, что в вашей церкви объявилась группа могучихвампов?

Он поднял голову и посмотрел на меня. Я заметила, что отбеспокойства его глаза изменили цвет, став серыми.

- Расскажите Жан-Клоду о том, о чем мы здесь говорили. Онвсе поймет.

- Но я не понимаю.

- У меня есть время до Нового года, чтобы решить, чтоответить Жан-Клоду насчет Клятвы крови. Он был терпелив и великодушен, но вСовете есть те, кто этими достоинствами не обладает. Я думал, они будутгордиться тем, что я совершил. Я думал, это им понравится, но теперь боюсь, чтоСовет еще не готов принять мою смелую попытку создать мир, где для нас естьсвобода воли.

- Свобода воли - это для людей, Малькольм. Длясверхъестественных сообществ необходим контроль.

Он снова поднялся.

- Вы вольны исполнять ордер так, как посчитаете нужным,Анита. Возможно ли, что вы проявите осмотрительность, прежде чем убивать моихпоследователей?

Я тоже поднялась и сказала:

- Не могу дать никаких гарантий.

- Этого я и не прошу. Просто постарайтесь выяснить правду дотого, как станет слишком поздно для Салли и еще одного моего последователя, чьеимя вы не желаете мне назвать, - тут он тяжело вздохнул. - Я не отправил Саллив бега, так зачем бы мне предупреждать второго?

- Вы пришли сюда, зная о том, что Салли в беде. Но я несобираюсь помогать вам в поисках второго преступника.

- Значит, это мужчина?

Не отвечая, я просто посмотрела на него, радуясь тому, чтоэто вообще возможно. Мне всегда было тяжело сверлить взглядом вампира, которомуя не могла посмотреть прямо в глаза.

Малькольм расправил плечи, словно только сейчас заметил, чтосутулится.

- Даже этого вы мне не скажете. Пожалуйста, расскажитеЖан-Клоду о нашей беседе. Мне следовало прийти сюда раньше. Да, я полагал, чтосовесть не позволит мне прибежать к той самой структуре власти, которуюпрезираю, но то была не совесть, а грех; грех гордыни. Мне остается тольконадеяться, что моя гордыня не будет стоить жизни еще большему числу моихпоследователей.

Сказав это, Малькольм направился к выходу. Я позвала:

- Малькольм.

Он обернулся, и я спросила:

- Насколько это серьезно?

- Очень серьезно.