Наваждение. Книга 2. Верность и предательство - Мария Геррер

Она робко положила руки ему на плечи и попыталась поцеловать. Он отстранился:

– Пожалуйста, не надо делать этого из жалости, – попросил фон Берг.

Еще четверть часа назад он жаждал ее поцелуя. А теперь боится его, боится, что не справится со своими желаниями.

– Это не жалость, – она сказала то, о чем им теперь нельзя даже думать.

Искушение было велико. Возможно, это их последний вечер вместе. Она сегодня готова на все. Любовь и отчаяние – опасная смесь. А потом что ждет ее? Еще большее отчаяние и боль.

– Тогда тем более не надо… Все закончилось.

– Знаю. Я подчинюсь вашему решению. Вы правы, как всегда, и очень благоразумны, когда дело касается меня, – Екатерина говорила обреченно, и в ее словах слышался невольный упрек.

– У вас все наладится, – барон хотел приободрить свою ученицу. – Говорят, время лечит.

Лечит, наверное, но не каждого. Его сердце будет болеть всю оставшуюся жизнь. Но, возможно, это продлится недолго.

Екатерина продолжала смотреть на него.

– Нет, мне этого не надо, – она покачала головой. – Нельзя так просто все забыть. Я этого не хочу, не требуйте невозможного. Но я принимаю ваше решение. Мое вы тоже не измените – я ничего не буду забывать, и мои чувства останутся прежними. Не пытайтесь меня переубедить. Не тратьте на это времени и не бередите душу ни себе ни мне. И давайте больше не будем возвращаться к этому. Никогда.

Он согласно кивнул:

– Хорошо, не будем.

Решение Екатерины беспокоило его, но спорить с ней сейчас бесполезно. Возможно, позже она сумеет вернуться к обычной жизни. Ее молодость должна взять свое. Она еще встретит любовь и будет вспоминать о своем первом увлечении с легкой и приятной грустью. Вот тогда ему станет по-настоящему плохо.

Они еще некоторое время молчали. Яркое летнее солнце заливало комнату слепящим светом, и это было неуместно – слишком радостно. Генрих заговорил первым:

– Завтра, до начала заседания Совета, вам надо передать письменный отчет Магистру о том, как Полина напала на нас. Напишите все подробно и правдиво, не надо меня выгораживать. Мы с Егором тоже должны написать отчеты. Потом Магистр побеседует с нами. Точнее, он будет в страшном гневе, так что приготовьтесь – это будет совсем не беседа. Когда Магистр зол, он слов не выбирает.

– Меня это не волнует. Пусть гневается, тем более, что я и правда виновата. Не ожидала и не была готова к нападению. Из-за моей растерянности вы могли погибнуть. Магистр может ругать меня последними словами. Хотя какое это имеет значение? – Екатерина думала совсем о другом.

Генрих знал это. Они чувствовали и понимали друг друга без слов и на расстоянии. Незримая связь, которая будет теперь им только мешать. И они оба боялись порвать ее. Барон продолжил, не глядя на девушку:

– Глупо повел себя только я. У вас пока не хватает опыта, а Егора не было рядом. Нет смысла что-то утаивать – на решение Совета это уже не повлияет. Возможно, если повезет, меня завтра оправдают. Но это неважно. Я вполне мог предвидеть, чем все закончится. Меня погубило мое безмерное тщеславие. Надо откровенно признать – отвратительная черта характера. Полина всегда была высокомерной, злой и неуравновешенной личностью. Сущая ведьма. Так что и остановить ее должен был я. Но вместо этого я просто смотрел, как она пытается меня прикончить. Она теперь не женщина, а опасная тварь. Я об этом забыл, за что и поплатился.

– Значит, надежда, что вас оправдают, все-таки есть? – этот тонкий лучик надежды оживил девушку.

– Надежда всегда есть, – он грустно улыбнулся. – Меня же не казнить собираются. Возможно, заключение ограничится несколькими годами. Егор будет за вами присматривать, и с ним вы продолжите обучение. Он опытный охотник и сможет передать вам свой опыт.

– Можно сегодня поговорить с членами Совета, объяснить им все, – она еще пыталась что-то предпринять.

– Нет, этого делать нельзя. Не стоит пытаться повлиять на чье-то мнение. Это неправильно. Я безропотно приму любое решение Совета.

Девушка обхватила плечи руками и невольно поежилась – видимо, ей стало холодно от происходящего. До последнего надеется на чудо, милая и добрая девочка. Угораздило же ее попасть в эту историю. И все из-за его легкомыслия. О чем он только думал, когда предлагал Екатерине участвовать в афере с фиктивной помолвкой? Уж точно не о девушке и ее будущем. Ему тогда просто надо было любой ценой сохранить привычный образ жизни. И вот теперь пришло время расплаты. Только платить он будет не один, а вместе с Екатериной.

Фон Берг подошел к Екатерине и поцеловал ей руку. Это единственное, что он теперь может позволить. Ее прохладные пальцы вздрогнули в его ладони, словно пойманная птичка:

– Вы удивительная девушка и я очень хочу, чтобы вы были счастливы. Оправдайте мои надежды.