Фальшивая принцесса - Анна Соломахина

Последней надеждой, робкой, невероятной, был ответ Богини. Крайне редко, но она могла вмешиваться в ход свадьбы и отказать в благословении. Тогда цветы оставались цветами, а чаша падала на пол и раскалывалась. Редко кто оспаривал такой ответ, и свадьба считалась недействительной.

Но чаще всего над чашей появлялось марево, а после того, как оно проходило, в ней оставался сок, который новобрачные выпивали под радостные крики родственников и гостей.

А совсем редко, буквально один-два раза в поколение, начинал идти дождь. Да-да, в это самое окно, в которое никогда и пылинки не проходит! Капли строго попадали только в чашу, и напиток становился благословенным нектаром, выпив который, молодожёны могли ждать рождения очень сильного мага. Конечно, и в простых браках рождались одарённые, но редко. И сила их не шла ни в какое сравнение с Благословенными, потому что родиться они могли только у Предназначенных.

Предназначенных друг другу.

— Ох! — раздался дружный возглас всех присутствующих.

Даже невозмутимое лицо моего жениха приняло изумлённое выражение. Насколько он вообще мог изумляться.

Зато я ничего не поняла — мешали слёзы и фата. Лишь слова Благодетеля: «Высшее Благословение!» — прояснили ситуацию.

— Что это? — вымолвил Крайлах, и сейчас в его голосе не было угрозы, только безмерное удивление.

— Поздравляю, вы — Предназначенные! — торжественно объявил Благодетель. — Что, в общем-то, неудивительно, ведь она — твой Дар Судьбы.

— И чем это нам грозит?

Ох, в этом весь он — суровый воин Армарии! Его тут благословили, а он спрашивает про угрозу. Интересно, он во всех видит врагов?

— Во-первых, вы будете очень счастливы вместе, — на этих словах Благодетеля Крайлах метнул в мою сторону острый взгляд, — а во-вторых, у вас родится сильный маг!

— Хм, — его рука сжала мою слишком сильно.

Я невольно пискнула.

— Прости, — он ослабил хватку, а потом и вовсе выпустил мою руку на свободу, чтобы откинуть фату за спину. — Что с тобой?

Похоже, моё заплаканное лицо его не вдохновило — глубокая морщина рассекла высокий лоб.

— Опять эти росписи на лице, — пробурчал он. — Надо умыться.

— Это тоже часть ритуала, — проговорил Благодетель. — Только муж может смыть краску с лица девы, никто другой! Но сначала выпейте этот нектар и соедините уста в ритуальном поцелуе!

С этим северянин, похоже, спорить не собирался, спокойно дождался, когда я отопью воистину потрясающий напиток, от которого я даже забыла, почему плакала минуту назад, потом одним махом проглотил свою половину нектара, отдал чашу и приблизил лицо к моему. Близко-близко.

— Что с цветами делать? — прошептал он мне.

А я и не сразу поняла, о чём он. Посмотрела во тьму его взгляда, сейчас наполненную любопытством (надо же, он и так может?) и только тогда вспомнила о лепестках роз, сейчас влажных от испитого нектара.

— Снять их поцелуем и съесть, — тоже прошептала в ответ.

— Какие у вас любопытные ритуалы, — ответил он, а потом… потом я забыла, что мы не одни.

Его губы оказались вовсе не страшными, более того, они аккуратно подхватили лепестки, а потом поцеловали. Сначала нежно, пробуя на вкус, но с каждым движением они становились напористыми, обжигали, заставляли трепетать от незнакомых ощущений.

А они, эти ощущения, просто обескураживали! Мои губы плавились, как сахар, из которого собрались делать апельсиновую карамель. И эта карамель стекала дальше, погружая тело в сладкую негу, обволакивала, отчего мне начало казаться, что прямо сейчас я сама стану этой самой карамелью и больше никогда не смогу отлепиться от этого мужчины.

Удивительные ощущения! Ни за что бы не подумала, что он сможет их вызвать.

— Кхм! — не знаю, каким невероятным образом, но мы услышали это грозное «Кхм», хотя в ушах стоял звон.

Явно его брат постарался — второй король Армарии. Только у него такой грозный и противный голос. Мы кое-как оторвались друг от друга, Крайлах даже головой потряс, видимо, чтобы избавиться от тумана в голове.

— А теперь омой лицо своей супруги. С этого момента она — твоя, а ты — её! — Благодетель подал Крайлаху влажное полотенце.

Белоснежное, что символизировало чистоту невесты. Точнее, теперь уже жены.

Его прикосновения были твёрдыми и в то же время аккуратными. Он явно старался не причинить мне боли, и в то же время качественно стереть краску.

— Зачем вообще вы это делаете? — бурчал он тихонько, чтобы никто не расслышал слова, кроме меня.

Тот факт, что мы общаемся, скрыть было невозможно — тембр не позволял.

— Цветы — наша жизнь. Точнее, все растения, но именно благодаря цветам наша страна процветает, — я улыбнулась получившемуся каламбуру, хотя думала, что вряд ли захочу это сделать при своём кошмарном муже.

Кто же знал, что он не настолько страшен, каким казался на первый и даже второй взгляд?

— Так и выращивали бы их спокойно, зачем на лицо-то лепить? — несмотря на недовольный тон, прикосновения продолжали быть аккуратными.

— Ну, вы же носите с собой оружие даже на праздниках, — резонно ответила ему, сама удивляясь собственной смелости.

Кто бы мог подумать! Наверное, это нектар на меня так подействовал.

— Потому что в любе время и в любом месте можно встретить врага, — он дотёр последние разводы на подбородке и отдал тряпку Благодетелю. — Больше ты не будешь портить своё лицо дурацкой краской. Оно не нуждается в дополнительных украшениях.

Голос прозвучал грубовато, но вот содержание… Оно заставило всколыхнуться сердце, потому что я всегда росла в тени Анелии. Она была чуть ярче, напористей и уверенней в себе. Что, в общем-то, неудивительно, ведь она — королевская дочь! Мать у неё — писаная красавица, есть в кого. Правда, моя мама тоже была симпатичной, но с Виринией не сравниться.

После завершения обряда мы прошли между гостей, которые обсыпали нас лепестками самых душистых цветов, сели в карету и отправились во дворец, где всех ждали изысканные угощения. Я смотрела на дорогу и поражалась, сколько народу стояло на обочинах. И ладно бы только там, нет, люди были везде! На заборах, в окнах и на балконах домов, даже на крышах! И все кричали:

— Благословенные! Предназначенные! Счастливчики!

Вот только я не чувствовала себя ни благословенной, ни счастливой. Потому что не я была Предназначенной. Не моё имя звучало перед алтарём, не Беренгарию, а Анелию выдали замуж за Крайлаха. Богиня ошиблась, благословив фальшивку.

Вот же… хрен!

Да, именно он, к тому же в составе нашего нектара он тоже был. Вроде бы теперь не такое уж и ругательство.

До дворца я доехала словно в тумане — в какой-то момент от мельтешения и громких звуков мои чувства притупились. Пришла в себя уже за свадебным столом, глотнув освежающего сока.