Особенности содержания небожителей - Ива Лебедева

Вообще, мне она приходилась мачехой, а матерью — А-Лею. Но здешние традиции обязывали всех детей хозяина дома, даже будь они от наложниц или вовсе рабынь, называть главную жену матерью. И отношения у нас с госпожой Тан были… слегка натянутые. И это теперь, спустя полтора года моих сознательных усилий по примирению сторон. А когда я только сюда попала, военные действия шли полным ходом, поскольку моя предшественница в этом теле мачеху ненавидела. Взаимно.

Конечно, можно было в лучших традициях литературных попаданок отстаивать свою гордость и независимость, ругаться со всеми подряд, устраняя с пути «недоброжелателей», втаптывая их репутацию в грязь, а то и вовсе доводя до смерти. Но во-первых, я достаточно неконфликтный человек, а во-вторых, это только в фантазиях все так просто. И главное, когда я разобралась, что к чему, мне первым делом захотелось саму себя бывшую придушить, а вовсе не матушку. Госпожа Тан, конечно, тоже не без тараканов, но на ее месте я бы эту наглую и злобную девчонку вообще прикопала под ближайшим кустиком.

— Янли! — Матушка одним взглядом пригвоздила пытавшегося незаметно слиться с грузом на плече братца к месту. — Ты правда купила труп для своих медицинских исследований? Надеюсь, он умер не от заразной болезни?

Труп, как по заказу, именно в этот момент дернулся и застонал. Матушка, железная женщина, даже не завизжала, в отличие от служанок. Разве что чуть сжала губы и едва заметно побледнела. Зато одним повелительным жестом заткнула всех истеричек и навела в их толпе порядок — все семь штук моментально выстроились у нее за спиной по ранжиру и перестали верещать.

— Нет, матушка! — внезапно вмешался в разговор брат. Понял, что улизнуть не получается, и решил по своему обычаю сначала запудрить мозги, а потом в удобный момент подлизаться. У него это через раз, но прокатывало. — Это я сестрице подарок купил, смотри какой! — Он достаточно аккуратно уложил тело на каменную дорожку и, будто фокусник, одним движением снял с «трупа» длинный отрез вуали.

Теперь со стороны служанок раздались уже вздохи восхищения. Я с некоторым сомнением покосилась сначала на них, потом на то, что осталось от заклинателя. Некрофилки какие-то, чем тут восхищаться? Так и тянет похоронить от греха.

— Заклинатель. Низвергнутый. Бесполезная трата денег. Я уже молчу про то, что этой покупкой ты еще сильнее ухудшил репутацию нашей семьи. Янли и так не желали брать в чужой дом, а уж после покупки подобного раба… даже крестьянин не поверит в ее чистоту и нравственность.

Ну, для меня это скорее плюс, чем минус. Я и не собиралась идти наложницей в чей-то гарем. Были б еще мужики стоящие, а так… Моя целительская деятельность и намек на белую монашескую вуаль несколько примирили родителей с бесперспективностью на брачном рынке, но попытки все еще иногда предпринимались. К сожалению.

— А-Лей, ты меня разочаровал, — тем временем продолжала матушка. — Ты наследник крупнейшего торгового дома и не знаешь, как совершать выгодные покупки? — Ага, воспитательный момент подоспел. Госпожа Тан, она такая. Сына любит до безумия, но спуску не дает. — Возможно, стоит урезать твой месячный доход на развлечения.

— Ну, матушка. — Я поспешила заступиться за непутевого брата. У меня за полтора года уже рефлекс на это выработался. — Не такая уж и бесполезная эта покупка. Помните, я рассказывала вам о своих новых разработках? Подумайте, если у меня получится восстановить жизненную силу заклинателя с разрушенным ядром, какие деньги горные лорды будут готовы заплатить за это изобретение и как поднимется престиж нашей семьи! А проверить методы можно только на практике. Нам очень повезло, что его решили продавать не в столице, а в нашем предместье. И недорого совсем, кстати.

Мачеха снова нахмурилась, когда я без разрешения влезла в разговор, но ругать не стала. Все же прогресс в примирении за эти месяцы был достаточно заметный.

— Он умрет раньше, чем ты на нем что-то опробуешь, — госпожа Тан вроде бы все еще отчитывала меня, но в ее голосе уже прорезался едва заметный интерес. — Пилюли с духовной силой стоят дороже, чем он сам. И я не выделю на эти глупости ни ланя из денег семьи.

— Об этом не беспокойтесь, матушка. — Я прищурилась и всмотрелась в покупку. — У меня и не такие оживали без всякой духовной силы.

И машинально погладила вынутую из мешочка на поясе серебряную иглу сантиметров в семь длиной.

Надо же было трупу окончательно ожить именно в этот момент. Заклинатель открыл глаза, в них сначала мелькнул проблеск сознания, а потом самый настоящий страх. Который, впрочем, тут же исчез, сменившись равнодушием.