Запечатанный мир - Лука Каримова

Она перевернула руку, раскрыв ладонь, и Алистер взял ее, сжав пальцы. Улыбнувшись ему, гостья провалилась в сон. Кросман не отходил от нее всю ночь.

К утру он умудрился задремать, положив голову рядом с их переплетенными пальцами, и проснулся от сиплого дыхания.

Смахнув с себя последние крупицы сна, Алистер поднял взгляд на больную. Сквозь затянутое инеем окно проникали солнечные лучи, освещая девичье лицо. Нежная молочная кожа была расцвечена ссадинами и порезами, на голове из-под бинтов выбились белокурые, слегка вьющиеся волосы до плеч.

Девушку облегала хлопковая ткань ночной рубашки с длинными рукавами. Эта вещь когда-то принадлежала покойной матери Алистера. «Как крепко я спал, даже не услышал, как Камила ее умыла и переодела».

Девушка почесала голову и попыталась снять бинты.

— Не стоит, у вас сильная травма, доктор наложил швы, — предостерег ее Алистер, взяв за тонкое запястье и почувствовав, какое оно теплое. «Не то, что вчера, настоящая покойница. У нее очень ухоженные руки, значит, она не из простых жителей», — отметил он.

— Чешется, — пожаловалась она, откинувшись на подушку. — Не подскажете, где я? Что это за больница? — Легкая хрипотца болезни не испортила ее приятного голоса, а в больших карих глазах в обрамлении пушистых ресниц мелькнуло беспокойство. Курносый нос, не слишком пухлые четко очерченные губы и, к сожалению, темные, болезненные круги под глазами.

— Вы в моем загородном доме. Я нашел вас вчера вечером у подножия горы в одном… я полагаю, это было белье, — он вспомнил короткие шортики и необычную нижнюю рубашку с изображением зайчика с морковкой. Такого белья или пижамы до судьбоносной встречи с незнакомкой он не видел ни на одной женщине.

— Пижама, — поправила она и спохватилась. — Как в загородном доме? Мы под Псковом? А почему не в больнице? Я должна немедленно сообщить в полицию о преступлении — меня хотели убить! — выпалила она на одном дыхании и собиралась встать, но Алистер удержал ее за запястья.

— Прошу вас, без резких движений — у вас травма головы, и вы могли умереть, — строго, не отводя взгляда от ее широко распахнутых глаз, пояснил он.

— Но как же? Меня хотела убить золовка, понимаете? — она нахмурилась. — Вы мой лечащий врач?

Алистер отрицательно покачал головой и ослабил хватку:

— Доктор был вчера, и я не понимаю, о каком Пскове вы говорите. Мы находимся в предместье Лилехейма.

— Какого такого Лилехейма? — девушка в недоумении свела брови на переносице. «Похожий город есть в Норвегии».

— Это королевство, — он попытался разглядеть в ней понимание, но больная по-прежнему хмурилась.

— Э-э-э… мы не в России? Как я оказалась в Европе? — она продолжила называть ему неизвестные названия.

— Откуда вы, барышня? — строго спросил он.

— Я из Пскова, город такой в России. Я бы вам и паспорт показала, но, к сожалению, не прихватила его, когда меня вытолкнули с балкона, — съязвила она, злясь на его непонимание. — Позовите мне главного, я хочу отсюда уехать! — Она все-таки встала с постели, но, пошатнувшись, начала заваливаться набок, и Алистер едва успел ее поймать.

— Что-то меня подташнивает, — прошептала девушка и отвернулась, ее стошнило в поставленный у кровати таз.

Алистер тяжело вздохнул и позвонил в колокольчик. На его перезвон в комнату вошла экономка.

— Камила, я прошу тебя, позаботься о нашей гостье, пусть Роберт приготовит ей куриный бульон и крепкий чай, — устало распорядился он. — Леди, я рекомендую не делать резких движений, иначе тошнота вам обеспечена на долгое время.

За час Алистер успел не только принять душ и переодеться, но и просмотреть всю имеющуюся у него литературу по географии, и ни в одной из книг он не нашел ни малейшего упоминания о России или Пскове.

«Возможно, она от кого-то сбежала, а мне солгала, чтобы я не сдал ее на допрос инквизиторам. На преступницу она не похожа и говорила о своем городе с такой уверенностью. Пижама… странная, короткие волосы. Какие-то полицейские…», — собравшись с мыслями, он понял, что единственно правильным ответом на все эти вопросы является необыкновенный, практически невозможный, но однозначный вариант:

— Она из другого мира, — эта догадка осенила его и повергла в столь сильное удивление, что он сел в кресло и долго не вставал, сверля взглядом одну точку и беззвучно шевеля губами.

С книжной полки выскользнул старинный фолиант. Кросман не прикасался к нему со времен своего студенчества. Тогда он писал дипломную работу, и профессор посоветовал ему этот учебник. Книга очень помогла, но лишь в теории, а не на практике.

— Возможно ли это… — пробормотал он и, подхватив книгу, пошел к больной.

Девушка послушно ела бульон с ложки.

— Вот и умница, еще одну — и можешь отдыхать, — ворковала экономка. — Сон — лучшее лекарство.

Камиле было около сорока лет. Ее уволили из магического университета Фафнира, где она вела семинары по домоводству. Бывший ректор, не пользовавшийся ни авторитетом, ни симпатией коллег, утверждал: «Студентам с боевого факультета или той же некромагии незачем знать разницу между булавкой и иголкой или как правильно вышивать гобелены». Поэтому некоторых преподавателей вроде Камилы сократили. Позже ректор ушел на пенсию, и его должность занял прогрессивный человек, близкий друг Кросмана. А Камила заняла должность экономки в особняке лорда, став помощницей для его дворецкого.

— Спасибо, — слабым голосом девушка поблагодарила экономку, и та ушла, мимолетно улыбнувшись лорду.

— Это вы… — устало сказала гостья, смежив веки.

— Я хотел сообщить вам, возможно, единственный верный ответ на ваш вопрос. Где вы находитесь, — напомнил он.

— И где же?

— В магическом мире. Вы попали сюда, к нам, через случайно открывшийся портал и очень удачно вывалились на территорию моего загородного дома.

— Неужели? — она распахнула глаза, полные скепсиса и неверия.

— Понимаю, что вам, как человеку из… Пскова сложно в это поверить, но так и есть. Если хотите, я могу продемонстрировать вам свои магические способности, а не бульварные фокусы, — предложил он.

Девушка пожала плечами.

Однако ни летающие предметы, ни созданный из огня дракон не произвели на нее впечатления. Куда больше удивил вид из окна, куда Алистер ее подвел и распахнул створки.

Они смотрели на вздымающиеся вдалеке заснеженные вершины гор, темные высокие деревья, мерцающее бирюзой горное озеро. Ветер всколыхнул занавески, обдав лицо девушки ароматом хвои и морозной свежести.

Она невольно уперлась спиной в грудь лорда и прошептала:

— Так это правда, а не сон, — ее пальцы легли на заснеженный подоконник. Она ощутила покалывание и сжала горсть снега. Пальцы быстро замерзли, и Алистеру пришлось силой их развести: ее кожа покраснела.