Рыжая невеста Хаоса - Броня Сопилка

Я судорожно повернулась вправо: мохнатое чудище на плече всё так же топорщило пятнистую шерсть и хлестало щупальцем, а жнец не ответил.

– Держись! – только и скомандовал он.

Я сжалась в комок и… мы «прикрышились»!

Перекатом, с хрустом и брызгами черепицы во все стороны, мы пропахали скат крыши своими телами. Зубастая хренотень сорвалась с плеча и куда-то укатилась, так и не представившись.

В ходе последнего кульбита мы со Жнецом ещё и лицом друг к другу оказались. Причем он явно защищал мою голову рукой, а бок и спину – чем-то шелковистым и большим.

Зачем? Если обещал убить… Или уже? Может ещё одна кошачья жизнь  уже списана?

Вскоре всё стихло, последний кусок черепицы разбился где-то далеко внизу, а мир перестал кружиться у меня в глазах вперемешку со звездочками. Ныли отбитые локти и голень, горело искусанное плечо, но всё же я чувствовала себя более-менее целой. Только вдохнуть не получалось, не так-то просто дышать под весом отнюдь не легкокрылого фея, а феерического стрекозла. Правда, обзываться, лежа под тем, кто может тебя придушить и сказать, что так и было, – тоже не самая удачная идея. Парень не шевелился и словно тяжелел с каждой секундой. 

Я испуганно замерла:

– Эй? Ты жив?

Он молчал, и у меня сердце оборвалось от ужаса. Неужели я, трясясь за свою жизнь, угробила его?!

– Вроде бы… – наконец отозвался Жнец хрипло.

– Жив! – обрадовалась я, но вслед за облегчением вернулась тревога. Я пошевелилась, в попытке вылезти из-под придавившего меня тела, но осторожно, чтобы не разозлить и мысленно коря себя за язык без костей.   Вот что мне стоило промолчать, а?

– Только не ешь меня, ты обещал, – ох, не только это он обещал, не только. – Не ешь, и так и быть, живи.

Что я несу-у?..

– Щедрая девочка, – прошептал Жнец куда-то в район виска, и начал странно подергиваться.

Я снова замерла – неужели всё-таки умирает?! – а этот … стрекозёл расхохотался в голос.

– Ну ... ты! – задохнулась я от негодования. А я ещё за него переживала! Нашла за кого – за Мрачного Жнеца!

Ты, Котя, не кошка! А одну жизнь уже потеряла, и вовсе не факт, что у тебя их осталось восемь. Не факт даже, что ты в принципе что-то теряла! Говорил же лекарь – богатое воображение у девочки! Так может, это оно и есть? Посттравматический бред. Вот только откуда тогда тут взялся парень из этого бреда? И люк.

Я медленно выдохнула – всё-таки надо успокоиться и всё обдумать.

Но тут Жнец чуть приподнялся на локте, в то же время крепче прижимая меня к крыше телом.

– Ну и чего надулась? – он разглядывал меня, всё ещё ухмыляясь.

– Тебе показалось, – я стиснула губы и ответила прямым взглядом. И обалдела – вблизи Жнец оказался совсем не таким, каким я его запомнила.

Глаза вовсе не черные, а цвета темного шоколада с лукавыми искрами. Сияющая улыбка и ямочки на щеках. Сердце застучало, как бешеное, когда я осознала, что смотрю на него, как завороженная.

Жнец тоже как-то странно замер и задержал дыхание. Улыбка его медленно погасла.

У меня зазвенело в ушах. Я отвернулась и попыталась его оттолкнуть, но не с моими силами двигать такие скалы.

– Выпусти! – потребовала я, пряча глаза.

– Не могу, – пожал плечом парень. – Ты лежишь на моём крыле.

– Ой! – То-то мне так мягко лежать, и черепичка ...  не колет. Я попыталась отползти в сторону, но Жнец только сильнее прижал меня собой.

– Ты что делаешь? – охнула я.

– А может мне нравится?

– Что?! – щекам стало жарко.

Жнец склонился ниже и прошептал:

– Лежать на тебе…

Предательский жар перекочевал даже в уши.

– …и на краю крыши, – продолжил он. – Острые ощущения так бодрят кровь!

Я сглотнула.

– Посмотри туда, – он кивнул вправо, я повернула голову, задев носом его подбородок, и заглянула немного вперед.

Мы лежали всего в черепичине от края, а под нами, кажется, что-то хрупнуло.

– Страшно? – тихо спросил меня он, задевая дыханием ухо.

Я прикусила губу.

И тут мимо нас прошествовал кот. Вот уж где дивное виденье: лохматый, рыже-черный с белым пузом. Наглый хвост мохнатым щупальцем вился следом.

Я посмотрела на Жнеца, я покосилась на свое плечо и, наконец, поняла:

– Это был кот!

Зверь, не так давно прикидывавшийся второй головой монстра, снисходительно глянул на меня, а затем отчетливо закатил глаза.

– Кот, конечно. Тот, которого ты чуть не зашибла люком, – пояснил Жнец. – Пришлось спасать.

Кот смерил его зверским взглядом, выражавшим бездну сомнения в умственных способностях «спасителя».

– Ну, так получилось, – Жнец кажется даже смутился.

Кот презрительно отвернулся, а затем заглянул с крыши вниз.

– Мрык? – поинтересовался он у далекой розовой мостовой.

И кот был совершенно прав. Это полный... мрык...

– И нам придется тут висеть, пока не явятся спасатели? –  шепотом спросила я.

– Нет, – парень тяжко вздохнул. – Будем спасаться сами. Хорошо, хоть ты успела крылья рассеять, поломала бы в щепки.

– А ты разве не можешь рассеять свои? – запоздало удивилась я.

– Нет, сначала его придется залечить.

–  Прости...

Я вспомнила, что он защищал меня при падении, и если мне было мягонько, то его крыльям от крыши досталось... выше крыши. В принципе, и раненые крылья можно рассеять, они даже заживут. Но только если…

– Ты сломал крыло?! – догадалась я.

– Надеюсь, нет. Но болит крепко, зараза. Ты только не дергайся.