Нуария - Анатолий Жуперин

Женя захлопнула дверь на чердак и побежала к лестнице. Она с облегчением обнаружила, что спустилась вовремя, потому что её уже собирались искать на втором этаже. Мама Жени – Вера Кирилловна Таринова – была красивой высокой женщиной. Она работала директором московской фирмы, которая занималась огранкой бриллиантов. Ей приходилось проводить на работе большую часть своего времени и, к огромному сожалению всей семьи, редко удавалось уделить время дочерям. А этим летом она была особенно загружена и поэтому даже ни разу не смогла вырваться навестить Женю на даче.

Когда девочка спустилась по лестнице, мама крепко-крепко сжала её в объятиях и нежно прошептала:

– Хорошая моя, как же я по тебе соскучилась.

– Я тоже соскучилась, мама.

В прихожую зашла бабушка Надя.

– Господи, как же вы похожи! – заметила она, любуясь матерью и дочерью.

Женя и мама усмехнулись: они слышали это уже не в первый, и, наверное, далеко не в последний раз. Ведь сходство было настолько очевидным: у обеих длинные рыжие волосы, тот же прямой нос, те же зелёные глаза и чуть полноватые щеки.

– Конечно, так и должно быть, – сказала мама, поворачиваясь к бабушке.

– А на меня она разве не должна быть похожа? – раздался мужской голос.

– Папа! – радостно вскрикнула Женя.

В комнату вошел Юрий Степанович Таринов. Он был высоким худощавым мужчиной с шелковистыми каштановыми волосами и аккуратными усами. Его призванием была пластическая хирургия. Женин папа проводил великолепные операции, которые удивительным образом меняли облик клиентов, недовольных своей внешностью. Правда, зачастую она и без того была безупречна, а клиенты, во что бы то ни стало, хотели измениться. И довольно часто после того, как за посетителями закрывалась дверь, Юрий Степанович недоуменно бормотал: «И на что им это сдалось?» Женя радостно прыгнула в отцовские объятия, он легко поднял её, торжественно покружил в воздухе и звучно поцеловал в щеку:

– Ну вот, все и в сборе, – сказал он.

– Как все? – удивилась бабушка, – А где же Ира?

– Она осталась в городе, её подружка пригласила к себе на день рождения, – огорченным голосом ответила мама. – Родители той девочки умоляли отпустить Иру, и мы согласились.

– Понятно, жалко, конечно, что она не приехала, – досадливо вздохнула бабушка. – Ну, ничего, пусть повеселится. Вы голодные? – обратилась она к родителям Жени.

– Я – нет, а ты, дорогая? – приобняв за талию маму, спросил отец.

– Я тоже.

– Ну, тогда пойдёмте, чайку попьем, поболтаем немного. Гости начнут собираться через два часа.

От такого заманчивого предложения никто не отказался, и уже через полчаса вся семья дружно сидела на утопающей в зелени веранде и пила ароматный свежезаваренный чай с травами. Мама с папой охотно делились тем, что происходит в городе, что творится на работе. Мама эмоционально жаловалась на своих деловых партнеров. Папа шутил и рассказывал новые анекдоты. Женя заразительно хохотала. Всем было очень весело, пока разговор не коснулся темы отъезда.

– Надо будет в пятницу утром с ними встречаться, – сказала мама с досадой.

– Вы же только в пятницу уезжать собирались, – удивилась бабушка.

– Собирались, но ничего не поделаешь, уже завтра вечером придется ехать.

Женя посмотрела на родителей немного обиженно: это был не первый раз, когда их работа прерывала отдых, и, хотя умом дочка могла понять, как это важно, то сердцем – нет.

А когда ты собираешься возвращаться в Москву? – поинтересовался папа у бабушки.

Та грустно вздохнула:

– Я не знаю, смогу ли вернуться. Катя совсем разболелась, врачи сказали, что ей нужно лечь в больницу. Наверное, придется поехать к ней.

Услышав это, Женя совсем приуныла. Тётя Катя была старшей сестрой бабушки Нади. Жила она в Санкт-Петербурге. Девочка понимала, что если бабушка туда поедет, то наверняка надолго.

– А сколько ты там пробудешь? – спросила мама.

– Точно не знаю, – пожала плечами бабушка, – она на самом деле боится ложиться, может затянуться надолго.

Дальше Женя загрустила и уже не вслушивалась в разговор. Лишь краем уха уловила, что мама с папой спрашивали что-то о болезни и предлагали помочь деньгами. Девочка поняла, что всё плохо. Бедная тётя Катя заболела, бабушка поедет в Питер. А родители уже завтра уезжают в Москву, конечно же, и её возьмут с собой. А там её ждет учёба и Ирка. А если в этом году не будет бабушки, кто будет во всём ей помогать? Жизнь начинает принимать весьма неприятный оборот, и Женя ничего не может с этим поделать. «Что же за проклятый день такой! – подумала девочка, – всё самое худшее приходится именно на него. Хотя нет, кое-что хорошее сегодня всё-таки случилось: я встретила дедушку “В”. И сегодня вечером снова смогу поговорить с ним, надо будет только дождаться, пока все лягут спать, и проскользнуть на чердак незамеченной».

Оставалось только полчаса до полуночи, Жене уже давно полагалось быть в постели, к тому же её сильно клонило в сон: глаза буквально закрывались. А взрослые всё не ложились, видимо, смотрели какую-то юмористическую передачу – снизу то и дело доносились голоса и смех. Женя села на кровать и вздохнула. Последние полтора часа девочка всё бродила и бродила по комнате, меряя её шагами. Комната была небольшой, но уютной. Стены были отделаны деревом, а в углу, прямо под окном, стояла мягкая кровать. Женя любила просыпаться под ласкающие лучи солнца. Рядом с кроватью стоял маленький письменный столик для занятий. На стене рядом с дверью висела полка с дорогими Жениной памяти игрушками, а пол покрывал ворсистый и яркий зеленый коврик. Благодаря этому вечеру девочка с уверенностью могла сказать, что длина комнаты от стола до полки составляла девять шагов.

Женя подошла к полке и взяла плюшевого серого кролика – своего фаворита, которого она звала Степашкой.

– Надо попытаться проскользнуть на чердак, Степашка, а то засну я, а не они, – сказала она кролику. Тот, улыбаясь, смотрел на неё своими трогательными коричневыми глазами, словно подбадривая и желая удачи.

Девочка открыла дверь и осторожно выглянула в коридор. Из гостиной был слышен звук включенного телевизора, оттуда доносились голоса мамы и бабушки. Стараясь не скрипеть дверью, Женя покинула комнату и на цыпочках прокралась к двери на чердак. Осталось немного, сейчас… Она протянула руку, чтобы открыть дверь, повернула ручку…

– Играем в страшилки, юная леди? – шепнули ей на ушко.

Женя дрогнула и замерла на месте, держась за ручку полуоткрытой двери. Сглотнув, она медленно обернулась. Перед ней стоял папа в темно-синем халате и зелёных тапках, к счастью, он не выглядел рассерженным, наоборот, лишь мягко улыбался.