Предназначение - Ульяна Лебеда

– Очень смешно, деревенщина!

Резко отвернувшись, я направилась к выходу, бормоча под нос проклятия и нечто о наглости полукровок и застрявших в их горлах куриных костях.

Конечно я не собираюсь посвящать в это открытие ни Эрила, ни кого либо другого. У меня и своих проблем хватает, чтобы прибавлять к ним чужие. Пусть сам разбирается, но если темноглазого поймают немедля вздернут, как пить дать. Разговор при дворе коротки —что не так сразу либо виселица, либо плаха.

Народ в Лима прибывал с каждым днём. Близился сезон лисьей охоты. Хотя до самого кровавого пиршества оставалось ещё более недели, гости наводнили замок требуя внимания, еды, питья и развлечений.

В самом городе тоже вовсю шныряли торговцы, воры и прочий сброд. Вся эта суматоха продлится до второй луны, затем словно по команде волна схлынет и наступит затишье, вплоть до самого Дня Забвения.

Работы при дворе значительно прибавилось. Прислуга носилась словно ошпаренная, встречая и сопровождая новоприбывших. В такое время не стоило и мечтать о прогулках, тем более Илида расстаралась и загрузила меня под завязку.

Не оставалось времени даже на то чтобы спуститься к конюшням и навестить Вендил. Вряд ли в этой неразберихе кто озаботиться тем, чтобы подкинуть ей сена и налить воды в бунжу.

А так как при дворе меня особо не привечали, в последнее время опасаясь гнева Жемин и подавно, то это сказывалось на несчастной кобыле. Надеюсь хоть к ужину улучу минутку, проверю как она.

Словно в ответ мыслям, повариха ворча и постанывая грохнула передо мной очередную порцию столового серебра, и буркнула – И это только начало, скоро станет вовсе невмоготу. Едят, пьют да веселятся круглосуточно, бес их задери. А мы тут надрывайся да не жалуйся. Тьфу!

Как бы я не торопилась, один черт провозилась до самой темноты. И наконец выскользнув наружу, что есть мочи припустила в сторону конюшен.

Пробравшись между идеально выскобленными стоилами наполненными отборным овсом, уткнулась в шею радостно всхрапнувшей Вендил – Привет красотка. Я тоже очень скучала.

Затем с удивлением оглядев полные ясли и поилку, пробормотала – Надо же, ты смотри- ка, кто то проявил к тебе внимание. И кажется я догадываюсь кто.

– Тоже шестое чувство нефилима?

Хмуро взглянув в искрящиеся темные глаза, я бросила – Нет, довольно длительный период жизни в суровой реальности. С чего такая щедрость?

– Будем считать, что я отблагодарил тебя за молчание. Мы квиты. И вот ещё что, между прочим у меня есть имя. Киттерс. Или Кит, если ты не против.

Собираясь огрызнуться, я осеклась. Парень совершил доброе дело. И потому промямлила – Я и не собиралась никому рассказывать. Не мое это дело. Мое имя Вейл, но думаю тебе об этом уже известно.

Он кивнул в знак согласия и продолжил – Включая и то, что ты живёшь в Лима уже девять лет и делаешь это не по своей воле.

– Не стоит быть таким любопытным. Я не расположена обсуждать свою жизнь. Даже за охапку сена.

– Мне кажется, ты слишком все усложняешь. Всего лишь вежливость, не более. Но мне то скрывать нечего. Я Киттерс Баркинс из Готтерса. Мне девятнадцать и я девятый ребенок. То есть бесперспективный и к тому же нежеланный по рождению.

– Что это означает?

Парень улыбнулся и пожал плечами – Мой отец не человек. Но я никогда его не видел.

– А твоя семья? Братья и сестры?

– Люди. Все до единого. Родители не хотели чтобы кто-нибудь догадался о том, что я не такой как они…

–…и потому поспешили как можно скорее сплавить тебя из дома.

– Можно сказать и так. Но я не в обиде. У меня остался Пончик и ещё целый мир. Куда хочу туда и пойду.

Заметив мою унылую физиономию, Киттерс осекся – И ты тоже могла бы попытаться.

– Что именно? Уйти? Исключено. Ты не понимаешь о чем говоришь.

– Почему? Этот город совсем не то, что требуется нефилиму. Разве я не прав?

Сердито фыркнув, я отчеканила – Довольно обо мне! Как я уже и говорила…

–…ты не собираешься посвящать меня в подробности своей жизни. Я помню.

– Вот и прекрасно. А теперь мне пора. Ещё раз спасибо за Вендил, но больше так не делай. Я сама могу позаботиться о собственной кобыле.

В последний раз потрепав холку лошади, я сунула ей дополнительный кусок сахара, поцеловала крошечную звёздочку на носу и поспешно удалилась.

Немного позже, свернувшись на древнем топчане каморки, я изо всех сил пыталась избавиться от нахлынувших воспоминаний, невольно пробужденных ничего не подозревающем о моих метаниях Китом. Помощник конюха разбередил затянувшиеся паутиной старые грезы о свободе, заставив меня вновь ощутить давящий груз абсолютного одиночества.

У этого типа просто дар цеплять за самое больное!

Полукровка сам признался, что появился здесь неспроста, но ничем хорошим это не закончится. Внутри все буквально вопит о том, что бы я держалась от него подальше. Но в то же самое время словно магнитом тянет в сторону проклятых конюшен.

Уставившись на оплывающий огарок свечи и перестав сопротивляться, я обратилась к прошлому

Древний род Айриш когда то был достаточно могущественен и народы его неисчислимы, но все изменилось когда в наши плодородные гостеприимные земли вошли Ростоны и привели за собой Велтранов. Тогда то и начались нескончаемые воины и раздоры. Мы не хотели и не могли мириться с истреблением привычного уклада мира. Но когда Милдер попала в плен, то выбора не осталось уже у меня.

По сравнению с жизнью Милдер моя не стоила и ломанного гроша. Айриши не надеялись на то, что Ренгир пойдет на уступки, согласившись забрать младшую дочь в обмен на ту, в которой была сосредоточена вся магия поколений, передаваемая в наследство по старшинству. Но когда Велтраны дали согласие, договор вступил в силу.

Когда- то меня уверяли, что это ненадолго, стоит лишь империи окрепнуть все вернётся на круги своя. Я получу свободу. Годы шли, но никто так и не объявился.

Два года назад старый Регнир умер. Власть Велтрана перешла в руки его сына, Геридора из Лосарка.

Ещё несколько лет и сам принц займет место отца, а я все так и буду мечтать о несбыточном и ждать перемен.

Вдобавок ко всему ещё и Жемин, невзлюбившая меня с тех пор, как переступила порог Лима. Поговаривали что брат принцессы погиб от рук нефилима, сражаясь у границ Штольберга. Возможно потому ее ненависть и была столь безгранична.

Придется приложить максимум усилий для того чтобы просто выжить. Жемин не оставит меня в покое, не стоит и надеяться.

Я не знаю, что происходит за территорией Сейлока, но из обрывков разговоров понимаю не все так гладко.

Границы Велтранов существенно расширились, оттеснив остальных дальше, к Северным широтам. Магия ущемляется везде и повсеместно и лишь те, что пошли под начало Лима добровольно поселились здесь в Штольберге, работая во благо принцев.