На чужих условиях - Крис Карвер

Алви думала о том, что это неправильно — хранить себя для кого-то, кому ты, по сути, не так уж и нужен, но она не могла перебороть себя и пригласить парня на свидание. Она просто жила в ожидании, как будто это могло что-то значить. Была ли она влюблена в Килана? Наверное, в том смысле, в котором люди влюбляются в ее возрасте. Потому что не могло пройти бесследно осознание того, что она связана с таким потрясающим мужчиной. Что она будет состоять с ним в браке, что они станут полноценной семьей. Она не могла не думать об этом.

— Алвилда.

Она как раз пыталась решить уравнение размером с целый тетрадный лист, когда в комнату постучал отец. Алви стянула очки с переносицы и потерла глаза, пытаясь скрыть раздражение. Она ненавидела — просто терпеть не могла, когда ее звали полным именем.

— Да, пап?

— К тебе пришли.

— Тайлер?

Она удивленно посмотрела на часы. Они должны были встретиться только через пару часов, поскольку на домашнюю работу у обоих уходило слишком много сил.

— Вообще-то, — шериф как-то странно улыбнулся. — Это Килан.

И хорошо, что Алви вовремя вспомнила, что у Килана слух оборотня, и что он все слышит, так что она не стала визжать, а просто открыла рот в удивлении и молча кивнула.

— И что я должна…?

— Он сказал, что хочет поговорить с тобой.

О чем, господи-боже? Они не виделись четыре месяца. На Рождество Килан был в Нью-Йорке и ограничился телефонным звонком, потом была парочка сообщений (очевидно, написанных под суровым взглядом Джулии), в которых оборотень спрашивал Алви о ее самочувствии и интересовался, не нужно ли ей что-то. А дальше была тишина, к которой она настолько привыкла, что порой забывала о том, что Килан вообще есть в ее жизни.

Он все еще нравился ей по рассказам Лауры, по старым фотографиям, что Джулия иногда приносила в их дом. Нравился по тому, как стойко поддерживал эту иллюзию пары, не путаясь ни с кем (по крайней мере, не на глазах жителей). Нравился, потому что всегда был вежлив с ней, хоть и холоден. Но как она должна была вести себя с ним, если они, по сути, чужие друг другу люди? И вряд ли когда-то заставят себя стать родными.

— Скажи ему, чтобы поднялся, пап.

Отец спокойно кивнул и вышел за дверь. Алви спешно пригладила торчащие волосы и проехалась взглядом по комнате. Кавардак, но что поделать. Килан не предупредил о визите, а Алви всего лишь подросток, она не собирается заморачиваться этим, тем более сейчас, когда у нее слегка подкашиваются колени.

Она успела бросить взгляд в зеркало, когда в дверь постучали.

— Входи, — пришлось кашлянуть, чтобы восстановить способность нормально говорить.

Алви пыталась убедить себя так не нервничать, но сделать это было сложнее, чем сказать, поскольку Килан прямо сейчас находился в ее комнате (впервые в жизни находился в ее комнате) и был просто до сумасшествия неотразим.

— Привет, — сказал Рейн и широко улыбнулся. На нем был простой черный свитер и джинсы, а темные волосы лежали точно так же, как и обычно, но, как и всегда, он макушки до пят он притягивал к себе взляд.

Алви вернула ему улыбку, вытерла вспотевшие ладони о джинсы.

Потом они коротко и неуклюже обнялись, чуть не столкнувшись лицами. Это было глупо и это было не обязательно, но Килан сам потянулся к ней и сомкнул ладони на лопатках, слегка сжимая. Алви открыла рот и подумала о перспективе вообще не шевелиться, но, наверное, это выглядело бы очень невежливо, поэтому она тоже похлопала его по спине. Как Тайлера. Как приятеля. Господи, что за позор.

А потом они расцепились, и почти на минуту в комнате повисло молчание.

Килан огляделся по сторонам (пока он это делал, Алви насчитала сто один компромат на саму себя на тумбочке, под кроватью, на полках). Ох, божечки, какой ужас.

— У тебя здесь здорово. Правда. Мне нравится, — он повернулся и так посмотрел на Алви, что та чуть не заскулила. — Когда я ходил в старшую школу, моя комната была завалена мячами, гантелями и всякой ненужной фигней, а у тебя столько книг.

Алви открыла рот, чтобы что-то ответить, но Килан вдруг ойкнул и протянул ей пакет, который все это время держал в руках.

— Прости, это тебе.

Она уставилась на пакет. Наверное, стоило взять его, открыть и заглянуть внутрь, но это был первый раз, когда Килан что-то давал ей, если не брать в расчет переданный сахар за столом во время редких общих обедов. Поэтому она тормозила.

— Это не бомба, — почувствовав заминку, рассмеялся Рейн.

Алви мысленно отругала себя и тоже хохотнула, наконец, заглядывая внутрь пакета.

— Ух ты, — сказала она. Больше сказать было нечего.

— Лаура сказала, что тебе понравились конфеты, которые я передал в больницу. Это немного другие, надеюсь, ты любишь темный шоколад.

Алви не могла перестать моргать.

Во-первых, все-таки КИЛАН ПЕРЕДАЛ ТЕ КОНФЕТЫ В БОЛЬНИЦУ?

Во-вторых. Он принес еще, и это было странно. Алви хотела напомнить Рейну, что ей почти восемнадцать, в ее возрасте ожидают получить в подарок что-то менее… Конфетное? Но какое право возмущаться она имела?

Ну, и в-третьих. Она, кажется, дар речи потеряла, а это очень и очень плохо, потому что, когда она не болтает, она думает, причем думает слишком быстро, и в такие моменты ее слегка клинит, и со стороны она выглядит, как идиотка.

— Эм. Спасибо? То есть. Спасибо. Да. Точно. Спасибо.

Еще восемь раз повтори, тупица.

Они пару секунд тупо поулыбались друг другу, потом Алви предложила Килану присесть в свое компьютерное кресло, а сама села рядом на стул.

— Ты пришел по какому-то конкретному делу?

Находиться с Киланом наедине в небольшом помещении так долго, разговаривать с ним, смотреть на него и вдыхать его запах было очень приятно, но любопытство не отпускало. Килан никогда не навещал ее просто так. И говорили они так мало, что Алви помнила почти все их диалоги наизусть.

Килан покатал ручку по столу. Нужно было как-то начать разговор, но проблема состояла в том, что он понятия не имел, как говорить с этой девчонкой.

— Я говорил с мамой, и до нее дошли кое-какие слухи. Это касается твоего обучения в колледже.

Он сложил руки друг на друге и посмотрел на Алви. Она в ответ спокойно кивнула и улыбнулась. Очень красиво улыбнулась, стоило признать.

— Хорошо.

Килан попытался прощупать почву.

— У нас будет контракт, — начал он.

— Я помню, — Алви широко растянула губы и перебила его. Килан терпеть не мог, когда его перебивали, и он попытался подавить это ощущение пощипывания на языке, когда хотелось попросить человека прекратить так делать. Он не будет поступать так с ней. — Я ведь буквально родилась, зная это, Килан.