Кровь Амбера - Роджер Желязны

Слегка встревоженный, я вернулся в свое жилище. Лежа наспине, заложив руки за голову, я пересмотрел свои планы. Падающие валуны моглии убить, а я не хотел убивать Люка. И дело тут вовсе не в сантиментах, хотя донедавнего времени я считал его своим хорошим другом — пока не узнал, что это онубил моего дядю Каина и, как видно, желает уничтожить всех моих родственниковпо линии Амбера. А все потому, что Каин убил отца Люка, моего дядю Бранда,которого охотно прикончил бы любой другой. Да, Люк, или Ринальдо, как,оказывается, его на самом деле зовут, — мой двоюродный брат, и у него естьпричины для вендетты, давнего семейного обычая. И все-таки желать прикончитьвсех нас — это уж слишком.

Однако не родственные чувства и не прочие сантиментызаставили меня разобрать ловушку. Люк мне нужен живой — я слишком многого непонимал в нынешнем деле, и не пойму, если он погибнет до того, как заговорит…

Ясра; Козыри Рока; то, как легко меня выследили в Тени;связь Люка с чокнутым художником-оккультистом Виктором Мелманом; Джулия и еесмерть…

Я начал разбирать западню.

Мой новый план был крайне прост и рассчитан на то, о чем Люктеоретически не мог знать.

Я перенес свой спальный мешок в туннель рядом с помещением,в потолке которого находился заблокированный вход, и разместил там такжекое-что из запасов пищи, решив остаться на этом месте как можно дольше.

Новая западня, отлично придуманная, была проста и потомунадежна. Устроив ее, мне оставалось только ждать. Ждать и помнить. И строитьпланы. Мне надо предупредить своих. И что-то сделать с Колесом-Призраком. Такженеобходимо выяснить, что знала Мэг Девлин. Многое, многое…

Я думал о Теневых бурях, о своих снах, о странных Козырях иДеве Озера… Жизнь моя довольно долго была размеренной рутиной, потом вдругпоследовали несколько дней взрывной активности, а теперь — ничегонеделанье.Утешало одно: время здесь течет гораздо быстрее, чем в иных важных для меняместах. Возможно, здешний месяц равнялся дню в Амбере, или около того. Тогда,если бы я смог вскоре выбраться отсюда, все следы, которые я хотел прочесать,будут еще относительно свежими.

Потом я погасил лампу и решил заснуть. Сквозь хрустальныелинзы моей тюрьмы просачивался свет, то разгоравшийся, то угасавший, чтопозволяло мне определять время суток и жить согласно этому ритму.

В течение следующих трех дней я продолжал читать дневникМелмана. Масса аллюзий и минимум информации. Я почти уверился, что Человек вКапюшоне, как он звал своего незваного гостя, учителя и «господина», был не ктоиной как Люк. Смущали только намеки Мелмана на то, что «господин» былгермафродитом. Пассажи насчет «жертвоприношения Сына Хаоса» ближе к концу яотнес на свой счет, поскольку знал, что Мелману приказали уничтожить меня. Ноесли за этим стоял Люк, как объяснить его двусмысленное поведение в горахНью-Мексико, когда он посоветовал мне уничтожить Козыри Рока и велел немедленноуезжать, словно хотел защитить от кого-то? И почему он признал, что виновен впервых покушениях на мою жизнь, но отрицал свою причастность к последним? Еслименя пытался убить именно Люк, тогда в подобных признаниях смысла не было.Значит, тут замешан кто-то еще. Или что-то. Как, почему? В головоломке явно нехватало деталей, но я чувствовал: один мелкий намек, один крошечный кусочекинформации — и весь образ обретет целостность, проявится расклад, который ядавно должен был бы разглядеть.

Конечно, я мог сообразить, что если мне нанесут визит, тонепременно ночью. Мог — но не сообразил. Я бы тогда спал бы днем, чтобы ночьюбодрствовать и быть начеку. Я-то не сомневался, что план сработает, бездураков, но в критический момент даже пустяк может сыграть важную роль.

Я крепко спал, и стук камня о камень казался мне глухим иотдаленным. Открыл глаза. Стук не утихал. Лишь через несколько минут до менядошло, что происходит. Я встал, сонный, протирая глаза и приглаживая волосы,прошел в соседнее помещение, ближайшее ко входу в пещеру, и притаился, сев устены, пытаясь стряхнуть сон.

Теперь к стуку камней добавился другой звук — будто кто-товытаскивал клинья, которые держали глыбу, загораживавшую вход в пещеру. Судя поотсутствию эха, звуки доносились снаружи.

Я рискнул выглянуть в переднее помещение. Вход по-прежнемузавален, ночного неба со звездами не видно.

Вибрирующие звуки наверху продолжались, теперь к нимдобавились скрип и треск. Над прозрачной крышей возник яркий световой шар,окруженный нимбом. «Фонарь, — подумал я. — Пламя не колеблется,значит, это не факел. К тому же факел сейчас было бы неудобно держать».

Наконец показалась полоска неба с двумя звездами в нижнемуглу. Потом она расширилась, и я услышал тяжелое дыхание и тихое бормотание.«Их двое», — решил я.

От избытка адреналина в крови у меня звенело в ушах и слегкапокалывало в руках и ногах. Я никак не рассчитывал, что Люк явится не один.План казался надежным и, без дураков, сработал бы; но я-то дурак.

Валун откатился в сторону, и я даже выругаться не успевал:мысли мчались, выбирая верное решение и способ действий.

Я вызвал знак Логруса, и он возник передо мной. Поднявшисьна ноги и опираясь о стену, я стал двигать руками в такт условно-хаотичнымдвижениям двух линий фантома. Когда мне удалось достичь полного сопряжения,звуки наверху замерли.

Вход был открыт. Через несколько секунд в нем вспыхнул свет,и я сделал шаг вперед.

Я вошел в зал, простирая руки. Двое мужчин, смуглых инискорослых, свесились сверху. Да, мой первоначальный план полностью правалился— Люка тут не было, а в руках незваные гости сжимали обнаженные кинжалы.

Я потянулся логрусовыми перчатками и схватил каждого загорло. Я сжимал пальцы до тех пор, пока мои посетители не обмякли, потомподержал еще немного и отпустил их. Потом зацепился сияющими силовыми линиямиза край отверстия и подтянулся. Задержался лишь, чтобы забрать прилепившуюся кпотолку Фракир. Она-то и была моей западней: спускаясь в мое жилище, Люк (ивсякий другой) не мог миновать невидимую петлю, готовую сомкнуться на горлевсякого, кто двинется.

Ну, пора двигать отсюда.

Справа от меня по склону сбегал огненный ручеек: фонарьупал, разбился, и из него вытекало горящее масло, а может, керосин. Придушенныемной незнакомцы распростерлись по обе стороны от него. Валун, что преждезагораживал вход, находился слева и чуть позади. Я помедлил, опираясь на локти,приподняв над землей лишь голову и плечи. Знак Логруса плясал у меня передглазами, в руках пульсировало тепло силовых линий. Фракир переползла с с моеголевого плеча вниз на бицепс.