Госпожа Шестого Дома - Эуреон Серебряный

Тардаэр не был из легко приспосабливающихся. И следовало ожидать, что в новых условиях он вряд ли поведет себя… правильно.

— На колени, сейчас же, — женский голос, на удивление спокойный.

Подойдя ближе, Сорнтран увидел разъяренного, взъерошенного Тардаэра и напротив него жрицу в обтягивающем красном платье и с плетью в руке.

— Я воин! Я не раб!

Взмах плетью. Ярко-красный след рассек туловище Тара. Двое воинов в броне со знаками Шестого Дома схватили его за руки и заставили опуститься на колени.

Пожилая женщина достала из костра раскаленный прут, толстым концом которого выжгла клеймо с ключицы Тардаэра. Крик. Еще один воин подошел, схватил голову Тара, чтобы он не дергался, и другим прутом женщина поставила новое клеймо на его щеке.

Воины (Сорнтран заметил, что у большинства клейма были именно на лице, а не на ключице) бросили корчащегося от боли Тара на землю, но остались стоять рядом — на случай, если он снова решит сделать что-то неуместное. Видимо, хоть немного благоразумия у Тара все же было: он тихо поднялся, отошел на пару шагов и остался стоять, сжав губы.

— Вот этот пусть будет следующий, — клерик, приведшая сюда Сорнтрана, подтолкнула его вперед.

— Сам подойдешь или и тебя надо будет держать? — спросила пожилая женщина.

Сорнтран молча подошел и опустился на колено. Какой смысл сопротивляться?

От боли перехватило дыхание, когда раскаленное железо коснулось его ключицы. Несколько бесконечных мгновений — и запах жженой плоти. Но Сорнтран не закричал.

— Убери волосы с лица. Вот так. Не двигайся.

К тупеющей боли от ожога на ключице присоединилась острая боль от прикосновения раскаленного железа к правой скуле. Сорнтран стиснул зубы, сжал руки в кулаки, но крик сдержал.

— Иди за мной.

Еле переведя дыхание, Сорнтран не без труда поднялся на ноги. Когда пелена боли перед глазами рассеялась, он увидел клерика — не ту, что привела его сюда, а ту, что руководила остальными и отвела его сегодня к госпоже. Видимо, она и есть старшая клерик этого Дома, хотя и одевается как другие, без каких-либо знаков отличия. Краем уха Сорнтран слышал, что ее звали Фаэрой.

Она привела его в залу на четвертом этаже главного строения крепости. Довольно просторное помещение, в центре которого возвышается статуя Богини, перед ней — каменная койка, а на всех стенах полки с различными склянками. Именно здесь совсем недавно клерик и ее помощницы осматривали его с ног до головы и оценивали состояние его здоровья. Если не считать того, что в тот момент он чувствовал себя рабом или питомцем на аукционе, обходились они с ним достаточно бережно.

— Ложись сюда, — клерик прошла в центр комнаты и указала на койку у подножья статуи.

Из-за статуи вышли еще два клерика в черных платьях. Сорнтрану не удалось разглядеть, что они несли в руках.

Каменная койка больно походила на алтарь для жертвоприношений, и от этой мысли Сорнтрану стало не по себе. Сердце забилось быстрее, мысли заметались в поисках выхода. Трое клериков Богини... Даже если он каким-то чудом их одолеет, — а ведь магии в запасе почти не осталось — все силы потратил на битву у рудников, — шансы прорваться через всю охрану и выбраться из крепости ничтожные. Либо его просто убьют при попытке побега, либо схватят-таки живым и будут пытать — в назидание остальным.

Более чем неприятные перспективы…

Пытаясь успокоить дыхание, Сорнтран все же лег на койку. Подумал, что вряд ли госпожа была им настолько недовольна, чтобы приговорить к жертвоприношению. Тело и самоконтроль, по крайней мере, не подвели его сегодня, и она, насколько он мог понять, вполне наслаждалась происходящим. Более того, если бы его жизнь должна была окончиться на жертвенном алтаре, госпожа бы не стала тратить время своих подданных и ставить клеймо. Да и ритуал жертвоприношения совершали бы не клерики, а жрицы, ответственные за ритуалы. Или же сама госпожа.

— Не бойся, — старшая клерик склонилась над ним и нанесла какую-то мазь на ожоги на ключице и на скуле. — Это лекарство. Госпоже угодно, чтобы на тебе не оставалось шрамов.

Втроем клерики начали читать заклинание, которого Сорнтран раньше не слышал. Кажется, на несколько мгновений сознание отключилось, когда же он пришел в себя, понял, что ни один из ожогов больше не болел. Клерик с улыбкой поднесла ему небольшое зеркало. Он приподнялся и взглянул на себя. От ожога на ключице не осталось и следа, как и от клейма Пятого Дома. На лице ожога тоже не было — новое клеймо с символом Шестого Дома выделялось на чистой и здоровой коже без каких-либо покраснений вокруг.

— Как твое имя? — спросила старшая клерик, когда две другие ушли.

— Мое имя Сорнтран, уважаемая жрица.

— Послушай меня внимательно, Сорнтран. Наша новая госпожа особенная. Будь благоразумен — в своих действиях, словах и даже мыслях. И у тебя все будет в порядке.

Сорнтран усмехнулся про себя. Он и сам понял, что госпожа Инстра умела читать мысли, причем не так, как это делали те немногие, кому также были доступны подобные заклинания, а настолько мягко и незаметно, что другой на месте Сорнтрана, скорее всего, и не почувствовал бы проникновения в свою голову.

Вслух Сорнтран лишь поблагодарил клерика за лечение и за совет. Поднявшись, собирался выйти, но остановился на пороге и, решив, что этот вопрос вряд ли сочтут неуважительным, спросил:

— Могу я узнать, куда мне можно ходить в этом Доме?

— Без разрешения заходить в покои госпожи, жриц, клериков и других женщин нельзя. Но ты можешь спокойно заходить во все общие помещения, в том числе в бараки воинов и магов. С любыми вопросами можешь обращаться к мастеру оружия или старшему магу.

— Здесь есть библиотека?

— Да, в восточном строении, на верхнем этаже. Туда ты также можешь заходить в любое время.

Ответы клерика помогли немного определиться с тем, какой же статус здесь будет у Сорнтрана. Конечно, в этом Доме могут быть свои правила и особенности отношений, своя вертикаль власти, отличающаяся от той, что была в Пятом Доме. Но он здесь явно не раб и даже не слуга. Как минимум воин. Что уже неплохое начало.