Три желания - Майя Марук

Якуб хмыкнул, но ничего не сказал. Мы находились в стране, где религия была не просто религией, а фундаментом общества. Поэтому здесь эти темы никогда не обсуждали вслух.

— Расскажешь подробнее?

— А тебя, с каких пор интересует моя работа?

— Всегда интересовала, — он протянул мне бутылку и плюхнулся в кресло, — или я могу тебе рассказать про то, как Амина с Зулейкой передрались из-за твоих сережек.

— Из-за моих сережек? — брови удивленно поползли вверх.

— Ну да, те самые, которые ты швыряла в меня после того, как вылила мне на голову борщ.

— Ты сказал, что он невкусный.

— Я пошутил.

— Между прочим, это был борщ, который варила для меня твоя бабушка.

— От бабушки я тоже получил. И от деда. — Хохотнул Якуб. — Он сказал, что если я не научусь держать язык за зубами в твоем присутствии, лишит меня наследства.

— Мощная угроза.

— Не то слово, — снова засмеялся муж. — Как странно, что из всех трех моих жен, со стариками нашла общий язык только ты.

— Ничего странного. Они используют меня в качестве мелкого контрабандиста.

Якуб звонко рассмеялся. На фоне рыжей бороды белоснежные зубы казались неприлично идеальными.

— Ладно, так что у тебя здесь за работа? Не пойми меня неправильно. Я просто удивлен.

— Удивлен тому, что ко мне обратилась мусульманка?

— Нет, это как раз меня не удивляет. Удивлен, что ты согласилась две лишние недели провести в Египте. Что-то интересное?

Я на несколько секунд задумалась, стоит ли раскрывать все карты. Но потом поняла, что скрывать нечего:

— Петр нашел в пустыне новые артефакты. Хочу посмотреть на них до того, как они уедут в лаборатории.

— Мне кажется, это просто повод, чтобы с тобой увидится.

— А ты против?

— Я вообще-то твой муж.

— Это ненадолго, — напомнила об окончании нашего контракта.

— Ты бы хоть ради приличия подождала, пока высохнут слезы на моем лице.

— Твои жены не дадут им пролиться.

Теперь мы засмеялись вдвоем. А я вдруг подумала, что я буду скучать вот по таким посиделкам.

Глава 2. Утро

Я проснулась в четыре утра. К этому времени солнце еще не поднялось над городом, но проблески грядущего рассвета на горизонте уже угадывались. Якуб, сложив руки на груди, похрапывал на тахте. Я тихонько привела себя в порядок, чтобы не разбудить мужчину, взяла сумку и мышкой выскочила в коридор, повесив на ручку табличку «Не беспокоить».

Встреча с клиенткой была назначена на вечер. Чтобы оставить наш разговор втайне от мужа и его семьи, увидеться мы должны были в доме сестры заказчицы. А так как до вечера оставалось достаточно времени, то и встречу с Петром и его находками не стала откладывать в долгий ящик.

К сожалению, добраться до пустыни без проводника, было практически невозможно. Во-первых, военные не пропускали через блок посты, во-вторых не хотелось застрять среди песков, только потому, что плохо ориентируюсь среди безликих барханов. Чтобы облегчить себе жизнь и не объясняться с военными, накануне через фэйсбук наняла трансфер до Дахаба, мира дауншифтинга и дурмана. А оттуда меня должен был забрать джип.

— Мадам едет нырять? — спросил таксист, когда я села в машину, на вполне приличном русском.

Определить возраст водителя было невозможно. Солнце, сухой воздух пустыни и бедность, быстро забирали молодость египтян. А любовь к курительным смесям всех сортов и действий только усугубляла ситуацию.

— Нет, в гости к дракону.

— Очень красивое место, мадам! Мадам у нас первый раз? — в прямоугольное зеркало я видела, как загорелись глаза водителя.

У этого народа есть два вида азарта: вожделение и жажда наживы. И если первого я, как любая женщина, опасалась, то второе воспринимала как меньшее зло. Все хотят кушать. К счастью, в этот раз речь шла о втором варианте.

— В Египте много красивых мест! — продолжал собеседник. — Но наши каньоны! Такие только на Синае. Если хотите, мой брат делает экскурсии. Для вас будет скидка!

— Оставь его номер. Его услуги могут пригодиться моим друзьям.

Восток, как говориться, дело тонкое. Самый ценный навык здесь — уметь честно врать, искажать факты и делать это так искренне, чтобы оставаться ровно на шаг от того, чтобы самому не поверить в эту ложь.

Моим ответом таксист остался доволен. Подал через плечо цветной буклет с экскурсиями, от местечкового агентства и пояснил:

— Там есть ватсап. Скажи, что от Махамеда. Будет скидка!

Кивнула и спрятала буклет в сумку. Остаток пути мы ехали молча, под заунывные нашиды. Я старалась не вслушиваться в религиозные пения, и на всякий случай, следить за дорогой. Впрочем, свернуть не в ту сторону у таксиста шансов просто не было. Дорога от Шарма до Дахаба была прямой, без явных съездов. Зато с табунами верблюдов, прячущимися в тени синайских гор.

В городок мы въехали чуть больше чем через час. Оставив щедрые чаевые таксисту, я вышла около моста Масбата. Мост, казалось, выполнял исключительно функцию фотозоны. Он стоял в конце каменной площадки, напротив куска пляжа, метрах в двадцати от воды. Но, его истинное предназначение раскрывалось во время штормов или высоких приливов, когда море поднималось и заливало все, до чего могло дотянуться.

— Яна! — окликнул меня мужской голос.

Я обернулась и увидела знакомую фигуру, в потертых джинсах и серой футболке. Его звали Закария. Один из немногих обитателей Египта, с кем я чувствовала себя если не в безопасности, то вполне спокойно. Во-первых, он уже несколько лет работал в группе Петра. Во-вторых, он был тем редким клиентом, с которого мне не пришлось брать двойную оплату за свои услуги.

Три года назад старший сын Закарии заболел. Врачи не могли поставить диагноз. Искали все: инфекции, онкологию, повреждения внутренних органов. Но ни один диагноз не подтверждался, а парень в буквальном смысле таял на глазах. Мать мальчика начала водить в дом чтецов, чтобы те читали ребенку Коран, отгоняя зло. Но ничего не помогало, а сами чтецы один, за одним отказывались возвращаться к мальчику. Все испуганно твердили, что телом мальчика завладел шайтан. Но что с этим шайтаном делать, они не знали. И тогда Петр вспомнил про меня, как про последнюю надежду. Закарийя не был человеком верующим и с опасением относился к любым культам. Вот только когда речь зашла о спасении сына, закрыл глаза на собственные убеждения. И, надо сказать, сделал это вовремя. Потому что болезнь сына спровоцировали не вирусы, а подростковое невежество.

Когда я пришла в спальню мальчика, то обнаружила рядом с телом умирающего подростка ликующую Амат. Забытое современными египтянами существо с