Воин Сновидений - Ирина Сербжинская

– Посланцы Ордена Квенти никогда не появляются просто так, – назидательно сказал Хокум, разрывая горячее мясо крепкими белыми зубами. – Наш бог – покровитель дорог и странствий. А наше дело – служить ему, разыскивая тех, кто пропал, спасая тех, кто в беде, укрывая бегущих, помогая всем потерявшимся и ищущим.

Тильвус закатил глаза.

– Знаю, знаю, слышал сто раз, когда обучался магии в школе нашего монастыря… так что можешь сразу переходить к делу.

– Ничего, кое-кому не помешает послушать еще разок, – проворчал Хокум. – Не припомню что-то, чтобы ты отличался особым прилежанием. Получить за один год восемнадцать предупреждений – это надо умудриться! Откровенно говоря, я, как куратор Ордена, частенько подумывал, не выгнать ли такого ученика в шею.

– Нашел, что вспоминать, – отмахнулся Тильвус. – Скажи лучше, новичков все еще пугают жуткими историями про оборотней? Помнится, когда я попал в школу, мне первым делом сообщили, что куратор Ордена – оборотень и в полнолуние ему на глаза лучше не попадаться.

Хокум усмехнулся:

– Пугают. Видел бы ты, с какой скоростью они удирают от меня по коридору! Будто за ними гонится голодный гоблин! Ладно, давай о деле.

Он отодвинул тарелку.

– Сам знаешь, иной раз магам нашего Ордена приходится заниматься еще кое-чем… Например, расхлебывать последствия неудачного применения магии.

– Опять? – недовольно проворчал Тильвус, не отрываясь от еды. – Сколько уже можно? И кто вляпался на этот раз?

Хокум подозрительно оглянулся по сторонам.

– Король Наргалии, – сказал он, понизив голос. – Правящий монарх соседнего государства.

Тильвус перестал жевать.

– Ого, – сказал он, подумав. – Ничего себе…

– Он, между нами говоря, человек недалекий, – продолжал Хокум вполголоса. – Знаешь сам, одни люди рождаются с магическими способностями, с задатками и склонностью к чарам, у других же этого нет и в помине. Возможно, человек больше всего на свете хочет быть чародеем, но если у него в крови нет магии – что можно поделать?! Только смириться и жить, как живут тысячи обычных людей. Однако наргалийский правитель вбил себе в голову, что раз он король, то может все! В том числе и стать магом. Великим.

– Магом? – понимающе переспросил Тильвус, набивая рот хлебом. – Великим?

– Его подданным не до смеха. Наргалийские чародеи в панике! Ты знаешь, большинство из них – заурядные маги, звезд с неба не хватают, делают честно свою работу: обеспечивают дождь для урожая, врачуют, немного приторговывают амулетами и зельями от зубной боли, исправно платят налоги в государственную казну и прочее. Добропорядочные граждане, мирные обыватели…

Тильвус презрительно хмыкнул:

– Представь, как они изумились, когда король внезапно вспомнил об их существовании! Вспомнил, вызвал во дворец и заявил, что желает изучать магию! Что им оставалось делать? – Хокум пожал плечами. – С королем не поспоришь.

– Чему ж они его научили? – жуя, поинтересовался Тильвус.

– Чему можно научить человека, неспособного к магии? Так, разным фокусам, вроде неожиданного исчезновения одежды на придворных дамах…

Тильвус захохотал.

– Да, я помню, ты развлекался точно так же, когда только-только поступил в школу Ордена и освоил парочку заклинаний, – неодобрительно проговорил Хокум. – Это был первый год обучения?

– Второй, – поправил собеседника Тильвус, вытирая слезы. – Ну а что ты хочешь? Мне было тогда семнадцать… самый подходящий возраст для изучения этой части магии. Сам же требовал: вызубрил заклинание, учись его применять! А что же король?

Хокум вздохнул:

– Дальше хуже – он освоил заклинание перемещения.

Тильвус вытаращил глаза:

– Что?! Как это?

– Так написано в письме, которое мне вчера доставили. Дардрос привез, один из старейших чародеев Наргалии. Милейший старичок, из тех, что мухи не обидят. Когда я стал допытываться, каким образом король узнал о подобном заклинании, бедняга так разволновался, что на него смотреть жалко было. Видно, его величество от скуки рылся в магических книгах и наткнулся кое на что. Прочитал, пришел в восторг, вызвал Текуса, главу чародейского Ордена…

– Бедняги…

– Вот именно. Сиятельный самодур уже почти решил отрубить ему голову! Старый чародей покряхтел, помялся – да и рассказал суть заклинания. Говорит, был уверен, что у того все равно ничего не выйдет, но…

– А дальше? – Тильвус еле сдерживал смех. – Хочешь, скажу, что дальше было?

Хокум покачал головой:

– Не угадаешь. Совершенно случайно рядом оказалась одна из придворных дам. Фаворитка короля.

Тильвус снова захохотал:

– Это еще лучше, чем я думал!

– Ну да. – Хокум покрутил в руке кружку. – Странно, но заклинание сработало. Король стал очаровательной розовощекой пухленькой блондиночкой. А юная Лусия – так, кажется, ее зовут – превратилась в бородатого мужчину сорока с лишним лет.

Он покосился на Тильвуса, который покатывался со смеху.

– Они пытались… – с трудом выдавил он, – пытались вернуться в свои тела?

– Пытаться-то пытались, но… Король… то есть Лусия, немедленно вызвал во дворец всех чародеев, те принялись за дело, да безуспешно. Его величество, видно, брякнул что-то не то, когда произносил заклинание – может, произнес с другой интонацией или поменял местами пару букв. Обратное заклинание не сработало!

Тильвус в изнеможении опустил голову на руки.

– Представляю, что творится сейчас во дворце! – выговорил он сквозь смех.

– Ну все держится в строжайшем секрете, само собой. Знают только несколько приближенных к королю да чародеи. Они, понятное дело, в отчаянии. Могу их понять: король безостановочно рыдает, а Лусия в бешенстве мечется по дворцу, рычит и обещает четвертовать, повесить и посадить на кол всех магов одновременно, если они не исправят ситуацию! – Он покачал головой. – Наргалийские маги просят помощи нашего Ордена.

Тильвус подпер щеку ладонью и улыбнулся.

– А я бы оставил все как есть, – мечтательно проговорил он. – Так интереснее.

– Отнесись-ка к делу посерьезнее! – нахмурил брови Хокум. Парень тут же присмирел.

– Наши жрецы посоветовались с Квенти. Он решил, что этот человек заслуживает помощи.

– Ну если так повелел Квенти… – несколько разочарованно пробормотал Тильвус. – Спорить не приходится.

– Вот именно. Сам король Наргалии – фигура незначительная. Но его сыну, который родится через три года, предстоит сыграть важную роль в объединении разбитых королевств.

Тильвус вздохнул: