По вашему желанию - Фабрис Колен

Я со всей очевидностью провалил самоубийство.

На самом деле, мне просто не дали времени осуществить свой план. В тот самый момент, когда я уже собрался опрыскать себя бренди и зажечь спичку, в мою дверь позвонил этот великий придурок — эльф Вауган Ориель. Воспитание не позволило мне оставить его стоять под дождем.

С тяжелым вздохом я пошел открывать дверь. К тому времени Пруди уже ушла, и мне пришлось самому семенить по длинному коридору. Ориель стоял перед входной дверью с идиотской улыбкой на лице, держа в руках дурацкий цилиндр. Его длинные фиолетовые волосы были насквозь промокшими, впрочем, точно так же как и костюм, шелковая рубашка и шерстяное пальто с клетчатыми отворотами, очевидно купленное по золотой цене в «Вери фэари граунд».

— Ориель, — сказал я, — каким ветром тебя сюда занесло?

Он продолжал стоять на пороге все с той же идиотской улыбкой на лице, не обращая никакого внимания на проливной дождь.

— Привет, Джон Мун, заплесневелая ты старая крыса!

— Сам такой. Не хочешь ли зайти?

— …

— Я говорю: «Не хочешь ли зайти?»

— Ты ничего не замечаешь?

Вид у Ориеля был ужасно разочарованный.

Я внимательно его осмотрел. К чему он клонит?

— Ну ладно, вижу, что ты… ну… совсем промок?

Он пожал плечами.

— Мне надо бы уже привыкнуть к твоим афоризмам, — тяжело вздохнув, назойливый приятель энергично сунул мне в нос мокрый цилиндр. — А это что, это что, по-твоему?

— Это всего лишь шляпа, — ответил я.

— Именно так.

— А ты чего хотел?

— Джон, — начал он и вошел в прихожую, даже не вытирая ноги, — Джон, сегодня утром эта шляпа была цвета морской волны. Слушай, а где Пруди?

— Отправилась на пьянку, — ответил я, проводя его в комнату. — Цвета морской волны, говоришь?

Ориель окаменел в явно оскорбленной позе.

— Ты что же, ничего не видишь? Теперь она черная.

— Ну и великолепно, — ответил я, взяв цилиндр. — Но, видишь ли, мне кажется, что она больше похожа на шляпу цвета морской волны.

Он вырвал цилиндр у меня из рук.

— Просто не понимаю, как только ты можешь… Что?

— Она цвета морской волны, — повторил я. — Твоя шляпа цвета морской волны. А вовсе не черная.

Обалдевший эльф поднял цилиндр повыше и уставился на него, нахмурив брови.

— Цвета морской волны?

— Определенно.

— Но с оттенком черного.

— Цвета морской волны, — настаивал я. — К тому же очень плохо сшитая. У кого ты ее заказывал?

Какое-то время он посвистывал сквозь зубы, затем начал оглядываться в поисках места, куда можно было бы себя уронить. Наконец Ориель выбрал для этого мое любимое кожаное кресло.

— Я бы с удовольствием выпил немножечко бренди, — сказал он.

Мне оставалось только отправиться на кухню. Там с оскорбленным видом меня ожидала оставленная бутылка. Ко времени моего возвращения в комнату Вауган Ориель превратился в огромный разваливающийся каркас, у ног которого стоял цилиндр. Я протянул ему бутылку. Он дрожащими руками взял стакан и осушил одним глотком, глаза его смотрели куда-то в даль. Можно было сказать, что эльф постарел на двадцать лет.

— Знаешь, — сказал я, — возможно, это была ошибка, моя ошибка. Кажется, она настоящего черного цвета.

— М-м-м?

— Твоя шляпа, — уточнил я, поднимая предмет преступления. — На самом деле это не так уж и важно. Цвет морской волны в действительности просто одна из разновидностей радикального черного цвета.

— Угу, — вздохнул Ориель, откидываясь в кресле.

Цилиндр был возвращен на пол.

— Я полное ничтожество, — продолжил эльф. — Ничтожество, ничтожество. Самое настоящее оскорбление для всех законов магии. Это просто поразительно. Через три дня у меня экзамен за первый курс, а я не могу изменить цвет собственной шляпы.

На это было нечего ответить. Каждый год разыгрывалась одна и та же комедия.

Ориель отправлялся сдавать экзамены за первый курс и с треском проваливался.

Насколько мне известно, он был единственным представителем своей расы до такой степени неспособным к практическим приемам искусства магии. Его уровень некомпетентности уже сам по себе являлся чудом.

На данный момент я прекрасно знал, что меня ожидает дальше: он снова провалится (экзамен за первый курс заключался в том, что надо было подняться в воздух и перевернуть вокруг себя стол весом в восемьсот фунтов). А мне придется, о ужас, там присутствовать для того, чтобы собирать обломки. Одна только мысль о перспективе утешать этого двоечника ввергала меня в уныние.

И все же он, со спутанными мокрыми волосами, чересчур длинными штанами и высоким цилиндром цвета морской волны, вызывал во мне какую-то жалость. С другой стороны, Ориель начал меня раздражать и действовать на нервы. Черт подери, он что, не может понять — я нахожусь на пороге смерти? Разве нельзя его попросить хоть немного подумать о моих собственных проблемах?

— Очень хорошо. Большое спасибо.

Эльф открыл один остекленевший глаз.

— Что?

— Извини. Я знаю, что ты просишь от меня только то, что в моих силах.

— Да? О, нет, нет. Это было бы слишком большим свинством по отношению к тебе, разве не так?

— Не имеет значения.