Десант времени - Егор Красный

— Опс, господа, тут еще огнестрельчик показался, — послышался голос Лукача. Патологоанатом осторожно пинцетом достал пулю из тела убитого сотрудника ГИБДД. — А вот, молодой человек, раз вы такой спец по оружию — скажите, на что похожа эта пуля?

Семенов внимательно осмотрел окровавленную пулю и немного присвистнул.

— Вот это — да! 9–ти миллиметровая пуля со стальным сердечником…

— Думаете из Парабеллума пулька прилетела? — хитровато улыбнулся Лукач.

— Пуля, уважаемый доктор, прилетела из Маузера марки К-96. Это подтверждает и шесть насечек от шести ствольных нарезов.

— Шашки, парабеллумы, маузеры…, — застонал полковник Егоров, чувствуя себя безбилетным пассажиром на этом рейсе. — Семенов, откуда тут Маузеру взяться?

— Так точно, товарищ полковник, Красная Армия и войска ВЧК–ОГПУ получили до 30 тысяч таких Маузеров во времена гражданской войны под 9 миллиметровый патрон, — сообщил молодой оперативник и немного растерялся.

— Правильно говорит, молодой человек, — обрадовался Лукач за образованного лейтенанта. — Встречал я такие ранения, но в основном в предвоенный период. Ох давно это было…

Неожиданно раздался шум из глубины леса. Словно большой зверь стремился попасть на лесную полянку, не разбирая дороги. Семенов покосился вокруг себя и увидел, что этот шум заставил вздрогнуть всех. Оставались секунды прежде чем, что то большое должно было выскочить на них. Молодой оперативник первый выхватил пистолет, сняв его с предохранителя, и вскинул оружие навстречу шума. Марина Синицына вся побледнела и закрыла глаза, обхватив голову руками.

Егоров укоризненно покачал головой и поднял руку, что бы Семенов не стрелял. Тут же из‑за куста орешника к ним выскочил запыхавшийся огромный мужчина, то же с пистолетом «ПМ» в руках. Он был ошарашенный и не сразу понял, кто перед ним находится. Наконец встретившись взглядом с полковником Егоровым, он выпалил:

— Следы от лошадей идут, товарищ полковник, через березовую просеку, дальше по дубраве и на Чертовой пустоши обрываются аж на кромке болот между двумя тополями…

— Следы от лошадей, говоришь, — переспросил полковник и сдвинул брезентовую кепку на затылок. — А чего же ты Грачев так летел? Как будто за тобой эти самые лошади гнались.

Оперативник Семенов знал капитана Грачева из Уголовного розыска Орловской области, и был немного удивлен, так как Грачев слыл бесстрашным и опытным работником розыска. Он считался грозой рэкетиров и воров в Орловской области.

— Ни как нет, товарищ полковник, — смутился капитан и взглянул на Марину, которая с силой пыталась улыбнуться ему, но видно заколдованный дух, исходивший от этого гиблого леса и болт, где якобы обитал в свое время Соловей–разбойник с бандой, проник в нее и держал в страхе. — Я чето малость струхнул на болотах. Там как все заклокотало, да звук пошел непонятный… Ну, вообще как будто, там что‑то перевернулось в болоте огромное.

— И что же там такое перевернулось? — опешил начальник Уголовного розыска и снял свою брезентовую кепку, утирая вспотевший лоб.

— А я по чем знаю, там все такой дымкой голубоватой покрыто, не видно…

С минуту стояла тишина среди людей, словно, что‑то зловещее накатилось на них. Как‑то вдруг потемнело кругом, и тучи закрыли солнце. Егоров вздохнул, подумав, что еще три года до пенсии, а тут такие приключения и непонятные убийства.

— Ладно, капитан Грачев, остаешься здесь, составишь протокол осмотра места происшествия. Все досконально осмотришь, сфотографируешь. Тебе в помощники остаются два оперативника из «Убойного». Лукача я возьму с собой. Потом завезете протокол осмотра в Морг, доктор подпишет.

— Так, товарищ полковник, — начал было робко сопротивляться лейтенант Семенов. — А я в отгуле был!

Полковник подошел на вытянутую руку к высокому Семенову.

— Опер, у тебя Маузер с собой?

— Так точно, — хлопнул себя по нательной кобуре с пистолетом «ПМ» оперативник Семенов.

— Вот и отлично, остаетесь здесь в засаде с Сушкиным. К вечеру вам подвезут еду и палатку для ночлега.

— А я? — первый раз подала голос Марина Синицына. — А мне то же остаться?

— Ну, если не страшно, с такими ретивыми кавалерами, — по–доброму улыбнулся Егоров. А затем, махнув рукой, добавил. — Оставайтесь, чего уж там… Картина «маслом», без нечистой тут не обошлось.

Полковник пошел по тропинке к дороге, где их ждали служебные автомашины. Тут он обернулся и быстро вернулся к немного растерянным оперативникам.

— Вот, же — бутерброды жена мне утром дала. А я тут на рыбалке на озерах был верст десять отсюда. Да какая теперь рыба…

— Товарищ полковник, — переминался с ноги на ногу Семенов.

— Чего тебе, опер? Говори не тяни.

— Маузер — вещь убойная. Хотя на тысячу заявленных метров он не стреляет, но на пятьсот — валит наповал… Не могли бы вы нам еще пару автоматов АКМ подбросить?

— Будут вам АКМ и по 100 грамм для согреву. Всем по 100, — подмигнул седоватый полковник Синицыной, и уже не оборачиваясь побежал в след уходящего Лукача.

— Ха–ха–ха, — дразнясь ему на прощанье, засмеялась Синицына и только сейчас встретилась взглядом с симпатичным и сразу ей понравившимся лейтенантом Семеновым. — Бежал ваш полковник прямо как от нечистой.

Семенов не ответил на ее шутку, но в душе у него, что то шевельнулось и появился интерес к этой хрупкой девушке, следователю Прокуратуры Марине Синицыной. «Картина маслом, — повторил он в мыслях слова Егорова. — За такую длинную и бессонную ночь, что только не случится в таком дьявольском лесу…».