Бабкино наследство - Ирина Вильк

*Как усыпить дракона?

*Как отрастить ослиные уши?

*Как вызвать грозу?

М… да-а! Пожалуй, начнем с введения. Оказывается, все пространство вокруг нас пронизано энергетическими полями, как паутиной. Колдун черпает силы из этих полей. Я, конечно, читал об этом когда-то в фантастической литературе, но пытаться увидеть эти поля самому… Так! Что для этого надо сделать? Успокоить разум – легко сказать, – скосить глаза в сторону правого уха – это как? Ой, что это?..

Так день за днем я изучал пособие для начинающих ведьм, магов и колдунов.

Я даже пытался немножко колдовать, правда, получалось пока не очень. Однажды, после нескольких моих попыток изобразить волшебника, ко мне подошел Ерема и сказал:

– Стесняюсь спросить, а что это бегает у нас по двору?

– Ты имеешь в виду ту милую табуреточку с хвостиком и маленькими рожками? – смутился я.

Ерема кивнул, едва сдерживая улыбку.

– Ну… Это должна была быть маленькая козочка. Что-то чуть-чуть не получилось, – виновато сказал я.

– Чуть-чуть говоришь? – спросил Ерема. – А что тогда плавает в нашем колодце?

– Это я хотел щуку наколдовать. Ну, знаешь, которая «по щучьему веленью»? Ту, которая Емеле желания исполняла, а получилось зубастое ведро с щучьим хвостом. – Я опустил глаза.

– Ты бы еще золотую рыбку попытался наколдовать, – покачал головой Ерема. – Ну, хорошо, а почему вот уже три часа над нашим домом идет снег? И это в июле! Весь двор уже засыпало. Огурцы замерзнут.

– Просто в учебнике клякса на заклинании оказалась. Вот что-то не так и пошло. Как исправлять будем? – смущенно улыбнулся я.

– Похоже, тебе все-таки нужен учитель. Иначе когда-нибудь я сам могу проснуться с заячьими ушами или поросячьим хвостом, – сказал Ерема, покачивая головой.

А однажды, когда я был занят попыткой зажечь свечу, в дверь громко постучали.

– Ерема! – громко позвал я.

– Что, я еще и швейцаром должен теперь работать? – возмутился он.

– Ну что ты, нет, конечно. Просто я хотел посоветоваться, открывать или нет, – но мой домовой друг промолчал.

В дверь опять настойчиво постучали. Но я никого не жду!

Мне почему-то было страшно. Наверное, потому что я только что закончил читать в энциклопедии раздел о вурдалаках и в моих мыслях всплывали картины одна страшнее другой. Самой «веселой» из них была такая: я, худой, осунувшийся, небритый, с синяками под глазами, с длинными резцами, с которых стекает не моя кровь, бегаю за деревенскими девками. Брр…

Я, обреченно вздохнув, отправился открывать дверь.

* * *

На пороге стояли два бугая с бычьими шеями и дурацкими улыбками. У меня отлегло от сердца – на вурдалаков они были мало похожи, хотя… Может, это те самые «бобики», о которых говорила бабка Полина?

– Чем обязан, господа? – Я рассматривал непрошеных гостей. Коротко остриженные волосы, черные строгие костюмы и золотые печатки на толстых коротких пальцах говорили о принадлежности данных особей человеческого сообщества к неким криминальным структурам. Интересно, что таким субъектам понадобилось от простого деревенского колдуна-ветеринара?

– Мужик, поговорить надо! – произнес один из «бобиков».

Ну, что же, подумал я, поговорить можно, только о чем?

– Прошу. – Я сделал приглашающий жест рукой. – Может, чайку?

Они молча вошли, сели к столу и положили свои кулачищи на стол.

– Ну, если не хотите чаю, может, чего покрепче? – При этих словах я поставил на стол запотевшую бутыль самогона, соленые огурчики, вареную картошечку, квашеную капусту, сало и т. д. – в общем, все то, что может подарить нам тяжелый деревенский труд (в данном случае моей бабушки). И они не устояли. Лица расплылись в улыбке.

– Димон, – представился один из них и пихнул локтем второго.

– Вован, – выдохнул второй, потирая бок и опуская глаза. Стеснительные оказались ребята. Однако после нескольких «Ну, будем!» разговор пошел поживее. Мальчики рассказали мне, что мой участок находится как раз посередине поля для гольфа. Какого такого поля? А того самого, которое здесь будет, когда я продам свой дом их боссу.

– Други мои, – сказал я своим уже не очень трезвым сотрапезникам, я не могу продать дом по двум причинам. Первая: я обещал своей бабушке, что не продам дом, пока не женюсь. А жениться в ближайшее время мне не удастся, т. к. у меня нет невесты, мало того, у меня нет даже любимой девушки – мое сердце свободно. И вторая причина: должно пройти полгода, это по закону, если вы не в курсе, прежде чем я могу вступить в права наследования.

– Жениться? Нет девушки? Хочешь, познакомим? – посыпались на меня вопросы.

– Нет, правда, у меня есть сестричка. Симпатичная. Светкой зовут, – сказал Димон.

– Светка? – Вован хмыкнул. – Это та крашеная дылда с такой улыбкой, что лошади ее принимают за свою?

У Димона сжались кулаки, а лицо покраснело так, что казалось, сейчас пар повалит из ушей.

– Ты мою Светку не тронь, забыть никак не можешь, что ли, как она тебе оплеуху отвесила? Так не по-мужски это!

Вован смутился:

– У меня, между прочим, тоже сестра есть, и не хуже твоей Светки будет.

– Да ей на пенсию скоро.

– Что ты сказал?

Тут оба моих гостя молча поднялись со своих стульев, сжав кулаки, кивнули на дверь и в унисон произнесли:

– Пойдем выйдем?

Они вышли, и через некоторое время я услышал звуки борьбы: пыхтение, сопение, шлепки и удары. Потом все затихло, и раздался стук в дверь. Интересно, кто из них остался жив?

На пороге стояли Димон и Вован с синяками, но обнявшись, и я понял, что конфликт исчерпан.

Мы продолжили «чаепитие».

* * *

Утром, еще не открыв глаза, я услышал молодецкий храп с присвистом и сразу понял, кому он принадлежит. Голову я поднять не мог, поэтому, приоткрыв один глаз, скосил взгляд в ту сторону, откуда он исходил. Действительно: на половиках, обнявшись, спали мои новые друзья. Им было еще только суждено пожалеть о потрясающе проведенном вечере и, может быть, чуть излишнем количестве выпитого самогона.

– Е-ре-ма-а, – слабым голосом позвал я.

Я попробовал сесть. Получилось. На столе стояла пустая бутыль из-под самогона и как будто с укором смотрела на меня (кто-то нарисовал на ней глаза). Она была центром композиции из огрызков огурцов, картофелин и дохлой вороны.

– Ерема-а-а! Ну, где же ты?

– А-а-а, изволили-таки проснуться, барин. Никак головка болит? Изволите рассолу? Али еще чего? Может, лапти ваши почистить или на гармошке сбацать?

Смутные воспоминания стали всплывать в моем все еще не очень трезвом сознании.