Неизвестный с "Драккара" - Константин Муравьев

Девушки опять устремили свои взоры на экран визора, стараясь понять, что же углядел полковник необычного в том, что там описано.

– Пункт отправки сообщения далеко за линией фронтира, – догадалась Рау, так как сама жила на границе Содружества и знала координаты многих секторов в той области, – он, похоже, находится глубоко в демилитаризованной зоне, даже ближе к владениям архов, чем к нам.

– О, молодец. Хоть одна заметила, – удовлетворённо сказал полковник.

Нира быстро набрала координаты системы источника сообщения и вывела полученную карту на экран, чтобы самой понять, о чём идёт речь, и наглядно увидеть, как далеко находится сектор.

– Теперь мы определились с местоположением. Но как оттуда нам отослали сообщение?

– Честно говоря, не представляем, – посовещавшись, ответили девушки.

– Вы, похоже, не знаете, – оживился Сток, видимо, читать лекции было одним из любимейших его дел, он про себя именовал это «передавать опыт», как потом узнала Рау. И продолжил: – Но во многих системах остались старые, ещё со времён войны с жуками, автоматические станции и установки гиперсвязи. Правда, они поддерживают только шифрованную связь, но если знаешь код, то почему ими не воспользоваться? Вот с одной из них нам и передали сообщение. Но не в этом суть. Вы обратили внимание на сектор происхождения всего того мусора, что приобрёл этот человек? По глазам вижу, что тоже нет. – Увидев недоумение на лице дочери и Рау, полковник нахмурился: – Привыкайте, это наша работа, и от этого очень многое зависит. – Не дав девушкам особо расстраиваться и смущаться из-за своей оплошности, начальник задал вопрос: – Как вы думаете, что значит указание этого сектора для мусорщика, который оформил перевод кредитов? Ведь это не обязательная информация к заполнению.

– Я знаю! – обрадовалась Нира, что смогла хоть чем-то отличиться сегодня. – Чем сложнее операция по демилитаризации или утилизации устаревшего оборудования, тем большие скидки и бонусы получает её участник. Но тогда я вообще ничего не понимаю, – стушевалась девушка и, быстро сверившись с таблицами бонусного премирования, удивлённо добавила: – Нашему плательщику полагается бонус в размере пятидесяти процентов стоимости за риск при проведении операции в зоне повышенного риска нулевой категории. Получается, вместо того, чтобы оплатить нам за собранный хлам сто двадцать пять тысяч, он заплатил почти в три раза больше.

– И это ещё раз указывает на большой опыт этого человека. Да, кстати, если уж мы настолько заинтересовались этим делом, то кто там у нас этот самый плательщик?

Рау быстро нашла нужный файл и прочитала:

– Алексей Скарф, капитан и владелец корабля «Драккар». База приписки не указана.

– Больше ничего? – удивился начальник. – Обычно о человеке приводится гораздо больше информации. Даже мне стало интересно. Пробью-ка я его по своим каналам.

Он замолчал. Вероятно, через нейросеть пытался прошерстить базы, к которым у девушек пока не было доступа.

– Ну, теперь всё понятно, – улыбнувшись, сказал Сток через пару минут. – Так, давайте думать дальше, а то если я вам сразу всё расскажу, даже никакого воспитательно-познавательного эффекта не будет.

– А что вы узнали по этому Алексею? – спросила Рау и подумала: «Какое странное имя».

В этот момент очнулась от раздумий Нира и обратилась, вероятно в размышлениях упустив основную мысль разговора, к своему отцу очень уж не по-уставному:

– Папа, так ведь дед говорил, что его тоже Алексей зовут? Это ведь просто сокращение – Алекс, как его всегда называли остальные, – и тут же смутилась, осознав то, как назвала полковника.

Видя её состояние, Сток развеселился:

– Да успокойся ты, все и так знают, что ты моя дочь. А вообще-то да, его именно так и звали, как это я сам не вспомнил? Похоже, мой отец и этот наш капитан – земляки, ведь он говорил, что это имя было распространено только у них на родине. Но давайте вернёмся к теме нашего разговора. Так вот, резюмирую, этот Алексей находит где-то далеко за линией фронтира, в секторе, куда без поддержки нескольких боевых крейсеров и не сунешься просто так, какой-то хлам, опись которого предоставляет, но переплачивает за всё это практически в три раза. Что из этого следует?

– Только один вывод: среди найденного есть что-то достаточно ценное, что смогло его заинтересовать, – ответила Рау.

– Правильно, лейтенант. И какие официальные действия в соответствии с уставом мы должны предпринять для разрешения этой операции?

– Провести переоценку флотского имущества, подготовленного к продаже, и выяснить возможность его изъятия собственными силами, – оттараторила довольная Нира.

– Всё верно. А теперь давайте просто оценим возможность попасть в систему, указанную в сообщении, или хотя бы в сектор его отправки.

Нира и Рау задумались. Это была нетипичная для них задача. К логистике они имели довольно отдалённое отношение и поэтому не сразу смогли составить план затрат на вывоз оборудования из указанной системы.

– Без сопровождения туда попасть нельзя, по уставу минимальный эскорт для инженерной экспедиции составляют два крейсера прикрытия и защиты, – начала отчитываться Рау. – Дорога туда составит порядка семи – девяти дней, если следовать без промежуточных остановок.

– Хватит, – остановил её начальник, – суть видно уже и сейчас. Какова оценочная стоимость эксплуатации двух полностью укомплектованных общевойсковых крейсерских кораблей, снятых с боевого дежурства?

– Порядка пятисот тысяч кредитов за содержание каждого крейсера, но это не очень точно, – вычислила Нира.

– То есть даже доставка туда инженерной команды Содружеству обойдётся дороже стоимости найденного там оборудования, даже если бы оно было только что вышедшим с конвейера. Плюс работа самой команды и инженерной бригады плюс стоимость используемых расходников. Всё это выливается в достаточно солидную сумму, – разъяснил Сток и добавил: – Но это только доставка. Давайте снова посмотрим список. Что интересного мы можем в нём увидеть? Возможно, новая цена будет более привлекательна? В том, что там указано всё найденное в системе оборудование, я уверен, иначе это открытая статья по фальсификации предоставляемых нам данных. Поэтому необходимо провести его переоценку. – Полковник сам начал просматривать пункты, указанные в счёте оплаты, пригласив и девушек заняться этим же. – Ну что, заинтересовало что-нибудь?

– Да, полковник Ройф, я обратила внимание на пункты, в которых указаны три транспортных корабля и два внутрисистемных истребителя, – ответила Рау.

– Мне они тоже показались подозрительными, – добавила Нира.

– Вы думаете в верном направлении, – кивнул полковник. – Я вам кое-что поясню. Про транспорты можете забыть, они не стоят этих денег, красная цена на все три штуки – пятьдесят – шестьдесят тысяч. А вот истребители как раз и являются основным объектом его внимания. Тут указано состояние обоих. Оно не радует, но основная их беда – большой износ. Вот именно на этот случай наш капитан и набрал достаточное количество комплектующих деталей для самостоятельного ремонта и замены вышедших из строя модулей. Скажу больше: судя по списку, комплектующих у него хватит, чтобы полностью собрать и заправить ещё одно судно, если где-то он достанет обычную корпусно-каркасную раму от истребителя или небольшого транспорта. И если у него получится отремонтировать оба и собрать один или два дополнительных истребителя, то он сможет очень удачно продать их на территории фронтира, особенно в тех секторах, где буйствуют пираты и требуется охрана торговых путей. Истребители времён войны очень ценятся там. Специализированных баз по их управлению много, пилотов подготовить достаточно легко, ремонтная база доступна в большом объёме. И главное – свободная продажа их уже разрешена гражданскому населению. Как минимум Алексей заработает на этой сделке четыреста пятьдесят – пятьсот китов[1]с каждого проданного истребителя. Поэтому этот мусорщик и собрал на найденной им свалке обломков всё оборудование, искины и оружие. В этом человеке чувствуется хватка и явное техническое образование. Это понятно?