Ржавчина - Алексей Калугин

Сталкер неожиданно остановился и повернулся к парню лицом.

– Василий, хочешь жвачку?

– Зачем? – парень непонимающе посмотрел на сунутую ему под нос начатую пачку жвачки.

– Чтобы рот занять. Может, ты хоть тогда умолкнешь?

– Ну… Как же… Мы ведь должны познакомиться.

– Мы уже познакомились.

Василий понял, что тема закрыта, и сосредоточенно прикусил губы.

Григ надел куртку, убрал в нагрудный карман Виолеттин пульт, упаковал в ранец добычу.

Василий посмотрел на табличку-указатель, каким-то чудом сохранившуюся на обвалившейся с угла стене дома. «Улица Циолковского, дом 7».

– А почему ты оружие убитых не взял?

– На фиг?

– Что значит «на фиг»? Оно, что же, ничего не стоит?

– Продать можно. Вот только тащить замучаешься. С этими импульсными дурами только киберсталкеры с их мышечными имплантатами управляться могут.

– А ты, значит?..

– А я обхожусь тем, что могу удержать в руках, – Григ положил на плечо короткий «ПП-2010». – Что у тебя в ранце?

– Еда, перемена белья и аптечка.

– Все?

– Еще книга.

– Что за книга?

– Стихи.

– Пушкин?

– Почему непременно Пушкин? Добрынин.

Василий суетливо полез в ранец, достал томик в темно-коричневом синтетическом, «под телячью кожу» переплете и протянул сталкеру. Григ листнул несколько страниц. Посмотрел на фотографию в начале книги.

– Забавно. Получается, Зона вернула людям интерес к старомодным печатным книгам.

– Да уж, электронные здесь не почитаешь, – согласился Василий. – Даже самые примитивные читалки глючат.

– Глючат – не то слово. Я по первости тоже собирался наладонником пользоваться. Загрузил в него, помимо прочего, с десяток пьес Шекспира… А ну-ка, пригнись.

– Зачем?

– Пригнись, дурак!

Видя, что Василий не торопится выполнять приказ, сталкер схватил парня за плечо и оттолкнул в сторону. Другой рукой он вскинул «ПП» и нажал на спусковой крючок. Приглушенно хлопнул одиночный выстрел. С тихим металлическим шелестом со стены упало нечто, похожее на комок смятой фольги размером с кулак.

Василий непонимающе посмотрел на то, что подстрелил сталкер. С одной стороны, кусок мятой фольги опасений не вызывал. С другой – сталкер ведь не станет просто так палить.

– Что это было?

– Шуршалка.

– И… что она делает?

– Шуршит.

– И все?

– Слушай меня внимательно, – сталкер подошел к Василию и больно ткнул его указательным пальцем в лоб. – Все, что я говорю, должно выполняться немедленно и беспрекословно. Если я говорю «пригнись» – значит, нужно пригибаться. Если я скажу «падай» – значит, падай плашмя на землю, даже если у тебя под ногами скарабеи копошатся. Понял?

– Понял, а кто такие скарабеи?

– Не о скарабеях сейчас речь, а о тебе, дурилка картонная. Четкое выполнение всех моих команд – это твой шанс остаться в живых.

– А наемники говорили, что мне нечего опасаться – они защитят меня от любой опасности.

– Ну, и как? – усмехнулся Григ. – Дураки они, твои наемники. Дураками жили – дураками померли.

На это Василию нечего было возразить.

– Так вот, значит, открыл я в наладоннике «Гамлета», – как ни в чем не бывало продолжил Григ, – а он мне выдает, понимаешь, совершенно новую версию.

– В каком смысле новую?

– В ней все хорошо закончилось, – Григ продел руки в лямки ранца, застегнул на груди разгрузочный ремень. – Гамлет спас тонущую Офелию и женился на ней. Затем, когда вернулся Лаэрт, они на пару перерезали всю дворцовую оппозицию во главе с Клавдием и учредили в Дании конституционную монархию. Гамлет стал королем, Лаэрт – премьером, Фортинбрасс – военным министром, а Йорик – министром культуры.

– Так Йорик же умер до начала всей этой драмы.

– В том-то и дело, что это уже не драма получилась. Поэтому и Йорик оказался жив-здоров. А вот Розенкранца с Гильденстерном все-таки повесили. Как изменников родины. И, представь себе, он, наладонник то есть, пытался выдать всю эту белиберду за перевод Кузмина. Мало того – он еще и спорить со мной принялся. Я ему говорю – ты что, свихнулся? А он мне – сам, мол, дурак. В общем, утопил я его в ближайшей канаве. От греха подальше. А то ведь, если подумать, споры с собственным наладонником здорово шизофренией отдают.

Они шли вдоль улицы, стараясь, насколько это возможно, держаться поближе к стенам домов. Сам того не желая, Василий попал все же под необъяснимое, почти магнетическое, воздействие странного сталкера, в одной руке державшего пистолет-пулемет, в другой – томик стихов. Григ представлялся ему одновременно притягательным и отталкивающим, вульгарным и утонченным. Он как будто не чувствует середины. Для него существуют только крайности. Наверное, для него было бы вполне естественным усесться на краю пропасти, свесить ноги вниз и, поплевывая в бездну, рассуждать о Фромме.

– Так ты стихи любишь? – сталкер протянул Василию томик Добрынина.

– Всю библиотеку с собой не притащишь. А стихи можно по многу раз перечитывать. Даже если знаешь их наизусть.

– Идти в Зону со своей библиотекой? – сталкер усмехнулся и покачал головой. – Можно и местной пользоваться.

– В Зоне есть библиотека? – искренне удивился Василий.

– Да, почти в каждом доме. После первого взрыва, когда никто еще не мог понять, что здесь происходит, но уже ясно было, что если это и не Ад, то уж точно Чистилище, беженцев эвакуировали, как только могли и на чем только можно. Понятное дело, никаких личных вещей брать с собой им не позволили. Вот и получается, что здесь, в каждом доме, едва ли не в каждой квартире книги остались. Заходи и выбирай, на любой вкус. Правда, есть отморозки, которые из книг костры складывают. Ну так куда ж от них денешься. Зато есть и другие. Один мужичок много лет назад пришел в Зону, чтобы торговлю, значит, налаживать. А вместо этого взял вдруг да и открыл библиотеку для сталкеров.

– Серьезно?

– Абсолютно! Его так и зовут – Библиотекарь. Ходит он, значит, по Зоне, книги собирает и стаскивает их в одно место. Прежде там развлекательный комплекс был, с несколькими кинозалами, кафе, игровыми комнатами. Библиотекарь там порядок навел, все по-своему переделал. Ему и сталкеры книги приносят, если случается найти что-то интересное.

– А зачем в Зоне библиотека?

– Как это зачем? Что мы здесь, не люди, что ли? Многие берут у Библиотекаря книги почитать. Правда, случается, что и не возвращают. Но, как правило, не по своей вине. Взял, понимаешь, человек книгу в библиотеке, в очередную ходку отправился и сгинул с концами.