Импорт правосудия - Вячеслав Шалыгин

– Здравствуйте, – на румяном лице приемщицы появилась вполне искренняя улыбка. – Желаете сделать заказ?

– Да, я хотел бы сшить у вас костюм, – клиент вежливо снял кепку и пригладил редеющие волосы. – Тройку, если возможно.

– Конечно! – женщина вышла из-за прилавка и жестом указала на стенды с образцами ткани. – Шерсть?

– Да, да, шерсть, – клиент обвел образцы немного рассеянным взглядом. – Серый, без излишеств…

– Вот прекрасная английская ткань. Она немного дороговата, но это в итоге окажется только плюсом. Костюм из нее будет выгодно отличаться от прочих, даже сшитых нашими же мастерами. Вам нравится?

– Пожалуй, – клиент без особого интереса потрогал уголок отреза и кивнул:

– На ней и остановимся.

– Отлично, – женщина снова улыбнулась. – Сейчас приглашу закройщика.

Пожилой портной появился спустя несколько минут. Клиент, лениво листавший в это время журнал, поднялся со стула и вопросительно взглянул на мастера. Тот снял очки и внимательно осмотрел посетителя с головы до ног.

– На вас шить будет достаточно просто, – наконец проговорил закройщик и указал на кабинку с зеркальными стенами. – Фигура без искажений, живот вам не грозит… Заготовочку на брюки мы примерим прямо сейчас…

– Хорошо, – согласился клиент и прошел в кабинку.

– В наше время трудно найти пропорциональную фигуру, – посетовал мастер, застегивая брюки на поясе посетителя толстой булавкой. – Мужчины либо безобразно толстеют уже к тридцати, либо пытаются уморить себя работой до полного истощения…

– А те, что следят за собой и посещают спортивные залы, сюда не приходят?

– подхватил его мысль клиент.

– Совершенно верно, – согласился портной, что-то помечая на ткани мелком, – такие мужчины носят либо спортивные костюмы, либо довольствуются готовыми поделками с престижной этикеткой. Культура индивидуального пошива теряет свою привлекательность, поскольку подразумевает тщательную подгонку, затраты времени… Это искусство, и его не поставишь на поток. Так, видимо, в свое время умирал портрет маслом, уступая место документальной фотографии, так агонизирует под прессом киноиндустрии театр… Хорошо… Завтра к вечеру можете прийти на первую примерочку. Выберем ткань для спинки жилета и пуговицы.

– Спасибо, – клиент опустил взгляд на поблескивающую у пояса булавку.

Портной не видел, как потемнел взгляд посетителя и как сжались его бледные губы. Мастер неторопливо взял двумя пальцами булавочную головку и потянул на себя. То, что произошло дальше, было для него полной неожиданностью. Клиент вдруг пошатнулся и рухнул вперед, прижимая портного к зеркалу. Портной негромко охнул и попытался удержать мужчину, однако вес посетителя был слишком велик. В результате они оба оказались на полу. Спустя мгновение клиент пришел в себя и, скороговоркой бормоча извинения, поднялся. Он протянул старику руку и одновременно приложил ладонь к своему лбу.

– Простите, ради бога, голова закружилась…

– Ничего, ничего, – портной, кряхтя, поднялся и ободряюще улыбнулся, – душновато у нас, я директору уже говорил. Кондиционер все не может купить, экономит… Ну да теперь ему не отвертеться, будьте уверены, завтра, на примерке, здесь будет свежо и прохладно,как в саду.

– Это будет здорово… Извините еще раз, – клиент смущенно потупился в пол, и тут оба увидели, что на сорочке, там, где предполагался пояс брюк, расплылось едва заметное красное пятнышко.

– Кажется, я вас немного уколол, – сокрушенно всплеснув руками, сказал портной. – Подождите, я сейчас принесу йод!

– Не стоит, – каким-то не своим голосом ответил посетитель, зачарованно глядя на пятно.

– Как же – не стоит! – портной помахал рукой. – Инфекция, молодой человек, не дремлет, она…

Мастер замолчал, озабоченно прислушиваясь к неясному пока шуршанию, которое медленно разливалось по всему ателье, словно проникая в помещение сквозь стены. Он выглянул из кабинки и повертел седой головой. Приемщица как ни в чем не бывало листала книгу, не обращая на звук ни малейшего внимания.

– Вы слышите? – обратился портной к посетителю, но тот не ответил, продолжая оставаться в глубокой задумчивости.

Закройщик вышел из кабинки и оглянулся. Шуршание становилось все громче, и женщина за прилавком теперь тоже отвлеклась от своего занятия. Она в недоумении взглянула на потолок и скривила губы. Складывалось впечатление, что на втором этаже кто-то пересыпает крупу или песок. Приемщица пожала плечами и уже собралась снова обратиться к книге, как портной вдруг издал клокочущий звук и упал посреди ателье навзничь. Женщина вскрикнула и, оставив чтиво, бросилась к старику.

– Вызовите «Скорую»! – закричала она, обращаясь к очнувшемуся и теперь лихорадочно натягивающему, брюки клиенту.

– Семен Михайлович! – женщина неуверенно потрясла портного за плечо и тут же отпрянула, огласив тесное ателье диким воплем.

Закройщик на глазах побледнел до отчетливой синевы и осунулся, словно в его теле не осталось ни капли крови. Испуганная женщина неловко попятилась и села в метре от портного. Ее трясла крупная дрожь, а вместо слов из горла вырывались только всхлипывания.

Она снова оглянулась на кабинку, однако посетителя там уже не было. Оставшись одна, приемщица заскулила, но через несколько минут кое-как сумела подняться на четвереньки и подползти к телефону. Охвативший ее ужас никак не давал трясущимся пальцам попасть в нужные кнопки. Набрать простой двузначный номер она сумела только с пятой попытки…

– Ты думаешь о поясе чемпиона, а надо думать о противнике! – тренер вытер парню лицо и, ухватив его под мышки, несколько раз сжал бока. – Дыши! Главное – восстанови выдох! Так, хорошо! Чувствуешь, что отпускает? Сейчас у нас всего лишь спарринг, а будь это настоящий бой, ты бы уже лежал в нокауте. Боря тебя просто пожалел!

– Боря… тяжелее… на полторы категории, – боксер пытался восстановить дыхание, высоко поднимая плечи.

– Ты забудь про его вес! Ты тоже не «мухач». Он тяжелее, ты быстрее. Работай ногами! Уходи вниз и сразу – на дистанцию. Ты же сам видишь, он за тобой не успевает, и все твои ошибки только от беспечности. Где была твоя левая рука? Почему ты ее опустил?

– На такой… дистанции…

– Вот именно! Понадеялся на то, что Боря далеко? Но он ведь тоже не стоит столбом! Он в отличие от тебя двигается…

– Я понял… потанцую…

– Вот,вот, потанцуй.

Тренер выбросил за канаты полотенце и вернулся на середину ринга.

– Третий раунд, орлы, – объявил он и махнул рукой.