Своенравный подарок - Кира Стрельникова

— И-ив, — протянула маркиза, пошевелив в воздухе пяткой и посмотрев на любовника сквозь ресницы. — И всё-таки, почему ты не хочешь вернуться в Айвену? Ты имеешь полное право на корону, между прочим.

Ранкур пожал могучими плечами и лениво улыбнулся, окинув Ионель медленным взглядом. Почесал живот чуть ниже пупка, сделал ещё один глоток.

— А мне и здесь, в Ровении неплохо живётся, — отозвался он. — Зачем мне эта корона, проблем до задницы, а пользы никакой, — Ив тихо хохотнул и потянулся.

Ионель залюбовалась мускулистым телом, её взгляд задержался на видневшемся в рыжей густой поросли между ног Ива достоинстве, даже в расслабленном состоянии внушавшем уважение. Глаза маркизы заблестели, она непроизвольно облизнулась, вспомнив, сколько восхитительных мгновений подарил ей этот мужчина, и её намерение уговорить упрямого любовника стало только твёрже.

— Для решения проблем существуют советники и министры, — обронила Ионель, отпив из своего бокала. — Корона — это власть, Ив, почти безграничная…

— Нелли, я обычный солдат, кузнец по совместительству, и мне хватает той власти, что у меня есть в моём отряде на границе, — перебил её Ив и опрокинул стакан, допивая коньяк. — И потом, дорогая моя, даже если я уважу моего дядюшку и вернусь… — он сделал красноречивую паузу, отставил пустой бокал и поднялся. Заложив руки за голову, прошёлся по комнате, на его лице появилась ухмылка. Взгляд Ионель ощупал крепкую задницу Ива, и пришлось приложить усилия, чтобы не вскочить и не приникнуть к нему, не поддаться желанию провести подушечками по спине до самых ямочек на пояснице, очерчивая каждый шрам. — Допустим, стану я королём, — в голосе Ранкура слышалась явная ирония, мужчина оглянулся на любовницу. — Мне же жениться придётся, ведь святая обязанность каждого правителя — заделать как можно больше наследников, — Ив поморщился.

— И что тебя пугает? — мурлыкнула Ионель, склонив голову к плечу и слегка выгнувшись, выставив полные груди с розовыми горошинами сосков.

— Ничего, — Ив снова пожал плечами. — Выберу красавицу-девственницу благородных кровей, она родит мне детей.

Брови маркизы поднялись, в тёмных глазах мелькнуло недоумение.

— Почему именно девственницу? — со смешком уточнила она. — Они же пугливые и неумелые, зачем тебе такая? — Ионель выпрямилась, сев на пятки, её ладони медленно провели по груди, обхватили её, чуть сжав.

— Потому что я хочу быть уверенным, что мои дети — только мои и ничьи больше, — Ранкур неожиданно стал серьёзным. — И что к королеве, моей жене, прикасался только я, — Ив приблизился к кровати, не сводя с маркизы взгляда. — Тебе королевой точно не стать, Нелли, — усмехнулся он и остановился у самого края. — Так что подумай, надо ли тебе дальше уговаривать меня, — его пальцы погрузились в шелковистые волосы на затылке Ионель и мягко, но настойчиво потянул к себе.

Ив уже вполне отдохнул, о чём говорил наполовину поднявшийся и увеличившийся в размерах член, к которому Ранкур и намеревался пристроить словоохотливый ротик любовницы. Все эти разговоры про возвращение ему порядком надоели, и он прекрасно понимал, к чему Ионель их ведёт. Но также Ив знал, что маркиза не хранит ему верность, когда он уезжал на границу, как и сам Ив не устраивал себе бесполезных воздержаний. Постель — ещё не повод для серьёзных намерений, как он считал.

Ионель же, придвинувшись ближе, улыбнулась, провокационно облизнулась и её язычок медленно прошёлся вдоль напряжённого ствола, отчего Ив с шумом втянул воздух, крепче сжав волосы любовницы, его зрачки резко расширились. «Надо, милый, — мелькнула у маркизы упрямая мысль. — и королём ты станешь, и я — королевой… Я слишком люблю тебя, чтобы отдать какой-то несмышлёной девственнице…»

— Лучше ротик пошире открой и заканчивай эти бесполезные разговоры, — пробормотал Ив, задышав чаще, когда шаловливый язычок Ионель продолжил дразнить. — Я на три месяца… уезжаю… — его голос стал тише, глуше, он прикрыл глаза и чуть запрокинул голову, зашипев, когда член оказался почти полностью во власти горячего и влажного рта маркизы. — Хочу впечатлениями запастись…

Больше до самого утра они не затрагивали щекотливой темы, а с рассветом Ив тихо встал, быстро сполоснулся, оделся и вышел из спальни любовницы, даже не оглянувшись на спящую женщину. Однако едва дверь за ним закрылась, Ионель распахнула глаза и выпрямилась, отбросив одеяло. Пристально посмотрела вслед ушедшему Иву, поджала губы и вскочила, набросив пеньюар на плечи. Приблизившись к окну, осторожно выглянула, наблюдая, как во дворе её особняка Ранкур садится на лошадь и уезжает, разбивая сонную утреннюю тишину звонким цокотом копыт. Ионель хмыкнула и плотнее запахнула тонкую ткань на груди, сдержав зевок.

— Ты станешь королём, Ив де Ранкур, — повторила она негромко и прищурилась. — И не на девственнице женишься, а на мне.

После чего маркиза отошла от окна и дёрнула шнурок звонка. Спать уже расхотелось, а раз она приняла решение, то надо сесть и хорошенько подумать, как его осуществить. У неё есть три месяца, к следующему возвращению Ива всё должно быть уже готово. Сложная задачка, но сложности Ионель не пугали, ведь в результате она получит любимого мужчину и — власть. Маркиза вздохнула и чуть улыбнулась: цель стоила любых затраченных на неё сил.

Около трёх месяцев позже, Реннара, городской дом семейства ла Саллас.

— Вот тебе! — под сводами тренировочного зала раздался звонкий девичий голос с изрядной долей раздражения.

Миниатюрная девушка с тонкими чертами лица, сердито поджатыми губами и собранными в высокий хвост роскошными смоляными локонами нахмурилась и щёлкнула пальцами. В сторону улыбчивого брюнета, неуловимо похожего на неё, но старше лет на пять полетел маленький огненный шарик. Противник девушки легко уклонился и негромко рассмеялся.

— Тони, ты слишком отвлекаешься на эмоции, дорогая сестричка, — обронил он и поднял тонкий меч с мраморных плит пола. — Я тебе давно говорю, фехтование не для тебя, ты не умеешь сосредоточиться.

Тони прищурилась, ничего не ответив, и в следующий момент в её брата, Рамона ла Салласа полетела целая вереница шариков, которые перед его лицом разлетелись в разные стороны. Рамон хмыкнул, сделал быстрое движение рукой, и шарики рассыпались искрами.

— Вот скажи, ну зачем тебе эти занятия, а? — он покачал головой, подошёл к Антонии и протянул ей меч. — Ты же выйдешь замуж, станешь почтенной дамой, сделаешь меня счастливым дядюшкой…

— Сам выходи замуж, если тебе так хочется! — перебила его Антония, вбросила меч в ножны и резко развернулась, сопя, как рассерженный ёжик.

— Мужчины женятся, Тони, — со смешком поправил её Рамон, но больше ничего не успел сказать.

В тренировочный зал вбежала запыхавшаяся служанка и выпалила:

— Леди Антония, ваши родители возвращаются!

Девушка охнула и опрометью кинулась к двери, разом забыв про все обиды на брата. Герцоги ла Саллас понятия не имели, чем занимается в свободное время кроме вышивки и музицирования их драгоценная дочь, и Антония собиралась приложить все силы, чтобы и дальше так оставалось. Если отец с матерью узнают, что их дочурка, племянница самой королевы, махает мечом, скача в штанах и рубашке, они точно приставят к ней компаньонку и будут следить за каждым шагом. Тони же тогда умрёт со скуки! Она вовсе не собиралась в ближайшее время выходить замуж, и то, что за два года после совершеннолетия, которые она провела при дворе королевы Исабель, речь о женихе не велась, Антония считала благословением богини. И надеялась, родители и дальше не будут торопиться с решением этого вопроса. Ей всего лишь пятьдесят четыре недавно исполнилось, для наделённых магией долгожителей — самый расцвет молодости. Выглядела Антония на восемнадцать, если считать по меркам обычных людей.