Слеза богов Крондора - Раймонд Фейст

— Вы знаете, что нужно мне; все остальное ваше!

Кнут спрыгнул на палубу и встал рядом с Медведем.

— Корабль сильно поврежден, так что времени у вас немного! — крикнул он команде.

Как Кнут и надеялся, люди Медведя бросились убивать ишапианских моряков, а он в этот момент подал сигнал кучке людей из своей верной команды, и те поспешили к люкам и грузовым сетям.

На палубу, услышав сигнал тревоги, поднялся ишапианский монах. Пираты тут же окружили его. За монахом следовали и другие братья. Некоторое время обе стороны стояли без движения, как бы оценивая друг друга.

Медведь сделал шаг вперед и обратился к первому монаху:

— Эй ты! Принеси мне Слезу, и я позволю вам всем умереть быстро.

Жрец поднял руки и начертил в воздухе странный знак, одновременно произнося заклинание. Остальные монахи позади него приняли боевые стойки.

Заряд белой энергии почти достиг Медведя, но вдруг бесследно исчез буквально в нескольких дюймах от него. В этот момент нос корабля накренился.

— Ваша магия — ничто для меня! — презрительно усмехнулся Медведь.

С удивительной для человека его размеров ловкостью он выхватил меч. Жрец еще не пришел в себя от потрясения, убедившись, что его магия оказалась бессильна, и теперь он беспомощно стоял, не пытаясь спастись. Меч Медведя вошел в его тело, как нож в масло. Пираты радостно завопили и бросились на остальных монахов.

Уступавшие пиратам в численности безоружные монахи были, тем не менее, мастерами рукопашного боя. И хотя они не смогли выстоять против алебард, мечей, ножей и арбалетов, им удалось на какое-то время задержать пиратов. К тому момент, когда Медведь добрался до трапа, ведущего на нижнюю палубу, полубак уже погружался в воду.

Как крыса, протискивающаяся сквозь канализационные решетки, Кнут проскользнул мимо Медведя и чуть ли не скатился вниз по трапу. Медведь двинулся следом, а за ним — и все остальные.

— У нас нет времени! — крикнул Кнут, оглядывая каюты экипажа. Он заметил множество бесполезных для него предметов культа и посчитал, что монахи обитали именно в этой части корабля. Потом он услышал, как вода хлынула в дыру под носовым баком. Он разбирался в кораблях — в конце концов переборка между полубаком и главной грузовой каютой не выдержит, и тогда «Рассвет Ишапа» пойдет ко дну, как огромный камень.

В одной из кают его внимание привлек маленький деревянный сундук в углу, и Кнут направился прямо к нему. Медведь тем временем устремился к двери, ведущей в каюту капитана. Передвигаться по скользким доскам становилось все сложнее, так как корабль раскачивался. Пираты то и дело падали и яростно ругались.

Кнут открыл сундук и разинул рот: заполучи он такое количество драгоценных камней, и можно было бы купаться в роскоши до конца жизни. Несколько разбойников тут же бросились к сокровищам, как мотыльки, летящие на огонь. Кнут махнул двоим пиратам, стоявшим рядом:

— Если хотите получить свою долю, то поднимитесь на палубу, помогите открыть люк и опустите грузовую сеть!

Пираты поначалу замялись, взглянули в сторону Медведя, пытавшегося вскрыть дверь в капитанскую каюту, но все же выполнили приказ Кнута. Он знал, что они обнаружат возле люка двух его людей и волей-неволей примутся помогать им. Если его план сработает, то вскоре все начнут играть по его правилам, не подозревая об этом.

Кнут открыл люк в середине палубы и увидел трап, ведущий еще ниже, в грузовой трюм. Но в тот момент, когда он шагнул на первую из ступенек, корабль стал быстро наполняться водой. Кнут понял, что «Рассвет Ишапа» скоро пойдет ко дну. Ему и его людям лучше поторопиться.

Медведь изо всех сил наваливался на дверь, которая, очевидно, была заперта каким-то магическим образом, так как не подавалась его сокрушительному напору. А Кнут все же решился спуститься в трюм и убедился, что сокровищ тут достаточно, чтобы каждый член экипажа зажил как король. Тот странный человек по имени Сиди, который сообщил Медведю об этом корабле, действительно упомянул, что вместе с магическим предметом, который Медведь должен ему доставить, на корабле будут перевозить и десятилетние сборы храмов с Дальнего берега и из Вольных городов.

Кнут жалел о том, что познакомился с Сиди. Когда он впервые встретил этого так называемого торговца, то и не подозревал, что тот имеет отношение к магии. Теперь он знал, что Сиди не так прост, как кажется. Торговец дал Медведю волшебный амулет, который тот не снимал с тех пор ни днем ни ночью. Кнут всегда старался держаться подальше от магии, храмов, волшебников и ведьм. Они приводили его в ужас. Но на его памяти ни от кого так сильно не разило магией, как от Сиди, и этот «аромат» был ему очень неприятен.

Грузовой люк открылся.

— Кнут! — раздался голос сверху.

— Опускай! — скомандовал лоцман. Грузовая сеть опустилась, и Кнут быстро ее отвязал.

— Давайте сюда! — крикнул он, расстелив большую сеть на досках. — И поживее, мы уже погружаемся!

Четверо моряков соскользнули вниз по веревкам и стали двигать тяжелые грузовые сундуки к центру сетки.

— Займитесь сначала маленькими! — указывал Кнут. — Там драгоценности. Они ценнее золота.

Пиратами двигали два мотива: желание разбогатеть и страх перед Медведем. Весь экипаж, включая Кнута, заметил, что Медведь с каждым днем становится все злее. Даже его собственные люди боялись теперь обратить на себя его внимание.

Сейчас массивный капитан бился в дверь с нечеловеческой силой и наконец, выломав ее, издал звериный рык. Несколько пиратов, расправившись с командой корабля, спустили веревки с верхней палубы и вопросительно посмотрели на рулевого.

— Капитан сказал, что если он получит проклятый камень, который охраняли жрецы, то все остальное — наше. И вы позволите этому богатству утонуть?

Они покачали головами и, хотя на их лицах и отразилось сомнение, принялись за дело, работая парами и затаскивая большие сундуки и ящики в сети. Они спешили, и вскоре большая часть сокровищ была подготовлена к подъему.

— Тащите! — приказал Кнут людям наверху. Пираты, грузившие сокровища, ухватили кто сколько мог из оставшихся сундуков поменьше и кинулись к переднему трапу. Корабль дал крен и все быстрее раскачивался из стороны в сторону.

— Скажи им, чтобы шли задним ходом! — крикнул Кнут. Он проворно вскарабкался по трапу на нижнюю палубу, бережно прижимая к себе маленький деревянный сундук, словно мать — новорожденного ребенка. Оглянувшись, он увидел яркий свет, льющийся из двери капитанской каюты и вытаращил глаза: в проеме, освещенный сиянием, стоял Медведь, сражаясь с водой, как будто это был какой-то противник.

— Вылезай! — заорал Кнут. — Утонешь! — Не то чтобы он огорчился, если бы это случилось, просто хотел выглядеть верным и преданным лоцманом на тот случай, если к Медведю вдруг вернется разум и он спасется.

Кнут поспешил к следующему трапу и выбрался на верхнюю палубу.