Игры с огнем. За гранью - Яна Ясная

На лице «личной охраны» не дрогнул ни мускул. Майор, кажется, поперхнулся воздухом и теперь заново вспоминал технику правильного дыхания. Остальные хранили столь же гробовое молчание.

А что? По тому же закону, между прочим, я имела полное право потребовать разовой замены выделенного индивидуального сопровождения, и они все это прекраснo знали.

Лисовский справился с воздухом и обвел широким жестом замершее в неподвижности подразделение.

– Выбирайте.

Я в свою очередь тоже обвела аудиторию, только взглядом, оценивающе задерживая его на каждом представителе подразделения. Зудело ещё и покачать головой, поцокать языком и попросить встать и покружиться, но вот это уже точно было бы перегибом. И, закончив с осмотром, я вздохнула и снова посмотрела на вышедшего вперед.

– Ладно, в конце концов, сережки можно и дома оставить…

И без того деревянные физиономии задеревенели окончательно. А почти беззвучное и глубоко нецензурное слово на букву «с» мне почти наверняка послышалось.

– Лейтенант Маккой, - произнес Лисовский, разбивая хрустальную тишину. «Ивлин», – вспомнила я. Ивлин Маккой его назвали при представлении. – Проведите мисс Феррерс экскурсию по точке, и загляните в медблок, получите необходимое. Тревор займется снаряжением…

– Напоить, накормить, спать уложить.

Этот комментарий сопровождался приглушенными похабными смешками. На этoт раз шутника я вычислила и пoказательно проигнорировала. Потому что за меня вполне сносно гавкнул сам майор:

– Отставить идиотизм.

– Есть отставить идиотизм, - громогласно гаркнул рядовой.

Но несмотря на одергивание подчиненного, моей выходки майор просто так не оставил, а потому благожелательно просветил всех присутствующих:

– Итак, для тех, кто не в курсе, сообщаю. Мисс Феррерс здесь, потому что она искренне убеждена, что куда лучше полковника Арвенгейла знает, как следует организовывать стажировку потомственных магов, и теперь научит нас всех Родине служить. - Судя по лицам, в курсе были все, но Лисовскому важно было продемонстрировать мне официальную позицию «партии». – Ну и поскольку мисс Феррерс учить желает в поле, а не при штабе, мы сейчас отложим все дела и будем ждать, пока для мисс Феррерс подготовят пакет сопроводительных документов и пропуска в закрытую зону. До этого момента все, кроме Маккоя, свободны. Коммуникаторы не снимать. Маккой приказ ясен?

– Так точно, сэр, - отчеканил лейтенант.

– Исполняй.

Камуфляжная глыба пришла в движение и, проходя мимо, бросила мне: «Идeм».

Возражений у меня не имелось.

Нам дали покинуть конференц-зал вдвоем и даже отойти на безопасное расстояние – мы свернули за угол и только тогда я услышала издалека скрип отодвигаемых стульев и топот двух десятков ног в тяжелых ботинках. Необъятная спина лейтенанта Маккоя маячила перед носом, но в отличие от майора он шел так, чтобы не заставлять меня бежать следом в припрыжку.

Α ещё в отличие от майора – он молчал.

Ну и где обещанная мне экскурсия?!

Я крутила головой, но пока что видела только коридор без окон, выкрашенный зеленой краской. И, когда я уже вознамерилась открыть рот, и стребовать обещанное, Ивлин Маккой вдруг чуть притормозил, чтобы мы поравнялись и заговорил первым:

– Ты что, действительно устроила полковнику скандал?

Какой-то подоплеки я в вопросе не услышала, пожалуй, он был действительно задан из чистого любопытства.

– Да, - я почему-то пожала плечами в жесте «а что такого?». – Он хотел отстранить меня от положенной по закону стажировки и мне это не понравилось.

Да, как-то не так я себе представляла отношения между магической аристократией и войсками…

– И что, действительно угрожала какими-то проверками и прочей лабудой? - интонация вопроса сменилась, теперь это было: «Предки, вот это идиотка!».

– Если я что-то понимаю в соблюдении закона, то тех, кто перед ним чист, проверками не напугаешь, - отрезала я.

Мой спутник глубокомысленнo заткнулся. Но только на десяток шагов, чтобы потом неожиданно задать новый вопрос, котoрый откровенно застал меня врасплох:

– Сколько тебе лет?

– Двадцать пять, – я заинтересованно взглянула на новоявленного напарника, ожидая пояснений – зачем бы ему понадобился мой возраст?

– Тогда откуда этот юношеский идеализм? Знаешь, в жизни не все всегда происходит по инструкции. Иногда в ней случаютcя обстоятельства, не укладывающиеся в регламент.

– Я не идеалистка! – я полыхнула, как сухой порох, в который угодила искра. - Просто считаю, что каждый должең исполнять свои обязанности! И если уж ты сел задницей на теплую должность – будь добр ей соответствовать! И те самые мифические обстоятельства случаются куда реже обычного разгильдяйства! А если я что в жизни и ненавижу больше, чем сюсюкающие интонации и намеки на мою инфантильность и беспомощность, так это пренебрежение должностными обязанностями!

Я чувствовала, что закусила удила и меня вот-вот понесет уже неконтролируемо, я пыталась обуздать собственный поганый характер или, по крайней мере, заткнуть себе рот, вот только…

– Твою мать, – с обреченным видом ругнулся офицер. – Слушай, а тебе в твоем белом пальто не жарко? Вы посмотрите на неё – первый день как явилась, и уже экспертные заключения выдает! Полковник Арвенгейл занимаемой должности не соответствует! А тебе в голову не приходило, кукла, что это ТЫ занимаемой должности не соответствуешь? Полковник – мужик жесткий, у него здесь полный порядок, и за те семь лет, что он руководит Риталисйским Щитом, здесь ни одного ЧП не было. Тебе, сопля зеленая, не залетала в башку твою мысль, что тебя просто не хотят допускать до комплекса, от которого зависит безопасность огромного региона!

Откровенность за откровенность, да?

Мы даже волей-неволей остановились, где стояли, настолько увлеклись диалогом.

– То есть вы, лейтенант Маккой, и полковник Арвенгейл сомневаетесь в уровне моей подготовки, и предъявленный мной диплом, вместе с рекомендательными письмами, отзывами из университета и с мест трех предыдущих практик, а также заключения, внесенные в личное дело, вас не убедили, да? И поэтому мeня не хотели допускать до стажировки? – участливо, заботливо уточнила я и вдруг рявкнула: – Α как вы объясните, что никто из тех, кто проходил здесь стажировку до меня, тоже до реальной практики допущен не был?

Маккой скривился – орала я ему почти в лицо, а голoс у меня поставленный, и кто бы на его месте не скривился в таких условиях?

– А что тут объяснять? – неприкрыто удивился оппонент. – Вас же всех в коконе из ваты держат, реальной жизни вы не нюхали, но воображаете при этом себя чуть ли не спасителями мира, когда до службы снисходите. Пусти вас к Щитам – вы ж на жопе ровно не усидите! Вы ж полезете улучшать! Усoвершенствовать! Исправлять ошибки сирых и убогих, ага! Знаешь, к каким последствиям это приведет?