Завещание Змееносца - Вадим Филоненко

…Ксантина торопливо вывалилась из портала, не удержалась на ногах и упала, зацепившись подолом платья за аланговую колючку. Зло дернулась, легкая ткань разорвалась с тихим вздохом. Ксантина вскочила на ноги и, не заботясь о том, как она выглядит, побежала к хорошо знакомой пещере. Глаза ей застилали слезы.

Акар стоял у тахты, закутавшись в крылья, словно в плащ.

– У меня будет ребенок, – с ходу выпалила Богиня. – ТВОЙ ребенок!

– К-к-как… – опешил Акар. Получив неожиданный зов от бывшей возлюбленной, он ожидал чего угодно, только не этого! Его крылья опустились, безвольно обвисая за спиной. – Не может быть!

Ксантина бросилась на тахту и заплакала. Дейв растеряно присел рядом.

– Ты уверена, что мой?

– Да! Да! Да! – Она подняла мокрое, ставшее вдруг некрасивым лицо. – Он – дейв. Как же я могу сомневаться в отцовстве?!

– Как ты узнала, что ребенок – дейв? – Акар схватил ее за плечи. – Ксантина, как?!

– Великая Мать смотрела зародыш, вот как! – завопила она, вырываясь из его рук.

– И… тебе дали так просто уйти? Не потащили на суд Богов, не прикончили на месте, не заточили и…

– Великая Мать не знает, что ребенок – дейв, – устало сказала Ксантина.

Она утерла слезы и налила из хрустального сосуда золотистого вина, невольно отметив, что Акар приготовил все как прежде – ковры, тахта, вино, кальян – будто готовился к свиданию. Ксантина всхлипнула.

– Объясни все по порядку, – попросил Акар.

Ксантина кивнула и мелкими глоточками осушила кубок. Ветер терпеливо ждал.

– Когда я поняла, что беременна, разумеется, сразу пошла к Великой Матери. Мне же и в голову не могло придти, что отцом может быть не… – Она осеклась.

– Не Ксарон, – договорил Акар.

– Да. – Ксантина быстро глянула на него и отвела глаза.

– А дальше? – поторопил ее Акар.

– В общем, Великая Мать вначале сказала, что ребенок – Высший, а потом разглядела у него зачатки рогов и… э-э-э… характерное строение черепа. Она удивилась, даже пошутила, дескать, ребенок похож на дейва. Она пошутила, представляешь! Ей и в голову не могло придти, что амечи может понести от дейва! – Ксантина закрыла лицо ладонями и разрыдалась.

– Ну-ну, не плачь. – Акар обнял ее и ласково погладил по щеке. – И что ты ей ответила?

– Я соврала, будто у меня была связь с юношей-минотавром, и, наверное, ребенок от него.

– Ты умничка, здорово придумала, – восхитился Акар. Если не считать отсутствия крыльев, внешне минотавры действительно очень походили на дейвов. – И она поверила тебе? Решила, что ребенок и впрямь минотавр, смертный, не Высший, просто у него очень сильные магические способности?

– Да, – кивнула Ксантина. – Да. Но я-то знаю, ребенок – твой. Когда он появится на свет, все поймут – он самый настоящий Высший! Он – дейв! И тогда мне конец! Боги расправятся со мной!

– Нет, любимая. Нет. Я не позволю… Я найду выход, придумаю, как нам быть… – шептал Акар и губами собирал слезы с ее щек. И Ксантина успокаивалась, глаза ее наполнялись верой…

…А потом они лежали рядом, и Ксантина спросила:

– Что же нам теперь делать, Акар?