Завещание Змееносца - Вадим Филоненко

Кстантина аккуратно выбралась из портала, придерживая обеими руками огромный живот. Спину нестерпимо ломило, ноги отекли, а под глазами залегли глубокие тени.

«Ну, что за насмешка судьбы, – думала она, – я, Богиня, переношу беременность гораздо хуже большинства смертных женщин! Какая несправедливость…» Она осеклась, почувствовав на себе пристальный взгляд, и похолодела – в двух шагах от портала стоял… Ювис!

Верховный рассеянно покусывал травинку и обозревал пустынные скалистые окрестности, скользя задумчивым взглядом по черным провалам пещер, красноватым нагромождениям песчаника и серым зарослям аланговых колючек. Потом взглянул на застывшую Ксантину и выплюнул травинку, которая упала на красноватый камень и застыла зеленым росчерком.

Ксантина смотрела на яркий зеленый стебелек, не в силах оторвать взгляд. «И где он ее только раздобыл, эту травинку, – мелькнула невольная мысль, – с собой что ли принес… О чем я только думаю! – тут же спохватилась она. – Он здесь неспроста. Неужели знает?!…» Страх обжигающим водопадом пробежал по телу, вызывая немеющую пустоту в голове и слабость в ногах. Ксантина покачнулась.

– Тебе плохо? – встревожился Ювис.

– Да, ноги не держат, – прошептала Богиня. Тотчас возле нее оказалось удобное кресло. Верховный осторожно усадил ее, а сам остался стоять в пол-оборота к ней, заложив руки за спину и разглядывая то ли небо, то ли снежные шапки далеких гор.

– Ты любишь бывать в этом мире, Ксантина.

– Д-да, Всевластный.

– Здесь неуютно… Жарко… Трудно дышать…

– Я… я… Меня влечет одиночество.

– Беременность изменила тебя, Ксантина. Раньше никто не мог назвать тебя нелюдимой.

– Это мой первый ребенок, Великий. Я горюю, что он не амечи.

В словах Богини Весны прозвучала неподдельная горечь, а на глаза навернулись слезы. Ювис удивленно взглянул на нее.

– Вот как! Я могу понять твои чувства… Кстати, ты уже решила, где он станет жить?

– Да. – Ей удалось справиться с собой. – Он будет жить с отцом.

«С отцом! Не все так просто! Ребенок внешне будет похож на дейва, но в нем течет и кровь амечи. Проклятые без сомнения распознают полукровку, и тогда Акара казнят. Нет. С отцом ребенку не жить. И вообще, ему лучше не жить. Да, так лучше для всех…» – Богиня Весны закусила губу, пытаясь удержать слезы.

– Ксантина, – проникновенно сказал Ювис. Рядом с ним засветилось золотистое облачко портала. – Не горюй, у тебя еще обязательно будет ребенок-амечи.

– Да, Верховный, – пробормотала она, с облегчением глядя, как тает золотистое облачко, унося прочь неожиданную опасность. Она перевела дух и утерла со лба пот. Ей крупно повезло, что Акар запоздал, иначе… Даже страшно представить, что произошло бы, застань его здесь Ювис!

– Я здесь, Ксантина, – раздался встревоженный голос дейва, а вскоре и сам он возник из колеблющегося воздушного марева. – Что случилось? Почему у тебя такой испуганный вид?

– Ювис. Он только что был здесь!

– Он знает про нас?!

– Вряд ли. Но нам надо срочно менять мир. Мне вот-вот рожать…