Расхитительница - Евгения Шагурова

Я же, сев вместе с главой семейства у противоположной стороны стола, не могла отвести глаз от этих троих. Наблюдая на протяжении месяца совершенно иную и куда менее радостную картину в лице вечно хмурого Волара и отстраненной Амии, сейчас никак не могла налюбоваться всем происходящим. Живые, веселые и, несмотря на недомолвки, дружные, эти дети выросли в большой любви и заботе, что лишний раз доказывало: Лориан, несмотря на сильную занятость, оставался хорошим отцом. Одна Лили чего стоила.

— О чем задумалась? — услышала я и, повернувшись, только сейчас обнаружила, что все это время за мной тоже наблюдали.

— Да так. Обо всем понемногу.

— Хочешь об этом поговорить?

Вероятно, грусть при воспоминании о собственной дочери как-то отразилась на моем лице, поскольку уже в следующее мгновение рука Лориана накрыла мою и принялась ласково ее поглаживать.

— Позже, — заметив, что к нашему разговору начали прислушиваться, отозвалась я. И не ошиблась.

Быстро поняв, кто здесь лишний, Лили честно дождалась, пока младшие закончат с трапезой и, подгоняя их, направилась следом, пообещав проследить за тем, что сегодня мальчики лягут вовремя.

Таким образом, мы снова остались одни. Помолчав еще какое-то время, закончили с ужином и, отложив столовые приборы, принялись за вино.

Когда же и бокалы опустели, видя, что я по-прежнему не спешу заводить разговор, Лориан сделал это за меня.

— Хочу тебе кое-что показать, — объявил он и, взяв меня за руку, повел за собой.

Отдаленно помня дорогу, я быстро сообразила, в каком направлении мы движемся. Но, подойдя к двери, ведущей в спальню мужчины, мы, к моему удивлению, остановились у той, что располагалась напротив.

— Открой, — предложил О'Маэр, и я послушалась.

Большая просторная комната, по размерам нисколько не уступающая соседней, лишь чуть отличалась по цветовой гамме. Здесь было больше теплых тонов, начиная со светло-бежевого, заканчивая пастельным желтым и коричневым. Остановившись посередине и оглядевшись, я обернулась к продолжавшему стоять в проходе мужчине и вопросительно посмотрела на него, ожидая объяснений.

— Нравится?

— Здесь хорошо.

— Тогда она твоя. И это тоже.

С этими словами он надел мне на руку хорошо знакомый многофункциональный браслет, который, как я уже успела заметить, светлые носили, практически не снимая. Быстро застегнув его, О'Маэр снова отошел.

— Лориан, — оторвавшись от созерцания подарка и заново принявшись оглядывать теперь уже свои владения, начала я, — спасибо за все, что ты для меня делаешь. Но что дальше?

— Завтра вечером ввиду нашего с сан Дэиром назначения во дворце состоится бал-маскарад. Ты тоже там будешь. Расправу над Воларом не обещаю, но встречу с дочерью устроить, думаю, смогу. Утром доставят платье, которое ты наденешь. С остальным поможет Лили.

Снова все предусмотрел и обо всем подумал. И как ему это удается? А главное, когда?

— Спасибо, — не зная, что еще сказать, и думая, как бы его не обидеть, опустила глаза и тихо произнесла: — Но я имела в виду другое.

Его вдруг сделавшийся задумчивым и крайне серьезным вид меня напугал. Немного помолчав, после чего тяжело вздохнув, мужчина отодвинул манжет рубашки, сделал какую-то короткую манипуляцию со своим браслетом, протянул руку и произнес:

— Пойдем.

— Куда?

— Узнаешь. Просто доверься мне, хорошо?

И я доверилась. Выйдя в коридор, О'Маэр попросил подождать его здесь. Зайдя ненадолго в свою комнату, вернулся он оттуда уже с плащом. Закутав меня в него и надев на голову капюшон, снова взял за руку и повел к выходу.

Когда мы вышли из небоскреба, нас уже ждал скаир. Пропустив меня вперед и устроившись рядом, Лориан назвал водителю адрес и, крепко сжав мою ладонь, отвернулся к окну.