Давай поиграем, дракон! - Даха Тараторина

— Что-что? Какие интересные слова ты знаешь!

— Заткнись!

— Тут уже не удивила.

— Ладно, я прошу прощения! Доволен! Мне очень жаль, что ты отдал этим говнюкам зелье из-за меня! Я очень не хочу, чтобы они его использовали и, если могу чем-то помочь, сделаю это! Спасибо, понял? — так угрожающе протараторила она, словно зачитывала права арестованному, а не благодарила друга.

Смягчившись, Леонард сжал её колено и задорно улыбнулся:

— Ну, подозреваю, им тоже придётся несладко. Даже удавшееся зелье имеет побочный эффект.

— Я помню. Мне понравился мини-дракоша, — агент потянулась почесать Лео под подбородком, как чешуйчатую ящерку, но с человеком проделать этот фокус оказалось не так-то просто. Поймав недоумённый взгляд, она резво подскочила, едва не свалившись в воду, пересекла комнату и устроилась у дверей, якобы собираясь уходить. Не ушла: сложила руки на груди, чтобы проклятое полотенце оставалось на месте и небрежно оперлась бедром о дверной косяк.

— А ещё у них ничего не получится без главного ингредиента.

— Это какого же?

Леонард хотел пошутить и заявить, что со шпионками подобной информацией делиться не станет, но… Но что это за мир, в котором нельзя никому доверять? Тем более тому, кто, рискуя жизнью, пытался его защитить.

— Моя кровь. Всё-таки я из рода драконов. По преданию, по крайней мере. А Ювеналий — нет. Вот и посмотрим, чем он попытается её заменить.

Пижма закусила губу и отвернулась. Насколько она знала таких, как председатель, узнай он правду, замену искать не стал бы. Зачем? Есть же хороший такой запас, литров эдак пять, свеженькой и горячей. Нет, он не станет искать замену; он просто схватит Леонарда. Телохранитель сжала кулаки. Зелье нужно вернуть и не дать Ювеналию ни единого шанса. Если, конечно, не прибегнуть к другому методу, более жестокому, но и более действенному. Пижме уже предлагали взять заказ на убийство и тогда она струсила. Изменилось ли что-то теперь?

Она шагнула к Леонарду, присела рядом, повернувшись в противоположную сторону, чтобы спрятать глаза, прижалась к нему плечом.

— Лео, мне очень жаль, что ты во всё это ввязался. Правда, — тихо начала она, чувствуя, что нервничает больше, чем когда сдавала выпускной экзамен по рукопашному бою. — И для меня очень много значит, что ты помогаешь мне. Очень долго я никому не доверяла, но ты… Ты слишком искренний, слишком честный. Я не могу не ответить тебе взаимностью. И… проклятье, — она закашлялась и начала нервно мять край полотенца, — и для меня честь быть твоей невестой.

Она наконец нашла в себе силы повернуться и взглянуть в его глаза: огромные, светлые… Растерянные?

Пижма чуть подалась вперёд и прикоснулась к его губам. Тёплые, мягкие, они раскрылись навстречу, но не дрогнули в ответ. Агент непонимающе отстранилась: Леонард сидел, не двигаясь, беззвучно открывая рот для слов, но не мог выдавить из себя ни единого.

— Что? Что случилось?

Леонард молчал, а его брови ползли всё выше.

— Ну говори уже!

— Пижма, — дракон попытался отвернуться, но посчитал это трусостью и заглянул ей в лицо, не скрывая своих чувств. — Пижма, мне очень жаль, что ты так всё восприняла. Но я… Я сказал это, чтобы выручить тебя. По старому закону попаданка, не привязанная ни к одной семье, — преступница. В лучшем случае тебя тут же отправили бы домой. В худшем… Впрочем, ты уже знакома с повадками Ювеналия. Пижма, ты прекрасная женщина. Невероятная, сильная и красивая. И я сделаю всё, чтобы помочь тебе устроиться в нашем мире. Но я не влюблён в тебя.

Рефлекс требовал бить в нос, но она поступила как девчонка. Пощёчина, правда, тоже оказалась не слабой и скинула мужчину со скользкого бортика, заставив на мгновение скрыться под водой.

Подавив желание подержать его под поверхностью ещё немного, авось ума наберётся и внезапно влюбится, Пижма дождалась, пока дракон вынырнет и сосредоточится на ней. Агент расслабленно прислонилась к стене и усмехнулась краем рта, вкладывая в эту ухмылку все актёрские навыки, которые воспитывали в ней во время обучения:

— Что ж, тем лучше, — она откинула голову назад, громко стукнувшись затылком. — Боялась, что придётся притворяться, чтобы не задеть твои чувства. Но раз их всё равно нет…

Она замолчала за мгновение до того, как голос сорвался, и торопливо вышла из ванной.

Девушка скинула полотенце, резко зло задёрнула занавески, пропустившие в спальню любопытные лучи рассветного солнца, и забралась в холодную постель, уже никого не дожидаясь.

Леонард так и не лёг спать. Он ещё долго смотрел на то место дверного косяка, к которому прижималось бедро агента Пижмы, а потом умылся холодной водой и, шагая как можно тише, вышел из комнаты.