Эльфийский гамбит. Книга 1 - Наталья Белецкая

— Думаешь, что человечка прикажет тебе не распространяться о ее способностях? Разве она знает о том, какую власть дает ей клятва?

— Нет, но она умная девушка. Может догадаться.

— Сделай так, чтобы не догадалась. И еще, — добавила посол, оглядев меня с ног до головы, — завтра мы вместе с королем выезжаем в столицу, ты едешь с нами. Тебя не сильно ранило?

— Меня вылечил человеческий лекарь, — ответил я.

Ехать куда-то завтра хотелось меньше всего. Мрраш!

— Тогда будь готов. Вернемся сюда перед твоей свадьбой. Иди.

Как оказалось, моя сумка сгорела, как и любимый коврик для медитаций, а вот все оружие осталось целым и невредимым. Это радовало. Новую сумку я тоже нашел и остальные вещи собрал. Уезжать не хотелось. Во-первых, при резких движениях бок беспокоил. Провести весь день в седле, мучаясь от боли — удовольствие ниже среднего. Во-вторых, очень хотелось остаться здесь вместе с Ладой. Хотелось увидеть ее и убедиться, что прошлая ночь мне не привиделась.

Между тем стемнело, а я все не мог определиться с тем, что делать. Нам надо поговорить с Ладой наедине. В окно влезать глупо, но почему бы не наведаться к ней в комнату? Если я магией усилю слух, нас врасплох никто не застанет. Жаль, что путь в комнату Ладмилы я запомнил плохо, но ничего, найду.

На полпути к комнате моей невесты, я вдруг услышал шаги. Едва подумал о том, чтобы спрятаться, раздалось тихое:

— Флайдин…

— Лада, — вырвалось у меня.

Она сразу подскочила ко мне со словами:

— Ты как себя чувствуешь? Лекарь жаловался, что потратил на тебя все силы. Отец сказал, что у тебя горячка была, ты в бреду метался…

— Все хорошо, — глупая улыбка сама наползла на лицо. Мне вчера не привиделось ее признание, не показалось.

— Я тебе принесла заживляющую и обезболивающую мазь и еще микстуру, чтобы повысить регенерацию, — объяснила она. — Недалеко от места взрыва нашли расплавленные магические артефакты, лорд Юстиниан считает, что ловушку мог установить и не маг.

— Думаешь, он сможет найти того, кто это сделал? — cсомнением спросил я.

— Да, конечно! Поверь, людям не нужен конфликт с дроу, — запальчиво сказала девушка и, немного помолчав, добавила. — Мой отец говорил с его величеством. Просил отложить выезд, чтобы ты успел поправиться, но Маркел сказал, что задержится только в том случае, если госпожа посол попросит.

— Эдиина не попросит, — покачал головой я. — Не захочет показывать слабость.

— И будет показывать глупость, — проворчала девушка.

— Почему глупость? Болеть-то будет у меня.

— Вот, держи, — Лада всунула мне в руки небольшой пузырек с жидкостью, я поймал ее пальчики, прикосновение разрывать не хотелось. — Это надо принимать по пять капель в день, но только на сытый желудок. Да и вообще лучше есть побольше, пока принимаешь микстуру.

— Спасибо.

Мы так и стояли в узком коридоре, соединив руки.

— А ты вообще сегодня ел? — с подозрением в голосе спросила моя невеста.

— Нет, как-то забыл, — сознался я и тут осознал, что чувствую голод. Возможно, лекарь меня поил подобной микстурой. Обычно, после приема зелий регенерации хочется сильно есть.

— Пошли, — бросила Ладмила и потянула меня в другую сторону от своей комнаты.

Мы спустились вниз еще на два уровня и вышли недалеко от каких-то бочек. Запах копченостей явно намекал, что недалеко кухня. Оказалось, чуть дальше располагалась хладовая — небольшая кладовка, где к потолку были подвешены окорока.

— Срезай вон тот балык, — показала мне Лада, — он самый вкусный.

Сама она прихватила еще головку сыра. Я думал, что ужинать мы пойдем к Ладмиле в комнату, но ошибся. Прямо на кухонном столе мы нарезали бутерброды, девушка где-то нашла хлеб, зелень и остатки соуса.

Заметив, что моя невеста плохо видит, я потратил немного магии и зажег несколько тусклых светлячков. Основная моя стихия — огонь, поэтому резерв эти заклинания почти не опустошали. Зато я заметил, что с огненной магией у Лады не очень получалось, значит, направленность у нее иная. Интересно, какая именно?

— Спасибо за свет, — тепло поблагодарила девушка. Она открыла какую-то кастрюлю и расстроено вздохнула. — Эх, жаль вишневый компот выпили, есть только яблочный.

— Похоже, ты не первый раз грабишь кухню… — сообразил я.

— Почему это граблю? Между прочим, этот замок, кухня и вся еда принадлежит мне. Я ведь герцогиня!

Лада приосанилась, вздернула подбородок, но с кружкой в одной руке и половником в другой выглядело это настолько комично, что я едва сдерживался, чтобы не расхохотаться. И тут заметил, что Ладмила прикусила губу, скрывая улыбку.

— Чрезвычайно польщен, госпожа, — включился в игру я, — вы оказываете мне великую честь, собственноручно наливая компот.

Девушка тихо рассмеялась. Мне нравилось, когда она такая веселая. Самому хотелось улыбаться рядом с ней. «Влюбился, идиот! — постановил внутренний голос, — да еще лыбится!». Да, может быть, потом я пожалею о том, что демонстрирую ей свои чувства, но сейчас мне не хотелось думать о том, что будет после.

Мы ели и болтали о каких-то глупостях. Оказалось, что вкусы в еде у нас похожи. И, конечно, разговор зашел о вчерашней ночи.

— Что ты сказал моему отцу? — поинтересовалась Ладмила, — он к тебе насторожено относился, но сегодня утром сказал, что очень рад за нас и что ты в качестве моего мужа его устраиваешь.

Сознаваться в том, что не помню, о чем мы говорили, было стыдно, поэтому я напустил тумана:

— Сказал ему кое-что, он все понял.

— А! Мужские разговоры… — понятливо кивнула Лада и больше, к счастью, эту тему не поднимала.

Мы убрали за собой на кухне и снова ушли по тайному ходу, возле комнаты Лады остановились.

— Тебе пора. Завтра рано вставать, — вздохнула она.

— Почему рано?

— Вы же сразу после рассвета отправляетесь в столицу.

— Мрраш! Забыл, что люди выезжают не на закате, а на рассвете.

— Ты, главное, мази не забудь и микстуру, — наставляла меня будущая жена.

Как оказывается приятно, когда о тебе беспокоятся.

— Не забуду, — прошептал я, прижимаясь поближе к Ладе, — пять капель каждый день и усиленно питаться. Верно?

— Да, — выдохнула она, заворожено глядя на мои губы.

Не знаю, кто из нас был инициатором этого поцелуя, да это и не важно. Как же приятно, когда она неумело, но страстно начинает отвечать на мои ласки, вздрагивает от моих прикосновений, тихо стонет. И от этих стонов я проваливаюсь в безумный дурман, задираю ей юбку, касаюсь нежной белой кожи, еще сильнее прижимаю Ладу к стене. Нет! Не сейчас, не так. Не в душной темноте тайного хода… Как же тяжело оторваться от ее губ!