Опасная связь - Катрин Гертье

Как только Илейн покинула нас, оставив с Фаервудом наедине, облегченно выдохнул. Прежде я всегда считал, что сестра притворяется, обманывает и изворачивается лишь потому, что все было не как в сказке и даже не в любовных романах, которыми зачитываются молодые барышни, мечтающие о красивых, молодых и отважных рыцарях. Реальность не являлась таковой, особенно если учесть плачевное положение нашей семьи. Но я предположить не мог, что столь ненавистный ей Фаервуд действительно обижает Илейн, при этом являясь женихом пока лишь на словах.

— Я жду, Ваша Светлость, — упрямо повторил, глядя герцогу прямо в глаза.

Меня всегда раздражали те высокомерие и гордость, которые он проявлял в присутствии нашей семьи. Отец лебезил и потакал ему, я же старался вести себя сдержанно, не обращать на это внимание и не вмешиваться в их дела. Видимо зря… Несмотря на то, что у меня могли возникнуть серьезные проблемы, если пойду против воли герцога, встану у него на пути, я не собирался отступать. Не в этот раз.

— Молодой человек, Вы вмешиваетесь не в свое дело, — криво усмехнувшись, холодно произнес Артур, приближаясь ко мне. — Отец будет Вами крайне недоволен.

— Не стоит пугать меня отцом, — так же твердо ответил я. — Думаю, что известие о ваших действиях в отношении моей сестры он не одобрит так же, как и я.

Остановившись совсем близко, Фаервуд окинул меня пренебрежительным взглядом, я же старался не шевелиться, напряженно и внимательно следил за ним, едва сдерживаясь, чтоб не заехать по его физиономии. Скажи он хоть слово в адрес семьи или Илейн, и я не ручаюсь за свои действия.

— Вы забываетесь, — вновь впившись в меня своими темными злыми глазами, угрожающе проговорил герцог. — Кажется, мне стоит напомнить благодаря кому Вы по-прежнему при дворе, не живете на улице и не нуждаетесь в деньгах.

Я ожидал от него подобных заявлений, потому лишь усмехнулся. И как отец мог принять от герцога помощь? Что сподвигло его отдать сестру в обмен на наше благополучие? Чудовищная ошибка. Возможно, прежде Фаервуд не проявлял свой скотский нрав, а с возрастом таким наклонностям поспособствовал маразм.

— Я все прекрасно знаю, — с уверенностью и вызовом произнес я. — Однако напомню, что в условиях взаимовыгодных договоренностей не указано, что вы станете применять силу в отношении будущей жены. Я не прав?

— Отчего же, — усмехаясь, протянул Фаервуд. — Правы. Но, уверяю Вас, это разовое проявление, и лишь в воспитательных целях. Илейн не научилась уважать старших, дерзила и даже оскорбила меня. За что я и хотел преподать ей урок. Не более.

Меня аж затрясло от того, каким тоном и в каком ключе Фаервуд преподнес свой поступок. Он не раскаивался в содеянном, не жалел об этом и был готов повторить, если такое произойдет вновь! И это стало последней каплей моего терпения!

Я сжал кулаки, напрягся сильнее и уже готов был наброситься на сволочь, даже отклонился чуть назад для удара.

— Господа! — вдруг послышался громкий и знакомый голос Рика Эквуда — моего старого приятеля. — Что здесь происходит? — произнес он недовольным тоном.

Мы с Фаервудом тут же обернулись. Рик стоял чуть поодаль, хмуро наблюдая за нами. Было видно, что пришел он не сию же минуту, а находился здесь какое-то время, а следовательно, мог услышать часть разговора. Это могло быть полезно.

— Объяснитесь, господа, — продолжил Рик настойчиво. — Я встретил леди Гринвуд, на ней лица не было. Она ужасно расстроена, желает покинуть торжество едва явившись, и как мне удалось понять, всему виной некое недоразумение, — он многозначительно посмотрел на Фаервуда.

— Вы правы, граф, — тут же откликнулся Фаервуд, словно отмахиваясь от Эквуда. — Возникло какое-то недоразумение. Я немедленно найду леди, успокою, и мы отправимся к остальным гостям.