Избранная светом - Ольга Грон

— Что ж, мне нравится эта идея, — подытожил он, и я чуть не подпрыгнула.

— А что касается финансовой стороны вопроса, тейн Норбан…

— Финансовые вопросы мы обсудим с уважаемым Лансом Норбаном лично. Это уже не женское дело. Не так ли, тейн Норбан? — настойчиво заявил Роквелл, который нас сопровождал.

— Именно так, — засуетился Норбан.

Они отошли, чтобы поговорить, а я, притихнув, рассматривала зал уже другим взглядом. Мне даже не верилось, что все так замечательно разрешилось.

Конечно, в этом не моя заслуга, больше повлияла репутация высшего лорда итхаров, но грех отказываться от такого заманчивого предложения. Тем более лучшее место и представить сложно. Здесь было все, что нужно: хорошее расположение помещений, удобный подъезд, приятная атмосфера. А главное — можно договориться об угощении для гостей и о последующем банкете, ведь в этом ресторане отличная кухня.

Вот только как объяснить Роквеллу, что его присутствие на выставке совершенно ни к чему? Конечно, в глубине души мне сильно хотелось, чтобы он оценил мои старания. Но ведь тогда Лаки и остальные узнают, что мы общаемся. И это задачка. Надеюсь, Роквелл не станет настаивать на сопровождении.

— Тогда жду вас завтра, обсудим меню и прочие мелочи, — сказал на прощание владелец «Гостории».

— Тея Вилтон обязательно к вам заглянет, — ответил за меня Роквелл и повел под руку, будто мы были парой. От этого я чувствовала себя не очень комфортно. Но, к счастью, нас почти никто и не заметил.

— И где моя благодарность? Я только что решил твою проблему, — напомнил Фланнгал, когда мы вышли из ресторана на улицу, где уже стемнело и зажглись фонари.

Я повернулась к нему, прикусив губу. Конечно, я была благодарна за помощь. Просто не знала, как верно сказать это, чтобы не мнил о себе слишком много.

— Спасибо, что договорился с Норбаном. Этот ресторан — лучшее, что есть в Грэмвилле. Надеюсь, все пройдет успешно, — промолвила я, путаясь в собственных эмоциях. — Норбан так и не сказал, что причитается с нас по деньгам.

— Просто не думай о деньгах.

— Но я не хочу оставаться должна!

— Ты мне и так должна, — усмехнулся Роквелл.

— И что же, интересно? — остановилась я, скрестив руки на груди.

Он склонился, намотав на палец прядь моих волос, и хрипло прошептал:

— Право первой ночи с тобой. Разве ты забыла?

— Мы же договорились, что ты не будешь вспоминать об этом, — смутилась я, пытаясь отвернуться.

Но он не дал мне этого сделать.

— Как же я могу не вспоминать, когда постоянно о тебе думаю? А я не могу не думать о тебе, Лера. Ты сама это прекрасно знаешь. Ради тебя я даже готов помочь твоим приятелям. Ведь ты им обещала, а я не хочу, чтобы ты чувствовала себя некомфортно.

Я резко подняла голову, глядя в наглые зеленые глаза Фланнгала:

— Почему ты со мной возишься? Скажи правду!

— Правда в том, что ты такая единственная, особенная. Я не хочу… тебя потерять. И это так. — Он отпустил меня и отвернулся, рассматривая мостовую, ища взглядом Диверкуса. Будто не хотел показывать мне свои настоящие эмоции.

И я даже сама растерялась.

— Я устала и хочу поехать домой, в смысле в общежитие. Подвезешь? — просто сказала ему, решив не думать обо всем сегодня. Тем более мне нужно было поделиться с Лаки новой информацией и обсудить дальнейшие действия.

— Хорошо, если тебе так хочется, — вздохнул он, и я услышала в голосе сожаление.

Обратно ехали молча, хотя я периодически ловила на себе горящие взгляды. И понимала, что не могу злиться на итхара за прошлое. Я будто отпустила его и смотрела вперед.

Но и будущего не видела. У нас было только настоящее. То, что происходило именно в это мгновение. Это все, что я могла себе позволить.

Тогда почему отказываю себе в небольшой радости познать удовольствие с тем мужчиной, который мне симпатичен, возбуждает воображение и заводит? Ради Лерэйн, которую я не знала лично? Или ради мира, где мне пришлось адаптироваться и выбираться из разных неприятных ситуаций?

Ничего ведь не изменится, если я поддамся на его уговоры, Янтарь останется на месте, а мир не перевернется с ног на голову.

— Увидимся завтра, вечером я пришлю за тобой карету к фонтану, — опомнился Роквелл, когда мы остановились, как и в прошлый раз, на том месте, откуда можно было дойти пешком.

— Но… я буду занята. Наверное, буду занята, — вспомнила я наши планы на вечер, как только вышла из кареты.

Итхар направился за мной:

— И все же я настаиваю на встрече.

— Рок, мне нужно обо всем подумать. Еще раз спасибо, что забрал меня от гадкого Дерента. И за помощь с рестораном спасибо. — Мой голос дрогнул, и я тихо спросила: — Я пойду?

— К энгору все! — Он заключил меня в объятия и поцеловал прямо посреди улицы, зарывшись пальцами в волосы. — Мне плохо без тебя, разве ты сама не видишь? — шептал хрипло, в кратких мгновениях между новыми и новыми страстными поцелуями. — Я хочу, чтобы ты это знала. Чтобы думала только обо мне. Это нужно мне как воздух. Это правда! — повторял он с яростью, пока его руки блуждали по изгибам моего тела.

— Мы стоим посреди улицы, — напомнила я, пытаясь не попасть в сети очарования этого мужчины окончательно.

— Да плевать на всех! Есть только мы. Ты и я. Все остальное совершенно не важно.

— Мы… — повторила я в полузабытьи. — Нет никаких нас! Есть ты. А есть я. И у нас разные желания. — Я заставила итхара опустить руки и отшагнула назад, не сводя взгляда с красивого лица. — Спокойной ночи, Рок. Увидимся послезавтра вечером, а лучше через три дня, чтобы ты немного остыл и решил, что именно для тебя во мне важно.

Я развернулась и бросилась в сторону дорожки, что вела к забору АМИРС, глотая слезы, что внезапно полились от отчаяния. Никому не хотела показывать свою слабость.

Я совсем запуталась и не понимала, что со мной происходит.

Нельзя поддаваться искушению и слушать этого демона, который ради Янтаря скажет что угодно. Но как же хочется, чтобы хоть часть его слов, чертова маленькая часть, оказалась правдой! Возможно, я передумала бы возвращаться, плюнув на собственные принципы и на настоящую Лерэйн. Пусть бы она жила себе в моем теле или где она там находится. А я хочу жить здесь. Или все же не хочу?

— Сорвался… Силы Даргейна, я сорвался, — прошептал севшим голосом, все еще ощущая вкус ее мягких медовых губ на своих губах и не в силах сойти с места. — На что я вообще сделал ставку? Что она меня полюбит? Нереально! Как забрать ее Янтарь?

Я побрел к карете, не видя ничего перед собой и совершенно запутавшись. Кажется, сегодня я перегнул с признаниями. Я имел в виду лишь свою тягу к Янтарю, но вышло, что сам признал зависимость от Леры, к которой никак не удавалось найти верный подход.