Его любимая ведьма - Надежда Соколова

Сказка по лесу идет —

Сказку за руку ведет,

Из реки выходит сказка!

Из трамвая! Из ворот!

Это что за хоровод?

Это сказок хоровод.

Сказка – умница и прелесть,

С нами рядышком живет.

Юнна Мориц. «Песенка о сказке»

Если вы не очень боитесь Кощея

Или Бармалея и Бабу Ягу,

Приходите в гости к нам поскорее,

Там, где зеленый дуб на берегу.

Там гуляет черный котище ученый,

Пьет он молоко и не ловит мышей,

Это настоящий кот говорящий,

А на цепи сидит Горыныч-змей.

Приходите в гости к нам,

Поскорей приходите в гости к нам!

Кот про все расскажет вам,

Потому что он видел все сам.

Юлий Ким. «Приходи, сказка»

Утром неожиданно приехала Юлька. Как всегда одетая с иголочки, она в своем брючном костюме отлично вписывалась в дворцовую роскошную обстановку. Кощей оставил нас вдвоем в одной из гостиных, а сам, задумчивый и хмурый, уехал куда-то. Мы сидели, пили чай, обсуждали все случившееся со мной за последние месяцы.

– Подумаешь, личный артефакт, – небрежно пожала плечами подруга, когда я рассказала ей о наших ночных путешествиях, – твой муж перестраховывается. Эти артефакты наполовину разумные и могут сами выбирать хозяина и появляться перед ним. Да и кто, скажи на милость, стал бы подкидывать в ночной лес драгоценное ожерелье? Не заморачивайся. Это даже хорошо, что у тебя в момент беременности появилась дополнительная охрана.

– Почему? – нахмурилась я, потянувшись за сладким пирожком. – Думаешь, мне кто-то может угрожать?

– Кощей – мужчина видный, – пояснила подруга и положила себе на тарелку кусок пирога, – да к тому же правитель, многие к нему в постель запрыгнуть мечтают, а потом и к алтарю его повести. Знаешь, сколько таких любительниц было? Я сама три венца безбрачия повесила. А ведь он мне не обо всех своих «дамах» рассказывал.

Какие перспективы, блин, открываются. Аж дух захватывает.

– Юль, зачем ты вообще эту встречу устроила? – вздохнула я.

– То есть ты хочешь сказать, что глубоко несчастна, и там, на Земле, прекрасно себя чувствовала? – прищурилась подруга и отставила в сторону фарфоровую чашку, из которой пила чай.

– Не хочу, – отрезала я, осознавая, что не во всем права. – Но это самая натуральная подстава.

– Ты б себя видела. «Подстава», – передразнила Юлька, – ты жила работой и Никой. Какие мужчины? Что вы, у Дашеньки сердце разбито. Никаких серьезных отношений. Только секс изредка, для поддержания здоровья, так сказать. Встретишь в другой раз Финиста – передай ему, что других наследников, кроме Ники, у него никогда не будет. Мое личное проклятие.

Я вздрогнула.

– Юль, так нельзя.

– Можно, – отрезала та, – только так и можно. Этого идиота давно надо было правилам поведения в обществе научить. А то вел себя так, будто принц натуральный. А сам-то? Сын крупного помещика, всего лишь.

– Ты знал, кто он? Тогда, когда я забеременела?

– Конечно, – раздосадованно дернула плечом Юлька, – ну сказала бы я тебе правду. А толку? Ты бы пальцем у виска покрутила и снова в свои переживания ударилась бы. Нет, Дашка, муж тебе был нужен: сильный, богатый, властный, такой, который смог бы твою дурную ведьминскую сущность под контролем удержать.

В коридоре что-то прогремело, и в комнату влетела растрепанная Ника.

– Ма… ой, теть Юль, и вы тут!

– Иди ко мне, бандитка малолетняя, – подруга обняла мою дочь, погладила по голове, – вот скажи, Ник, тебе тут нравится?

– Конечно!

– А домой хочешь?

– В квартиру? – уточнила дочь и сморщила нос. – Не-а. Там скучно. И места мало.

Да уж. Логично. Юлька бросила на меня торжествующий взгляд. Я привычно вздохнула.

Ребенок, забыв, зачем прибегал, снова исчез в коридоре. Юлька встала с дивана.

– Я тебе подарок привезла. Пойдем, посмотришь.

– Подарок? – удивилась я.

– У кого из нас завтра день рождения? – прищурилась подруга.

Я покраснела. С этими приключениями я скоро собственное имя забуду, не то что дату дня рождения.

Подарок стоял конюшне. Милая каурая кобылка посмотрела на меня с подозрением, но погладить разрешила.

– Она смирная, – сообщила подруга, когда мы вышли из стойла, – привыкай, Даша, тебе теперь надо будет жить здесь. И значит, и на лошади ездить придется.

Я только глаза закатила.

– А ты умеешь?

– Естественно, – фыркнула Юлька, – я как-никак местная Баба Яга, мне положен свой транспорт. Не ножками же везде гулять.

Действительно. Наивная я.

Как и ожидалось, поиски доброжелателя, подсунувшего мне ожерелье, ни к чему не привели. Кощей через несколько дней успокоился, к нему вернулось привычное благодушное настроение.

А через месяц у нас состоялась свадьба, на этот раз по российским законам и обычаям.

Необходимость расписаться ранним утром в ЗАГСе заставила всех нас встать ни свет ни заря. Я, в кои-то веки не в ненавистном длинном сарафане, спешно собирала детей, Кощей одевался сам, теперь уже не в кафтан и штаны, а в белоснежную рубашку и черные брюки. Сверху, конечно же, фрак. Как и положено богатому жениху. Но это он, а я сама стремилась поскорей приготовиться к бракосочетанию. Белоснежное платье новобрачной с длинным шлейфом и ажурными перчатками село как раз по моей немного расплывшейся фигуре. Украшения, макияж – все делалось как можно быстрее.

На роспись мы, конечно, успели. Я стояла перед фотографами и гостями с улыбкой до ушей. Моя свадьба. Пусть и после тридцати, но я все же вышла замуж, как и мечтала в далеком босоногом детстве.