Его любимая ведьма - Надежда Соколова

Юля уехала примерно через час, пообещав сообщить моим родителям, что их блудная дочь снова загуляла.

Счастливая Ника от радости и переизбытка энергии готова была разнести дворец, а потому до конца дня Кощей отправил детей на улицу, на задний двор.

– Они будут под куполом, – сообщил муж в ответ на мой взволнованный взгляд. – Защита не позволит им причинить вред себе, а купол – всем остальным.

Я сомневалась в правильности такой идеи, но спорить не стала. Тем не менее дома дети появились живые и невредимые и улеглись спать без задних ног.

– А как же Никина школа? – спросила я Кощея, когда мы ночью лежали в постели.

– Найдем возможность, – последовал ответ. – Юля говорила, что у вас есть домашнее обучение. Привозить Нику два-три раза в год на экзамены не так сложно.

Я только вздохнула, еще раз убедившись в том, что муж мой – тип мутный, мной далеко не полностью изученный.

– Откуда у тебя «мерс»? – задала я очередной вопрос, наслаждаясь присутствием любимого.

Он насмешливо посмотрел на меня, взъерошил мне волосы.

– Не один Финист на Земле часто бывает. В вашем мире я – успешный и влиятельный деловой человек, часто уезжающий в длительные заграничные командировки.

Логично, блин. И не придерешься. Этакий сказочный бизнесмен с говорящим котом…

Утром нас привычно разбудил грохот, затем послышались крики.

– Ты уверен в домашнем обучении? – мрачно буркнула я, зевая с риском вывернуть себе челюсть.

– У тебя есть другое предложение? – хмыкнул чересчур бодрый Кощей, поднимаясь с постели.

На первый этаж мы спустились вдвоем. Сошли с лестницы и остановились, с любопытством наблюдая за раскинувшимся перед нами батальным полотном. Ника с Ваней в буквальном смысле слова оседлали извивавшуюся ужом под ними полную простоволосую девку, судя по видневшейся одежде – из прислуги, рядом с довольным видом умывался Васька, тут же сидела шушиндра. А около входной двери валялась очередная лягушачья шкурка.

– Дети, слезьте с нее, – голос Кощея прозвучал непривычно холодно, и я сразу заподозрила неладное.

Муж весь подобрался, в глазах появился нехороший огонек. Судя по всему, служанке придется несладко.

Ваня с Никой тем временем послушно отошли в сторону. Кощей взмахнул рукой, и служанка, мыча что-то нечленоразборчивое, повисла в воздухе.

– Даша, тебе нельзя сейчас волноваться, – сообщил муж и вместе с летевшим рядом телом вышел на улицу. Шкурка отправилась за ними. Тоже по воздуху.

Я вздохнула. Тиран. Волноваться мне нельзя. А от любопытства изводиться можно?

– Ника, что тут у вас произошло? – требовательно повернулась я к дочери.

– Мамочка, она хотела шкурку вам подбросить! Под дверь, – сообщил боевой ребенок. – Она сама призналась, когда мы ее схватили!

Партизаны-разведчики, блин. Я почему-то вспомнила все части американского «Один дома» и с глубокой грустью осознала, что спокойная жизнь мне больше не светит.

На улице меж тем раздались странные звуки: то ли завывание ветра, то ли чей-то заунывный плач. Несколько секунд – и все стихло. Дверь отворилась, и в дом вошел невозмутимый Кощей. Один.

– Дети, идите к себе, вам скоро принесут завтрак, – велел он и повернулся ко мне, иронически приподняв брови. – Ты будешь завтракать в ночной рубашке.

У меня зачесались руки. На ладонях вспыхнули искры.

– Расскажу, но после завтрака, – ответил на не заданный вопрос муж и направился к лестнице.

Я искренне пожелала ему попутного ветра в спину, но все же двинулась следом. Действительно, ночнушка – не самая нарядная одежда в моем гардеробе.

Очередной сарафан вместо удобных штанов, и вот уже мы с Кощеем на пару уминаем блинчики с икрой и гречневую кашу, щедро сдобренную сливочным маслом.

– И кто она? – допив из кружки квас, я выжидательно уставилась на мужа.

– Очередная дура, возомнившая себя будущей супругой правителя Лукоморья, – равнодушно пожал плечами Кощей.

– То есть она хотела меня сжить со свету, а за тебя выйти замуж, правильно?

– Именно.

– И что ты с ней сделал?

– Даша… – Кощей почему-то замялся: явно не хотел отвечать на заданный вопрос.

– Что? – я стала старательно вспоминать американские ужастики. – Ты ее обезглавил, расчленил, развеял по ветру…

Воображением муж не страдал, а потому следующие несколько секунд я старательно стучала ему по спине: маленький кусочек блинчика оказался коварным и застрял прямо в горле.

– Фантазия у тебя, – пробормотал Кощей, откашлявшись. Живая слишком. – Нет, просто в качестве наказания отправил её домой с венцом безбрачия. Теперь никто и никогда не захочет взять ее в жены.

– И всё? – изумилась я. – Она проживет без мужа? И в чем изощренность наказания?

– Ты не понимаешь, – качнул головой Кощей. – Это позор для женщины – остаться старой девой до скончания века. Она обязана выйти замуж, родить детей…

– Опять этот ваш мужской шовинизм, – поморщилась я. – Обязана выйти замуж. Вы, мужики, нас за людей не считаете. Вы нашего мнения спросили? А может, мы не хотим за вас замуж?!

– Ты что так разошлась? – удивился Кощей. – Тебе это точно не грозит. Ты заму…

Купол он успел поставить – сказалась привычка мгновенно действовать в экстремальной ситуации, поэтому оставшиеся блины, к огромному моему сожалению, оказались на полу.

– Тебе еще к врачу ехать, и на работу – увольняться, – ехидно скалясь, сообщил муж, не спеша убирать защиту.

Я уселась на стул рядом и демонстративно сложила руки на груди.

– Да не вопрос. Так и поеду. Пусть народ видит, что ты любимую жену в черном теле держишь и ничего, кроме надоевших сарафанов, носить не позволяешь.

Выехали мы через час, втроем. Нику пришлось взять с собой. Я подозревала, что мне придется писать заявление о переводе ребенка на домашнее обучение. Дочь сияла от счастья. Как же, сказка снова ворвалась в ее жизнь.