Последний жрец богини Лу. Том III - Александр Якубович

— Энжи, мне кажется… — начал Илий, не до конца понимая, что за странные команды отдает бард.

— ЖИВО!!!

Голос Энжи изменился, стал многомерным, как будто говорила сразу сотня разных голосов в унисон, а в глазах певицы вспыхнул голубой огонь.

«Я уже видел такое», — подумал я, изо всех сил стараясь оставаться в сознании. Получалось откровенно плохо.

Мои спутники подчинились воле резко изменившейся артистки и втроем, подхватив меня под руки и за ноги, вытащили сначала во двор, а потом заволокли в часовню с алтарями семерым.

Энжи скомандовала положить меня возле самого входа — у алтаря ее покровительницы, богини Калиты, после чего, отбросив тряпки с моей груди, одну руку положила на отшлифованный камень, а второй — накрыла рану.

— Ну же! Давай!!!

«Она маг?»

Голос Энжи все еще звенел сотнями тонов, а глаза опять заполыхали магическим огнем, но кровотечение не останавливалось.

В ярости убрав руки, Энжи посмотрела куда-то вглубь часовни, туда, где стояли алтари Первородных.

— ГЕОРА!

Голос певицы окончательно перестал походить на человеческий, а от ее крика, казалось, затряслась сама земля. Меня оглушило, а Илий и Орвист вообще отключились, осев безвольными мешками рядом с нами.

— ГЕОРА!

«Так вот кто ты такая, прекрасная певица Энжи. Веселая Энжи. Любопытная Энжи. Бард, с которым меня постоянно сводила судьба».

Да, именно Бард. Калита. Седьмая пантеона, которая, согласно легендам, постоянно путешествуя по миру живых. Спасает путников, играет для пьяниц. Обворожительная и озорная, тысячеликая Калита весь последний год слонялась рядом со мной.

Думать было тяжело. Поле зрения сузилось, превратившись в узкий тоннель, в конце которого сверкали зелено-голубые глаза Барда.

— ГЕОРА!!! — в третий раз повторила свой зов богиня.

Стены маленького святилища пошли трещинами от мощи, исходившей от Калиты-Энжи. Ее собственный алтарный камень ходил ходуном от столь близкого присутствия хозяйки, а алтари прочих богов завибрировали.

Наконец-то Матерь откликнулась на зов Седьмой и ее чуть подернутая светящейся дымкой фигура появилась перед центральным алтарем. Следом за Матерью в святилище материализовались и другие Старшие: явился Воин Пал, Кузнец Сидир и Мудрец Соф. Жнец и Купец, по всей видимости, решили воздержаться.

— Что я тебе говорила о вмешательстве в его дела, девчонка? Зачем ты вообще призвала меня?

Голос Матери так же звенел тысячью тонов, что и зов Калиты, впрочем, постепенно стихая и становясь более… Нормальным? Человеческим?

— Твое проклятое заклинание! Оно закрыло его! Я не могу его исцелить!

— А ты думаешь, это необходимо?

Глаза Барда вспыхнули гневом. По всей видимости, я стал свидетелем очередного раунда давно продолжавшегося между Калитой и Георой спора. Спора о чем? О судьбе простого бухгалтера-иномирца? Что тут за дурдом вообще происходит?

Пока Бард и Матерь вели зрительную дуэль, на моей левой щеке появился еще один порез. Кто-то прямо сейчас пускал Лу на ремни, убивая и ее, и меня. Я сжал зубы, стараясь не застонать, и у меня это почти получилось.

— Они связаны, пока договор в силе, Калита! И мое слово нерушимо, я не могу снять заклинание, даже если бы захотела!

— Геора, у тебя всегда есть лазейка на такой случай! — голос Калиты сочился ядовитым сарказмом.

Матерь слишком по-человечески закатила глаза и вскинула правую руку, направив ладонь в мою сторону. Полыхнуло белым светом, который что-то мне напомнил, но я так и не вспомнил, что именно. После этого я почувствовал, как мои раны затягиваются, но лишь для того, чтобы через секунду на руке и ноге появились новые ожоги.

Это было каленое железо. Меня так пытали. Так теперь пытают и Лу.

— Матерь!

Голос Барда опять начал меняться, теряя все человеческое.

— Геора, мы же можем дать юноше отсрочку, — вмешался Соф, — не тебе одной решать его судьбу. Мы все вложили свои силы в этот договор, пусть печать наложила ты лично.

Мудрец сейчас выглядел совсем не так, как его описывали. Обычно он представлялся в образе старца, но сейчас у алтаря Шестого стоял молодой мужчина в аккуратном камзоле и с собранными в высокий хвост темными волосами.

Боги переглянулись, и стали что-то обсуждать между собой, я это почувствовал по звенящему в воздухе напряжению сил. Казалось, будто я очутился в эпицентре магической бури, и сейчас стоило радоваться тому, что приходилось все это время пить подавляющие магию разума отвары. Не знаю, выжил бы я в этой часовне, если бы мои силы были доступны. Думаю, что нет. Это их молчаливое совещание стало напрягать, так что, подсобрав силы, я решил вмешаться. А почему нет? Это не мои боги, я вообще не из этого мира.

— А я вообще просил меня спасать и давать отсрочку? — просипел я.

Калита уже давно отпустила мою грудь и посадила спиной к собственному алтарю, так что у меня были лучшие места на этот спектакль — в первом ряду и с относительным комфортом. На меня уставилось пять пар удивленных глаз. Ага, проняло, богов-то.

— Что ты сказал, мальчишка? — голос Георы звенел.

— Я сказал, Матерь, — выплюнул я сквозь зубы, — что я вас ни о чем не просил. Ни о переносе сюда, ни о спасении, ни о рыжей няньке, — я кивнул на стоящую сейчас посреди часовни Калиту.

Первым нарушил повисшую тишину Пал. Бог Солнца и покровитель воинов смеялся, почти хохотал.

— Соф, а ты уверен, что он из твоих? — насмешливо спросил Первородный у Мудреца, — что-то слишком зубастый для ученого-счетовода.

В это время Сидир рассматривал меня, как диковинную зверюшку, Геора прожигала взглядом дыру, а Калита… Мне удалось смутить озорную богиню? Определенно, это было одно из величайших моих достижений, как минимум, этого вечера.

— Хочешь умереть, счетовод? — презрительно спросила Матерь, всем видом показывая, какое одолжение делает сейчас мне, простому смертному.

Я покряхтел, пытаясь поудобнее устроиться у алтаря Барда и при этом выиграть немного времени на раздумья. Начался торг, а это я умею. Зря Керм не пришел, он бы оценил.

— Я хочу знать, какого ляда ко мне приставили Калиту, если я здесь лишь из-за вашего договора с маленькой забытой всеми богиней второго круга. И почему вам так нужно, чтобы я остался жив. Боги не делают ничего просто так.

Я переводил взгляд с одного божества на другое. Да! Я попал прямо в точку! Тут что-то было. Что-то важное, что-то, из-за чего Калите пришлось таскаться за мной по всей Клерии почти год и разыгрывать из себя дурочку.

— Я простой смертный из другого мира. Все мои магические силы — заемные, от Лу. Так что нужно богам от смертного? Чего боги не могут сделать или понять? Мои знания? Мои умения? Какие? — сейчас я, не моргая, смотрел прямо на Геору.