От плоти и крови - Нора Робертс

– Возможно, если бы ты не ждал от меня абсолютной памяти и не стоял над душой, я бы не совершила этой ошибки, – проворчала Фэллон.

– Не исключаю, что я действительно ошибся, сочтя твои знания в области свойств и способов использования растений, масел и порошков достаточными. Хорошо, тогда займи свое место и начнем с самого начала.

– Я прекрасно знаю все эти дурацкие свойства, понятно? – Голос ученицы слегка дрожал, отчего комментарий утратил большую часть язвительности. – Просто взяла не ту бутылочку. Кроме того, такие опасные ингредиенты, как белладонна и наперстянка, должны стоять отдельно, а не вместе с безобидными травами, пусть и в алфавитном порядке.

– Справедливое замечание, – кивнул Маллик. – Вот и займись реорганизацией полок.

– Да тут сотни склянок! Это же займет половину дня.

– Тогда следует приступить как можно скорее. Это задание поможет успокоиться и собраться с мыслями.

– Я не хочу весь день провести в этой душной тесной комнате, выполняя работу, которую ты сам должен был сделать давным-давно. Я хочу на свежий воздух. И вообще, плохо себя чувствую.

Маллик подумал, что ученица явно говорит искренне. Застывшая в ее глазах печаль и блеск близких слез сильно его беспокоили. Почему именно он, мужчина, никогда не имевший дела с детьми, тем более женского пола, стал наставником девочки?

Ведь она, несмотря всю ее силу, все еще была ребенком.

Ребенком женского пола. И об этом не следовало забывать.

– У тебя… хм… уже начались менструации? – неловко откашлявшись, спросил Маллик.

– Что? – Сначала Фэллон не поняла причин подобного интереса, но уже спустя мгновение печаль в ее глазах сменилась отвращением, а затем презрением. – Боже! – Она крутанулась на месте, непроизвольно зажигая свечи в комнате, и нетерпеливо дернула себя за волосы. – Мама была права! Как только женщина расстраивается или начинает злиться, мужчины тут же считают, что во всем виноваты месячные. Некоторые даже тупы настолько, что говорят об этом вслух!

– Я… не понимаю.

– Пока мужчины не начнут каждый месяц истекать кровью и мучиться от ужасной боли, им лучше помалкивать о своих умозаключениях.

– Договорились.

– Я просто устала. – Фэллон опустила руки, снова их подняла и потерла глаза. – Очень устала. Не могу как следует выспаться.

– Ты изготовила прекрасный оберег, который отгоняет дурные сны. Используй его. А я помогу переставить на полках ингредиенты, потому что замечание насчет отдельного хранения опасных веществ было правильным. После этого мы вместе сделаем сонное зелье. Свежее, специально для тебя. И потом можешь прокатиться на лошади, подышать свежим воздухом.

Маллик осекся, заметив, что ее глаза, серые и лучистые глаза, вдруг стали пустыми, а грусть превратилась в настоящее отчаяние.

Он понял, что дело было не только в бессонной ночи. И упрекнул себя, бестолкового дурака, что ошибся в оценке чувств Фэллон, как она сама ошиблась в заклинании.

– Ты тоскуешь по родным, и я не в состоянии их заменить, – медленно произнес Маллик. – Не в состоянии дать ни утешения матери, ни поддержки отца. Но разве ты не достаточно доверяешь мне, чтобы поведать о своих тревогах?

– Это все из-за снов.

– Снов или видений? – Увидев, что глаза Фэллон снова вспыхнули, он поднял руку. Да, он действительно дурак и бездарный наставник. – Пока неважно. Пожалуйста, присядь. Сядь, – уже более настойчиво повторил Маллик. – Я сделаю тебе чай.

– Я не хочу…

– Чтобы успокоиться, – заверил он, выбирая травы из пучков. – И сам выпью. Пойми, я учу тебя, наставляю и защищаю. Но почти совсем ничего не знаю о девочках и их потребностях сверх насущного. Пожалуйста, прояви терпение и позволь мне набраться опыта. Так ты говоришь, все из-за снов?

– Я… распаковала вещи. Повесила на окно колокольчик Колина и поставила в вазу цветок Итана. Достала семейную фотографию, которую сделали для меня родители. Теперь комната выглядит уютнее и стала по-настоящему моей. – Она потерла глаза. Маллик с некоторым облегчением отметил, что жест вызван усталостью, а не слезами. – Кроме того, я подружилась с Таише, и это было… просто невероятно. Встретила Мика. Хоть он и придурок, но… – Фэллон пожала плечами. – Затем ты дал задание выследить волка в золотом ошейнике. Классное, необычное испытание. У меня есть Грейс, а еще Таише и безбашенный Мик. Может, я действительно могу всему научиться? Как при строительстве улья: шаг за шагом, секция за секцией. – Она помолчала и добавила: – Я почувствовала себя счастливой.

– А потом тебя посетили сны, – кивнул Маллик, ставя чашки с чаем на стол и садясь напротив ученицы. – Расскажешь, о чем они были?

– Сначала я увидела одно место. Это так глупо.

– Место глупое? – переспросил он.

– Нет, не бери в голову. В общем, я никогда там не бывала. Эта поляна – самая дальняя от фермы точка, которую я видела. И все же тот каменный круг на пустом поле, со всех сторон окруженном лесом, казался мне знакомым. Затем из густого тумана появился темноволосый мужчина. Мы с ним никогда раньше не встречались, это точно, но я почувствовала… что-то. На поясе у него висел меч, а глаза были зелеными. Темно-зелеными, как листва в землях фей.

– Земли фей?

– Так я называю заводь, где нашла Таише, – пояснила Фэллон, слегка покраснев, и поднесла чашку к губам, чтобы скрыть смущение. – Цвет глаз удалось разглядеть потому, что незнакомец не казался сном, как обычно бывает, а будто смотрел прямо на меня через окно или зеркало. И обращался ко мне.

– Что он сказал?

– Назвал мое имя и сообщил, что круг был одной из семи завес и пролитая там кровь богов – наших с ним общих предков – была отравлена и уничтожила магический барьер, послужив началом всеобщего заражения. После этого мужчина вытащил из ножен меч и вскинул его к небу. Ударила молния, и оружие окуталось пламенем. Белым пламенем. Затем незнакомец спросил, приму ли я свое предназначение, щит и меч. Исполню ли пророчество и… как там? Явлю ли себя миру? И велел выбирать. – Девочка помедлила, но призналась: – Не могу точно сказать, видение это было или сон.

– Вероятно, и то и другое.

– У мамы тоже бывают видения, а я иногда… просто знаю некоторые вещи. Например, где прячутся братья. Просто возникают образы в голове. Не всегда, правда, только изредка. Один раз на ферму заехал мужчина со шрамами на лице и руках. Когда я посмотрела на него, то тут же перед глазами вспыхнула картина, как он, охваченный огнем, бежал от Мародеров, а потом упал, и они оставили его умирать.

– И тебя это испугало, – заключил Маллик. Фэллон молча кивнула и отпила чай. – Ты сказала, что круг камней был в первом сновидении. Значит, были и другие?

– Да, еще одно. Гораздо длиннее. Сначала все расплывалось, словно находилось за мутным стеклом, а голоса звучали издалека, так что удавалось расслышать только обрывки фраз. Место было уже другим. Похожим на то, через которое мы проезжали по пути сюда: с большими домами, стоящими вплотную друг к другу.