Дом, который построил Джек - Анна Мария Роу

От тебя защита…

Оскар вернулся в спальню немного позже, его «невеста» уже крепко спала. Только почему-то забыла закрыть окно. В комнате было не просто свежо, а холодно, а под подоконником натекла огромная лужа.

Мужчина вздохнул и закрыл окно. Мог бы и магией, но тогда пара сообщников рисковала всю ночь спать без стекол. Затем снял сюртук, мельком глянул на девушку. Та обняла подушку и растянулась по диагонали кровати, вот никак рядом не прилечь. Только если растормошить спящую красавицу. Или обнять покрепче и …

На больше, чем «и» сил не было, а вот совесть и моральные принципы присутствовали.

Так что придется опять устраиваться на кушетке. Только сначала Оскар поправит одеяло, а то ведь ей же холодно, наверное. И рукой по волосам проведет, а то ведь неудобно, когда такая волна золота по всем подушкам рассыпана. И чуть заденет бархатную кожу щеки, но это ведь совершенно случайно.

Все-таки нужно было настоять и отправить их двоих обратно в Люнденвик. Или хотя бы ее, раз упрямая некромантка отказывается наотрез.

А лучше бы эту золотоволосую девушку не просто в столицу отвезти, а куда-нибудь подальше. Где все еще стоят башни, очень подходящие для заточения юных дев от всяких опасностей.

Но стараниями этих же самых дев таких башен становится все меньше и меньше. И, как говорит Миранда, хорошая тенденция, однако.

Криста заворчала и пробормотала во сне.

— Соберу ветер, соберу дождь, я стою, а ты мимо пройдешь…

Маг со вздохом отошел от кровати. Странная все-таки у него помощница.

А на дне чемодана лежала фотокарточка миссис Амели Хадсон. Когда-то она казалась барону леди неземной красоты и занимала все его мысли и чувства. А теперь он о ней и вспомнил-то пару раз. И мысли эти были… Просто были. И не несли с собой ни надежды, ни боли.

Утро началось… Бодро.

С солнечным светом, щебетом птиц из открытого окна и свежим ветром. Чистым воздухом и запахом зелени. Перед самым рассветом опять пошел ливень, надежно уничтожив все следы в саду.

Если они были.

— Поторопитесь, Криста, — Оскар был уже одет, свежевыбрит и готов к действиям. — Вам еще нужно позавтракать. Вы не забыли? Нам нужно переговорить со всеми, кто сейчас проживает в этом доме.

Вчера все разошлись довольно позно. Люди, которых отправили обыскивать сад, никого не нашли. И, кажется, барон Эрттон не был этим удивлен.

— А не рано? — девушка потянулась, забыв, что на нее пристально смотрит мужчина. А потом и не до него было. Боль.

Пронзила молнией от макушки до пяток.

Напомнила о себе. И снова затаилась.

— Что-то не так? — Эрттон нахмурился. В ответ услышал лишь сопение. — Вам… тебе помочь? Я не очень силен в целительстве, но…

Вот какой цвет магии организм Кристабель не принимал от слова совсем, так это зеленый.

— Нет, — просипела она. — Просто нога… затекла.

Оскар сделал вид, что ей поверил. Отвернулся.

А когда Криста попыталась встать, то протянул ей хорошо знакомый пузырек и стакан с водой.

— У вас кончается лекарство, — проговорил он. — Давайте я закажу, чтобы вам привезли из ближайшего города.

— Не стоит беспокоиться…

— Вы не умеете принимать помощь, — хотел сказать маг, но промолчал. У этой девушки какое-то больное чувство гордости. Еще и обидеться может.

Леди помогала одеваться та самая девушка, которая встретилась им на прогулке в саду. Пока горничная шнуровала корсет, Оскар задумчиво спросил:

— Не понимаю, зачем леди надевать на себя эти орудия пыток? Криста, не отвечай, я бы хотел услышать мнение другой женщины. К примеру, ваше, Марта. Вас ведь Марта зовут?

— Марта Смит, милорд, — скромно произнесла служанка.

Обычное имя. Обычная фамилия. Тут многие то Смит, то Джонс, то Вильямс. Их однофамильцев в любой деревне с десяток на дюжину.

— Так вот, Марта, — Оскар сидел в кресле и усердно рассматривал чисто умытый сад через распахнутое окно. Смотреть-то ему хотелось за ширму, но воспитание… — Что ты думаешь о корсетах, Марта?

— Они делают женщину красивой…

— А разве без него женщина не может быть красивой? — Криста поморщилась. Ни с красотой, ни с грацией корсет у нее не ассоциировался. Вот с болью и страданиями, невозможностью вздохнуть полной грудью и съесть лишнее пирожное — запросто.

— Без него женщина не может быть леди, — выпалила вдруг вечно спокойная горничная.

— А ты хочешь стать леди? — вкрадчиво мурлыкнул маг.

Тон его голоса Кристе не понравился. Она чуть нахмурила брови, а этот наглец словно уловил ее недовольство и продолжил ворковать.

— Одеваться в красивую одежду, изысканная еда, балы и никакой работы!

Тут уж Марта и Криста фыркнули одновременно.

— Так скучно это, милорд, — и на миг служанка стала старше. Словно и не двадцать ей лет, а в два раза больше. — И не стать горничной госпожой. Кто ж в сказки верит-то?!

— Кто-то верит…

— Ну есть такие не шибко умные господа, — согласилась Марта и вдруг продолжила, резко дернув шнуровку корсета так, что у Кристы воздух в легких на мгновение пропал. — Это же нереально. А вот подкопить деньжат да купить домик на побережье. Ну ил там таверну открыть или че. Так почему бы и нет?

— Так для этого нужно найти хорошее место. И служить на нем не год и не два, — Оскар постукивал пальцами по набалдашнику трости. — А тут у вас, как я понял, все временные. Кухарка вот, садовник…

— Ну у каждого свои причины. Вот мы с Джоном, лакей это, он вам за столом прислуживает, да вы наверное, на таких и внимания не обращаете. Так вот мы с Джоном уже несколько лет в одних домах работаем. Куда он, туда и я. Куда я, туда и он.

Криста с трудом, но вспомнила мужчину среднего возраста с презентабельными бакенбардами. Но чем он отличался от десятка таких же слуг, сказать бы не смогла.

— Вы, наверное, очень близки с Джоном, — продолжил Оскар. — И, я предположу, что он вас очень ревнует.

Марта ойкнула и на минуту прекратила шнуровать корсет. Но сделала вид, что уже закончила, метнулась в сторону и принесла турнюр и ворох юбок.

— Скоро уже закончим, леди.

— И вы бы поменяли лекаря, Марта, — голос мага прямо таки сочился медовым участием. — Синяки лучше лечить, чем замазывать пудрой и кремом.

— Не ваше дело, милорд, — окрысилась горничная. А потом вдруг опять стала ласковой и покладистой. Залебезила. — Только не говорите леди Элизабет, что мы … того… вместе. Жених он мне. А тут нельзя ни семейной паре работать, ни помолвленным. А он жуть как меня любит.

— Любит, но…