Чулан Синей Бороды - Кир Булычев

– Говорите.

– Вы намерены опускаться возле детского садика?

– Разумеется, – ответила Алиса.

– Тогда, пожалуйста, не шумите и не говорите громко. Дети уже спят и могут испугаться.

– Мы обещаем, обещаем! – закричал попугай. – Я за ними буду следить! Я очень люблю маленьких детей!

– Это кто такой? Кто говорит? Кто так громко кричит?

– Это всего-навсего птичка! – Алиса постаралась успокоить перепугавшееся справочное бюро. – Просто у нее громкий голос, потому что птичка провела молодость на пиратских кораблях.

– Ах, какой ужас! – прошептало справочное бюро и отключилось.

– Ну вот, – вздохнула Алиса. – Ты совершенно невоспитанная птица!

– А ты чего от меня хотела? – удивился попугай. – Я же в гимназиях не обучался. Мы – пэтэушники.

– Кто?

– Птички тихие и умные. ПТУ.

– Снижаемся, – сказала Алиса. – И попрошу не шуметь.

– Есть не шуметь! – отозвался пират Сильвер.

– Есть шуметь поменьше, – сказал попугай.

Грозно шумел лес на горушке, по речке неслась рябь, плескала рыба, редко, но грозно квакали лягушки и урчали жабы.

Флаеры опустились на берегу озера.

На минуту из-за облаков показалась луна и высветила дорожку на воде. Озеро было невелико, оно упиралось в дремучий лес.

Но с этой стороны вдоль озера тянулся причал, возле которого под ветром покачивались лодочки, а выше по берегу в ряд стояли домики.

– Где крестик? – спросила Алиса.

Грузик посветил фонариком, а Алиса заглянула в шляпу Наполеона.

– Все ясно, – сказала Алиса.

– Все ясно, – подтвердил Сильвер.

Оба показали на точку в озере недалеко от берега.

– Надо нырять, – сказал Алиса. – Хорошо, что льда нет.

Она посмотрела на Сильвера.

Пират посмотрел на Алису, потом на озеро, а потом спросил:

– Здесь глубоко, да?

Голос у знаменитого пирата был хриплым и несмелым.

– Уж, наверное, глубоко, – сказала Алиса. – А то бы сокровища давно нашли.

– Недаром озеро зовется Глубоким, – вмешался попугай. – Я бы сам нырнул, да перья не позволяют.

Пират поежился и сказал:

– Прости, Алиса, но я родился в такие древние времена, когда никто не учил детей плавать.

– Но ведь ты был пиратом!

– У нас на корабле шлюпки были, – сказал Сильвер. – А у меня еще и деревянная нога. Я три раза спасался после кораблекрушения. Возьмусь за свою деревянную ногу и плыву себе по воле волн.

– Ладно, – не стала спорить Алиса. – Давай я сама нырну.

– Правильно, – обрадовался Сильвер, – если умеешь плавать, тебе ничего не страшно.

– Но она может простудиться, – сказал компьютер голосом Грузика. Он ведь следил за тем, что происходило на берегу озера.

Алиса подошла к берегу, разулась и потрогала воду кончиками пальцев.

– Не страшно, – сказала она. – Вода прохладная, но не холодная. Я и в более холодной купалась.

– И все же не исключена опасность простуды, – сказал компьютер противным голосом.

– А сам ты не простудишься? – спросила Алиса.

– Я не ржавею, – сказал Грузик.

– Компьютер, – спросила Алиса, – твои датчики установлены на тележке?

– Я все вижу, что видит тележка, и даже больше.

– Тогда пошли! – скомандовала Алиса.

Она первой вошла в воду. И сразу поскользнулась и ухнула в глубину – так резко вниз шел берег.

Алиса проплыла несколько метров под водой, вынырнула и поплыла дальше.

Рядом забурлила вода. Показался кончик металлического щупальца тележки.

– Нахожусь на дне, – сообщил кончик щупальца. – Через два метра центр крестика.

– Он может быть поставлен не точно на месте клада, – сказала Алиса. – А приблизительно.

– Не маленький, – обиделся компьютер, – кое-что понимаю.

Алиса снова нырнула, но под водой почти ничего не смогла увидеть.

К тому же вода замутилась.

Когда Алиса вынырнула, чтобы вдохнуть воздуха, сверху спустился попугай. В клюве он держал маленький фонарик.

– Спасибо, – сказала Алиса и снова нырнула.

На этот раз она увидела, что Грузик бредет по дну озера, погрузившись в тину.

Алиса проплыла еще немного вперед. Там поднимались какие-то бугры.

Она направила на них луч фонарика – рыбки кинулись врассыпную.

– Включаю локаторы! – сказал компьютер, и его голос был слышен в воде.

Робот-тележка послушно подобрался к холмикам и начал разгребать тину.

– Вижу ящики, – сказал компьютер, – сундуки, коробки, бочки, шкатулки и прочие хранилища вещей. Вернее всего, предположение о том, что это сокровища, которые французы вывезли из Москвы, но зимой в лютые морозы кинули в озеро, оказалось правильным.

Алиса вынырнула и спросила:

– Компьютер, ты можешь определить, что лежит в ящиках?

– К сожалению, не сразу. Мне удобнее вытащить их на берег. Кстати, их все равно придется вытаскивать, иначе нас никто не поймет.

Алиса согласилась с компьютером и вернулась на берег, а робот Грузик занялся работой.

Он забирался в тину, хватал щупальцами ящик или сундук и тащил его на берег. А там уж пират Сильвер, попугай и Алиса осматривали ящик и заглядывали в него.

Разумеется, по всем правилам археологии так делать нельзя.

Потому что подводные и подземные сокровища вынимают специальными машинами, чтобы чего-нибудь не повредить, потом сушат, моют, наклеивают на них этикетки, реставрируют, ремонтируют и отправляют в музей.

Но в компании, залезшей ночью в озеро Глубокое рядом с горушкой Зверушка, главной была девочка Алиса, которая думала только об одном – как ей отыскать золото или драгоценности, чтобы купить на древнем рынке в городе Сиракузы великого философа Платона, имевшего неосторожность уговорить местного тирана переделать свое государство из несправедливого в справедливое. Вот его и продают в рабство. И помочь ему сможет только Алиса.

– Где здесь драгоценности? – спросила Алиса.

Грузик все еще трудился, вытаскивая из озера ящики и бочки. Сильвер пытался их открыть, а компьютер, который все видел, шумел, что археологи не имеют права вскрывать гробницу Тутанхамона, пока им не разрешат.

– Эхма! – воскликнул Сильвер, достав свой клинок, подцепил им крышку одного из ящиков и рванул.