Год колючей проволоки - Александр Афанасьев

Патрульный вертолет, принадлежащий таможенному управлению США, со скоростью примерно сорок миль в час шел над дельтой реки Рио-Гранде между городами Пьедрас Неграс и Нуэво Ларедо. Места здесь, что до стены, что после ее постройки, оставались опасными: заросли подступали к самой стене, а датчики здесь было ставить бесполезно — не пустыня. Поэтому полагались на патрулирование беспилотниками и такими вот вертолетными группами поиска и задержания, сочетание пилотируемого и беспилотного компонента было особенно эффективным.

Вертолет этот был обычным вертолетом UH-60 Black Hawk, раньше принадлежавшим Национальной гвардии, но потом выкупленным Таможенным управлением США. Экипаж вертолета состоял из пяти человек: первый пилот, второй пилот и он же штурман, наблюдатель, располагающий специальным прибором наблюдения, опробованным в Ираке, и двумя стрелками. Стрелки эти располагались по правому борту вертолета — прямо к полу были прикреплены стрелковые маты, у кромки пола десантного отсека были приделаны кронштейны для крепления оружия. Стрелки-снайперы располагали полуавтоматической снайперской винтовкой FN SCAR SSP Mk 20 и гражданской винтовкой пятидесятого калибра Barrett M82A3. Винтовка FN была снабжена самым длинным и тяжелым стволом, какой только можно поставить на эту систему, отлаженным спусковым механизмом и оптическим прицелом Leupold от снайперской винтовки «М24». На одной из винтовок — на Barrett — стоял впереди оптического еще и термооптический прицел-насадка, отлично позволяющий видеть скрывающихся в зарослях даже днем. Наблюдатель наводил на цели, снайперы — стреляли. На всякий случай, справа, на месте пулеметчика, стоял еще «М134» «Миниган», первоначально его не было, но после того, как в прошлом году огнем из крупнокалиберного пулемета сбили вертолет — его поставили. Пулеметчика в составе патруля не было, за пулемет при необходимости вставал либо один из снайперов, либо наблюдатель, но за все время работы воздушного патруля в таком составе необходимость не возникала ни разу.

Одним из снайперов был Ричард Крауч, петти-офицер, бывший снайпер штабной роты второго батальона триста двадцать пятого десантного полка, одного из тех, что первыми входили в Ирак. Он служил там до пятого года, довел личный счет до сорока семи и был тяжело ранен в пятом году в окрестностях Тикрита, когда батальонный конвой попал в засаду на дороге. Это был проклятый «треугольник», место, где их ненавидели все: от глубокого старика и до последнего пацана — а они, когда под ногами не путались проклятые репортеры, — не упускали возможности нанести ответный удар. Все сорок семь человек, которых он убил, — всех он убил совершенно заслуженно и не жалел об этом: в войсках были запрещены «санкционированные отстрелы»[24]— и все эти сорок семь человек были убиты им в бою, когда не только он стрелял, но и они стреляли. Потеряв в засаде тридцать процентов здоровья, он был поставлен перед выбором: либо продолжить службу в небоевых частях, либо уйти из армии вообще. Взяв страховку, он ушел из армии, пытался организовать стрелковый клуб, но не получилось, потом его взяли в таможню, у которой уже тогда были проблемы. Несколько снайперов и стрелков, пришедших в таможню из Ирака, помогли организовать воздушные дозоры над границей, примерно так же, как они были организованы в Ираке: беспилотные аппараты, контролирующие местность и сменяющие друг друга, и даже дозаправляющиеся в воздухе вертолеты со снайперами и небольшой досмотровой группой. Полет от точки до точки занимал примерно полтора часа, сейчас шла где-то пятидесятая минута полета.

Наблюдателем сегодня был Рассел Брокман, техник-сержант, тоже военный, но он пришел в таможню из ВВС, почему — не рассказывал. Просто сказал, что все надоело.

В распоряжении Рассела Брокмана был не телескопический прибор наблюдения, как это обычно бывало в Ираке, — а целый наблюдательный комплекс. В носу вертолета были установлены специальная система наблюдения и радар, все это позволяло сканировать и картографировать местность перед вертолетом в реальном режиме времени и в нескольких режимах, все подозрительное — люди, костры, автомобили — немедленно замечалось не одним датчиком, так другим. Рассел Брокман сидел слева, там, где должен был сидеть пулеметчик, но вместо пулемета перед ним была стойка, на стойке был укреплен комплекс связи и терминал, по которому наблюдатель мог получать картинку с любого из беспилотных летательных аппаратов, находящихся над границей, — обмен информацией шел через спутник. Обычно, он выводил на терминал сразу две картинки — одна с прицельной системы вертолета, вторая — с находящегося впереди них беспилотника, за другими беспилотниками он не смотрел. Мог бы — а смысл, все равно это не его зона ответственности.

Сейчас Брокман, как опытный наблюдатель, смотревший за изображением на мониторе лишь краем глаза, заметил на картинке, шедшей с беспилотника, что-то неладное. Какой-то дым, несильный, но все же дым. Нахмурившись, техник-сержант Брокман вывел картинку на полный размер экрана, несколькими клавишами на клавиатуре заставил аппарат дать картинку в режиме тепловизора — и понял, что перед ним источник тепла, интенсивностью примерно соответствующий небольшому костру, даже меньше, но форма у этого источника тепла была очень уж странная. Заподозрив неладное, техник-сержант перевел аппарат в режим обычного наблюдения и перешел на другую камеру — на «Предаторе» было две камеры: одна обеспечивала обзор широким фронтом, другая отвечала за осмотр узкого участка, но с большим разрешением. Выбрав вторую камеру, он быстро нашел подозрительный источник тепла, навел на него камеру, увеличил изображение и…

— Твою мать! — выругался он.

— Ты что-то нашел, Рас? — немедленно спросил его Ральф Такер, офицер национальной гвардии и первый пилот воздушного патруля-три.

— Проклятое чертово дерьмо!

— Что там?

Вместо ответа наблюдатель переключился с внутренней сети вертолета на внешнюю, начал вызывать таможенное управление.

— Черный Бык, я — Воздушный Патруль-три, прошу срочной связи!

Связь, конечно же, была великолепная — это тебе не Ирак и тем более не Афганистан.

— Воздушный Патруль-три, это Черный Бык, вижу тебя, как дела, Рас?

На связи была дама по имени Синтия, она сидела в зале управления, и немало пилотов безрезультатно подбивали под нее клинья. Синтия видела, конечно, не сам вертолет, а отметку от него на электронной карте.

— Ничего хорошего, Черный Бык, я прошу разрешения отклониться от маршрута, проверить точку, примерно пять кликов от нас, направление на новембер-эхо. Я сейчас держу третий аппарат наведенным на точку, хочу проверить, что там.

— Сейчас…

Эфир донес сдавленный вздох Синтии.

— Что… там… это…

— Кажется, это труп, Синти. Надо проверить.

— Вызвать полицию?

— Да, вызови. Но мы успеем первыми…

Вертолет с грохотом прошел над землей, над небольшой поляной примерно в сотне футов от земли, заложил вираж, заходя на цель, как тяжелый штурмовик, правым, вооруженным бортом. Лопасти со свистом разгоняли гарь и смрад.