Совсем не прогрессор - Марик Лернер

Сашка прикрутил на место крышку, нажал кнопку и убедился в нормальной работе экрана. Появляющийся временами желтый цвет, исчезающий сразу после мощного хука, сразу наводил на мысль о нарушении контакта. Но это его мысль. А нормальный советский человек предпочитает лупцевать технику, не утруждая себя полетом этой самой мысли. Хорошо еще, не ногами, на манер автоматов с газводой.

Мысленно одобрительно погладил себя по голове. Молодец. Без приличного тестера нашел неисправность. Немного терпения — и все в лучшем виде. Давно пора поскандалить, требуя нормального набора инструментов. Сколько можно обходиться ножом и отверткой! Спасибо, хоть паяльник принесли.

— Стучаться надо, — недовольно попенял бесцеремонно ввалившемуся худому сутулому лейтенанту в очках с толстыми стеклами.

Тот молча сунул ему под нос удостоверение.

— Ну, наконец-то! — обрадованно вскричал Сашка. — А я совсем заждался. Тяпнешь? — Он пошарил под столом и достал бутылку из-под «Буратино».

— Водка? — падая на стул, спросил лейтенант.

— Спирт. Медицинский. Разве ж я могу предложить офицеру пошлую «Туркестанскую» за четыре двадцать пять? Нормальный человек эту пакость в рот не возьмет. А здесь точно разбавлено по рецептам незабвенного Менделеева. Собственными умелыми руками.

— Оптические оси протираешь? — внимательно наблюдая за процессом разлива по стаканам, поинтересовался лейтенант.

— Как водится. Должен я с трудов праведных что-то иметь?

— Откуда столько наглости? — откусывая от врученного ему куска, подивился лейтенант.

— Пусть «пиджака» подчиненные боятся. Давно универ кончил? Год? Меньше? Два года вместо трех — прекрасно, да от тоски взвоешь. Все проблемы на тебя валят. Осчастливили распределением в дыру, а наверняка не дурак. Одна радость — сидишь в Техцентре, а не по плацу бегаешь. Видел я вашего брата. Или пьют, или плачут. Пофигизм еще не проснулся?

— Можно подумать, где-то лучше.

— Правильно! Хорошо там, где нас нет. Вот я имел глупость вместо поступления напрямую в военкомат отправиться. И чего хорошего получил? Опыт жизни? Хочешь, поделюсь? Это очень просто. На войне убивают, зато нет муштры. И каждого насквозь видно. И все. А все остальное неизменно. Командиры — козлы, матобеспечение жуткое. Правда, с медициной хорошо. Конвейер наладили в лучшем виде. «Вертушка» села — уже ждет санитарная машина. В момент на операционный стол. Но уж лучше без этого. Каждый из солдат непременно хоть раз завыл: «Где были мои мозги, когда просился сюда!»

Лейтенант умело опрокинул в рот стакан и крякнул.

— Федор, — назвался, протягивая руку.

— Саша. Бутербродиком закусывай, — разворачивая жирную бумагу, предложил. — С колбасой и сыром. На выбор. Второй мне. Или по-братски? Тебе половину и мне половину.

— Режь, — согласился лейтенант.

— Серьезно, что ты мне сделаешь? Запретишь заниматься починкой — так самое худшее меня из здешнего заведения вышибут. На дворе ноябрь — и полечу я вольной птахой на все четыре стороны. Приказ Верховного главнокомандующего об увольнении в запас уже вышел. А солдат живет от приказа до приказа.

Он разлил еще.

— За знакомство! У меня список имеется, — выдвигая ящик стола и извлекая разграфленные страницы, сказал Сашка. — Что, когда, номер железки и все такое. Полный набор. Если потребуется, будет официальная печать. Оформишь как свою работу. Перевыполнение плана. И Техцентр от госпиталя получит за работу, ничего не делая.

— Может, я и «пиджак», — тщательно пережевывая кусок, ухмыльнулся Федор, — да вот подозрительно мне данное предложение. Тебе чего надо?

— Работа нужна, — сознался Сашка. — До конца лета по минимуму. И не за благодарность, а нормальная. Наверняка техник не лишним будет. Не все ж у вас военное, а накрайняк и допуск имеется. Порекомендуешь меня в кадрах. Зуб даю, буду послушно выполнять указания и бегать за пивом. Я очень хороший!