Конан и странники морей - Ник Эндрюс

— Удивительно, что вы, вообще, оттуда вышли живыми, — заметил мудрец. — Такая удача улыбается немногим счастливцам. Без помощи богов тут не обошлось. Даже наши предки, могущественные ахеронские колдуны, намучились с Горшасом. Когда-то это был самый северный кхарийский город. Он находился на перекрестке торговых путей и процветал. Колдун Тхен Схан превратил его в кладбище. А виной всему гордыня и властолюбие. После Великой Катастрофы пикты обнаружили развалины и занялись грабежом. Эти глупцы разрушили остатки стен, и злобные существа расползлись по лесу. Ахерон уже давно пал, и уцелели лишь немногие жрецы. Опасность угрожала всем, и они, рискуя собой, искали магические камни и устанавливали их на место. С тех пор прошли сотни лет. Воинственные кланы дикарей боятся даже приблизится к Горшасу.

Между тем, Устерикс прочитал над раненым какое-то заклинание и направился к Зебаху. Его нога тоже вызывала опасения, так что работы лигурийцу хватало. Закончился один флакончик с целебной мазью, и старец достал другой… Вскоре на тропе появились пятеро мужчин лет сорока. Они шли из деревни и несли в руках большие мешки и глиняные кувшины. Оставив свою ношу на поляне, и не сказав ни слова, местные жители поспешно удалились.

— Угощайтесь, — вымолвил Дивиатрикс. — Вам нужно подкрепиться, хорошо отдохнуть и выспаться. Путь предстоит длинный, а здесь отряд в полной безопасности. Мы делимся тем, что у нас есть.

Шемиты развязали мешки и высыпали на траву их содержимое. Мягкий, еще теплый, ячменный хлеб, сочные груши, крупные красные яблоки и какие-то синеватые овальные плоды, которых варвар никогда прежде не видел. На вкус они были кисловато-сладкие и превосходно утоляли жажду. Однако больше всего путешественников обрадовала сочная жареная оленина, ароматные тушки перепелов и кувшины со сладкой, пьянящей медовухой. Ничто так не снимает усталость, как хорошая выпивка. Сделав несколько глотков, варвар повернулся к старцам и добродушно заметил:

— А вы не страдаете от голода! Отличная еда, превосходно настоянный мед… Я бы с удовольствием погостил здесь.

— Это невозможно, — отрицательно покачал головой Дивиатрикс. — Завтра утром ваш отряд покинет наши земли. Сутки — это и так чересчур много. Вы можете внести в души простых людей смятение.

— Так значит, не все лигурийцы обладают силой? — произнес северянин.

— Все, — не лукавя, сказал старик. — Но силы у каждого разные. Только один из сотни может достичь нужного могущества. Потому старейшины и дорожат людьми. Наша независимость держится на волшебстве. Но далеко не многие способны достигнуть единения с Природой. Только слившись с ней, лигуриец познает мир. А свою силу мы черпаем в этих рощах.

— Как же богиня прощает вам охоту? — удивился Конан. — Ведь смерть животного нарушает естественный ход событий.

— А ты хитер, — снисходительно улыбнулся колдун. — Однако в твоих рассуждениях кроется одна серьезная ошибка. Мы тоже часть Природы и должны питаться. Люди, как хищники, убивают ради еды. В этом нет нарушения. Как и все, лигурийцы не чужды слабостям и порокам. Кто-то любит поесть, кто-то выпить, кто-то падок до женской красоты. Но с годами человек становится мудрее. Для старейшин племени главное — магия и защита деревни.

— Значит, ее никто и никогда не покидает? — уточнил киммериец.

— Это не совсем так, — с горечью проговорил волшебник. — Мы никого не держим, и каждый волен сам распоряжаться своей судьбой. Люди живут мирно, спокойно и счастливо, но изредка появляются отступники. Им хочется увидеть окружающий мир, посетить большие города, пообщаться с жителями Хайбории, попутешествовать по разным странам; некоторые мечтают о власти и богатстве. Этим глупцам кажется, что знание заклинаний поможет в достижении цели…

— Колдуну легче добиться успеха, — подтвердил варвар.

— Но не лигурийцу, — возразил Дивиатрикс. — Наша магическая сила — лес. Оторвавшись от его корней, отступники становятся слабыми, жалкими и беззащитными. Большинство погибает или нищенствует, некоторые возвращаются назад. Деревня с радостью встречает раскаявшихся. Они — пример для всех остальных. Гордыня заводит человека в тупик.

— Вы ничего не говорите о женщинах, — осторожно вставила Селена. — Они ведь тоже бывают волшебницами.

— Конечно, дитя мое, — старец дружелюбно улыбнулся. — Девушки учатся магии наравне с юношами. Однако потом у них появляется немало иных забот. Воспитание детей отнимает много сил и времени. Полного единения с Природой способны достичь только мужчины.

Устерикс закончил врачевание и тихо, не прощаясь, ушел. Его примеру последовал и Дивиатрикс. Путешественники остались одни. Они плотно поели, слегка опьянели от медовухи и легли спать. На маленькой чудесной поляне им ничто не угрожало. После суток сумасшедшего бегства, отчаянных схваток с врагами и земляными змеями, воины действительно нуждались в отдыхе.

Конан не стал даже выставлять охрану: толку от нее все равно никакого. Могущественные лесные колдуны, если захотят, уничтожат их без труда. Копья, мечи и стрелы бессильны против волшебства. Особенно, когда на стороне лигурийцев богиня Природа.

Голова северянина лежала на жесткой дорожной сумке, рядом — ножны с аквитанским двуручным мечом, чуть в стороне — лук и полупустые колчаны со стрелами. Киммериец не мог оторвать взгляда от лазурно-голубого неба. Над головой проплывали пушистые, легкие облака.

Они напоминали варвару удивительных чудовищ. Изогнутые спины, огромные головы, раскрытые пасти… к счастью, эти твари на людей не нападают. А какое разнообразие красок! Те, что чуть выше, сверкают белизной и даже слепят глаза, нижние имеют серый оттенок с легкой примесью синевы. Мир прекрасен! Это особенно ясно понимаешь, если недавно находился на краю гибели и чудесным образом ее избежал.

Старец прав, без помощи богов сегодня ночью не обошлось. Великий Кром не оставил его без покровительства даже здесь в Пустошах, где правит Джеббал Саг…

Веки варвара налились свинцом и медленно опустились.

… Конан проснулся от приглушенной речи. Резко поднявшись, он увидел, что большинство шемитов уже бодрствует. День клонился к закату, и диск солнца едва виднелся из-за горизонта.

Гостеприимные хозяева принесли обильный ужин и молча удалились. Селена осматривала «барсов». Девушка повернулась к киммерийцу и восхищенно сказала:

— Вот настоящий заживляющий эликсир! Куда моим неумелым снадобьям до него! Раны почти затянулись…

Результат лечения действительно впечатлял. Воин, который еще утром был на пороге смерти, сейчас сидел и жадно поглощал мясо с медовухой. На аппетит он явно не жаловался. Зебах бродил по поляне без малейших признаков хромоты.

— Отлично, — кивнул головой варвар. — Впереди у нас еще много испытаний. Рано утром отряд покинет это благословенное место.

Солнце окончательно спряталось за верхушками деревьев. На Пустоши опустилась липкая темнота ночи. Очертания дубов терялись в голубоватой дымке. Теперь северянин понял, почему их не пустили туда: чужаки могли нарушить гармонию священной рощи.