Костры на алтарях - Вадим Панов

Человеческий фактор. Он никогда не учитывается при планировании, но частенько играет. Или за тех, или за других.

«Сегодня повезло мне».

Дорадо допил пиво, знаком показал освободившемуся бармену: еще! – и взялся за меню. Выбор блюд не радовал, но подкрепиться стоило: слишком много сил осталось в Альпах. Пассажирам запретили покидать вагоны, в которых их застала проверка, и это было на руку Виму. И не только потому, что появилось время перекусить.

«Вряд ли эти придурки свяжутся с теми, кто работает в „моем“ купе. Слишком сложно для них».

Маленький глоток алкоголя, задумчивый взгляд в окно. Со стороны Дорадо выглядел обычным пассажиром, скучающим в ожидании отправления поезда.

«Хорошо, что полиция не умеет читать мысли…»

Вим знал, что поступил неправильно, что сделал ход, способный его погубить.

Он провалил операцию, засветился, убил полицейского, а значит, должен был сесть в другой поезд, тот, что направлялся в Анклав Цюрих. Он должен был навсегда бежать из Баварии, укрыться на независимых территориях, а после и вовсе уехать из Исламского Союза. Он опытный dd и хороший музыкант, у него есть деньги в банках Цюриха и Франкфурта, он не пропадет. Но Дорадо выбрал опасный Мюнхен.

Потому что он не проваливал операцию – его подставили.

И маленькая рыбка по имени Вим Дорадо разозлилась. Когда-то ему удалось расплатиться за смерть отца, теперь Дорадо жаждал поквитаться с собственными обидчиками.

Как говорится, если у тебя мало врагов, значит, ты ничего не достиг. Если у тебя много врагов – ты ничего не достигнешь. До сих пор прямых врагов у Дорадо не было по той простой причине, что никто из обиженных о нем не знал. Теперь, получается, появились.

Поезд тронулся, в окне поплыли станционные постройки, стоящие на перроне полицейские, ожидающие следующего поезда пассажиры… И Вим почувствовал, что улыбается. Искренне. Радостно. Он даже опустил голову, чтобы никто не заметил улыбки. Настроение улучшилось, его охватило возбуждение, прилив сил. И вызвано это было не только тем, что удалось обмануть полицейских.

Виму нравилось чувствовать себя мстителем.

* * *

территория: Европейский Исламский Союз

Мюнхен, столица Баварского султаната

если допустил ошибку, постарайся ее исправить

– Доложи обстановку, майор.

Обманчиво спокойный голос Аль-Кади не обманул Хамада. Аль-Гамби прекрасно понимал, что генерал в ярости, что шеф недоволен результатами и наверняка считает его виновником неудачи. Но Хамад по-прежнему заставлял себя не думать ни о своем положении, ни о карьерных перспективах. Он будет бороться до тех пор, пока не добьется победы. Или пока его не отстранят.

– Блокада территории продолжается, – спокойно произнес майор. – Просеиваем людей и одновременно ведем прочесывание местности. Результатов пока нет.

– Полагаю, ты все еще надеешься на успех?

Со времени перестрелки у дома Банума прошло больше трех часов. Территория блокирована, резервная группа вертолетов ищет преступников с воздуха, спецназ, усиленный тремя пехотными батальонами (их временно подчинили полиции по личному распоряжению султана) топчет Альпы.

И ничего. Ни единой зацепки.

Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы прийти к неутешительному выводу: преступникам удалось уйти.

– Чем ты сейчас занимаешься? – угрюмо осведомился генерал.

Хамад машинально оглядел убогую однокомнатную квартиру: продавленное кресло, дешевый коммуникатор на стене, распахнутый оружейный шкаф, снаряжение, над которым колдуют полицейские эксперты… Титапластовая дверь валяется в коридоре, спецназовцы не стали с ней возиться – взорвали, вышибив вместе с коробкой. Маскировка отличная: снаружи обшарпанный пластик, внутри прочнейшая броня. Надежная сигнализация, которую не успели блокировать машинисты. Хозяин квартиры знает, что его логово разорено, но Аль-Гамби это не смущало: против них действовал профессионал, а он, после всех сегодняшних событий, ни за что не придет по старому адресу. Скорее всего, он вообще не вернется в Мюнхен.

– Неподалеку от поместья Банума мы обнаружили брошенный мобиль преступника и через его бортовой компьютер вышли на дом. Здесь я и нахожусь.

– Нашел что-нибудь интересное?

– Увы… Жилище использовалось как конспиративная квартира. Небольшой арсенал, куча разной одежды и снаряжения, поддельные документы и незарегистрированный коммуникатор. Отпечатков пальцев нет. Соседи клянутся, что хозяин квартиры появлялся исключительно в наномаске. Мужчина. Среднего роста. Широкоплечий. Это все, что нам известно.

– Мобиль?

– Его заказали и оплатили через сеть. Со стоянки его забрал среднего роста широкоплечий мужчина в наномаске.

Круг замкнулся.

– Твои предположения, Хамад.

Покажи, какие выводы можешь сделать на основе столь малой информации, продемонстрируй, что способен держать удар и преследовать врага. И тогда, вполне возможно, тебя оставят руководить операцией.

– Я думаю, против нас действовал dd.

– Это мог быть любой наемник, – заметил генерал.

– Соседи показывают, что мужчина появлялся на квартире довольно часто, не реже раза в месяц. Здесь была его база, и, следовательно, с высокой степенью вероятности можно предположить, что он – житель Мюнхена.

Обычные наемники предпочитали действовать из Анклавов, выполняли контракт и прятались на независимых территориях. Соответственно, там же они хранили свое снаряжение.

– Перевертыш, – процедил Аль-Кади.

Так в Европоле называли людей, живущих двойной жизнью. Днем – добропорядочный член общества, ночью – разбойник с большой дороги. А раз перевертыш – значит, dd, только их отлаженная система позволяла подобным преступникам чувствовать себя в безопасности.

– Да, – подтвердил Хамад. – Перевертыш.

Генерал помолчал.

– А если это какой-нибудь бандит из местных?

– У наших преступников нет машинистов, способных взломать Оперативный центр.

– Триада?

– Требует проверки, но я не думаю, что китайцы рискнули бы так отбиваться. Они знают, что мы найдем ломщиков, и знают, что с ними сделаем.

Власти Баварии, как и остального Исламского Союза, выходцев из Поднебесной терпели, но спуску им не давали. Выполняя негласное указание султана, Европол использовал любой предлог, чтобы лишний раз надавить на чужаков.

– А у «темных собак» есть и исполнители, и высококлассные машинисты, и наглость, – закончил Хамад. – Я думаю, это они.

– Ты отдал приказ о поиске ломщика?

– Да, господин генерал.

– Я подключу к поискам военных и государственные корпорации. Твоих обидчиков будут искать все машинисты Баварии.