Обожженная - Кристин Каст

— Значит, они не умеют разговаривать?

— О Богиня, за что ты меня так наказала? Почему я должна общаться со слабоумной? Стиви Рей, почем я знаю, могут они разговаривать или нет? Это же мегамощная древняя магия! Кто знает, что они могут? Короче, для нас сейчас важно одно — найти дверь в Потусторонний мир. Старк не может этого сделать, оставаясь цивилизованным, современным и корректным. Ему нужно стать совсем другим, чтобы пробиться к Зои и защитить ее, не угробив и себя, и ее — в процессе. Короче, эта древняя религия может помочь ему это сделать.

— Теперь поняла! Мне кажется, в этом есть смысл. Понимаешь, когда я думаю о Калоне, то никогда не представляю себе современного парня, — Стиви Рей виновато замолчала, признавшись себе, что имеет в виду не столько Калону, сколько Рефаима. — И он действительно обладает этой грубой силой.

— И он сейчас действительно находится в Потустороннем мире, не будучи мертвым.

— И Старку нужно сделать то же самое.

— Умничка, начинаешь соображать. Так что беги, поговори с цветочками насчет быков и всего остального, — приказала Афродита.

— Уже бегу!

— Позвони, как только что-нибудь выяснишь.

— Ладно, конечно! Сделаю все, что смогу.

— Кстати, будь осторожна, — посоветовала Афродита.

— Вот видишь, ты тоже можешь быть лапочкой, — засмеялась Стиви Рей.

— Не торопись пичкать меня клубникой со сливками, подлиза. Лучше скажи, с кем ты запечатлелась после того, как мы с тобой расстались?

Стиви Рей оцепенела.

— Ни с кем!

— Значит, с кем-то совершенно неприемлемым. Так я и думала. И кто он? Какой-нибудь лузер из красной шпаны, которую ты до сих пор пестуешь в туннелях?

— Афродита, я тебе, кажется, ясно сказала — ни с кем я не запечатлевалась!

— Ага, значит, все еще хуже. Видишь ли, простота деревенская, одним из ценных качеств, которые я приобрела, став настоящей Пророчицей — кстати, это такой геморрой, что лучше тебе не знать! — стало умение слышать без помощи слуха. Короче, я просто знаю некоторые вещи, вот и все.

— Я тоже знаю одну простую вещь — ты спятила, вот и все!

— Повторяю — будь осторожна! От тебя исходят очень странные вибрации, Стиви Рей. Они говорят мне, что ты, похоже, в большой опасности.

— Мне кажется, ты все это выдумала, чтобы прикрыть свое сумасшествие!

— А мне кажется, что ты что-то скрываешь. Как обычно. Так что давай останемся каждая при своем мнении.

— Отлично! Я бегу беседовать с цветочками и коровками. Пока, Афродита!

— С бычками, деревенщина. Пока-пока.

Все еще мрачно хмурясь после разговора с Афродитой, Стиви Рей распахнула дверь в коридор и едва не врезалась в Крамишу, приготовившуюся постучаться в ее дверь. Обе от неожиданности так и отпрянули друг от друга, а потом Крамиша покачала головой и сказала:

— Не надо так поступать, сестренка. А то кто-то, вроде меня, может решить, будто ты чокнутая. Совсем без крыши, то есть.

— Крамиша, о чем ты говоришь? — взвилась Стиви Рей. — Если бы я знала, что ты за дверью, разве я стала бы подпрыгивать, когда ты ее открыла? И кто из нас после этого ненормальный? Видит Богиня, что не я!

— Говори за себя, девочка. Я-то себя знаю. Со мной все в ажуре, сестра. А вот ты дергаешься, как уж на сковородке.

— Спасибо, что напомнила о сковородке, Крамиша! Если ты забыла, то два дня назад я едва не поджарилась на чертовой крыше вокзала! Наверное, это дает мне право выглядеть, как полное дерьмо!

— Зачем виляешь, сестренка? Разве я намекала, что ты выглядишь, как дерьмо? — спросила Крамиша, задумчиво склонив голову набок. Сегодня на ней был короткий ярко-желтый парик и блестящие желтые тени в тон. — Честно говоря, вид у тебя вполне нормальный — вся розовая такая, как и положено здоровым белым людям. Немного косишь под молочных поросяток, они такие же розовенькие.

— Крамиша, от тебя с ума можно сдохнуть! Что ты несешь?

— Я говорю, что выглядишь ты хорошо, а вот ведешь себя — прямо полный атас! И тут, и вот тут, — добавила Крамиша, ткнув пальцем в голову и сердце Стиви Рей.

— Просто у меня сейчас куча проблем, — пробормотала Красная Верховная жрица.

— Ну да, это я знаю. Зои в полной отключке, и все такое, но это не повод распускаться, сестричка.

— Я стараюсь.

— Старайся получше. Ты нужна Зои. Я знаю, ты сейчас не можешь быть с ней, но у меня такое чувство, что ты все равно можешь ей чем-то помочь. Так что бери себя в руки и включай голову.

Сказав это, Крамиша так пристально посмотрела в лицо Стиви Рей, что та едва удержалась, чтобы не отвернуться.

— Я постараюсь, — только и смогла выдавить она.

— Отвечай, ты задумала что-то крышесносное?

— Нет! С чего ты взяла?

— А с того, что это про тебя, — Крамиша протянула ей листок, вырванный из ярко-красного блокнота, испещренный ее характерным почерком, представлявшим собой смесь прописных и печатных букв. — И мне кажется, что это полный привет.

Стиви Рей нетерпеливо вырвала у нее бумажку.

— Ох, божечки, неужели нельзя было сразу сказать, что ты принесла мне свое стихотворение?

— Я к этому и вела, — ответила Крамиша и, скрестив руки на груди, привалилась спиной к двери, ожидая, пока Стиви Рей прочитает стихотворение.

— А тебе, случайно, совсем нечем заняться?

— Нет. Ребята обедают. Все, кроме Далласа. Они с Драконом тренируются в фехтовальном зале, если тебе интересно. Официально школьные занятия еще не начались, так ума не приложу, зачем Даллас так из штанов выпрыгивает. Но это его дело. Прочти стихотворение, жрица. А я тока тут зависну.

Стиви Рей подавила разочарованный вздох. Стихотворения Крамиши всегда были очень запутанными и иносказательными, но при этом, несомненно, пророческими, поэтому у Стиви Рей громко заурчало в животе, словно она наелась сырых яиц натощак.

Нехотя она перевела глаза на листок и начала читать:

У Красной союз со Светом

Опоясав чресла, как встарь,

Она выйдет на бой беззаветно,

Ради дружбы взойдет на алтарь.

Тьма кроется в разных обличьях

Попробуй ее узнать

В цвете зверя и в облике птичьем,

В том, что душу пускает вскачь.

Но никто не уйдет от расплаты,

И придется выплатить долг.