Наследники тьмы - Урсула Цейч

— Ты сошел с ума?

— Нет.

— Значит, они сдвинулись? — Орим показал пальцем на Горена и Звездный Блеск.

Бульдр покачал головой. Хозяин откинул назад длинные косички и показал вниз, в направлении бочки:

— Тебя свел с ума этот пьянчужка, верно? Бульдр, сколько тебе лет? Еще пятьдесят лет назад я говорил тебе, что он болтает ерунду, просто он любитель сочинять сказки!

— Ничего подобного. — Бульдр повернулся к друзьям: — Этот пьянчужка, я хотел сказать Альдридж, писал стихи, был поэтом! Прекрасным поэтом и самым известным рассказчиком во всем Виндхолме. Когда он выступал, его слушали все, ради него приходили из самого Гримварга!

Орим потер руки:

— Ну вот, сам же говоришь!

— Прекрати, Орим, ты прекрасно знаешь, что Альдридж не всегда был таким. И многие из рассказанных им историй — чистая правда! — возразил Бульдр.

— Что произошло? — поинтересовался Горен.

Хозяин заморгал, как будто в глазах у него проснулись слезы.

— Женщина, — прошептал он почти беззвучно. — Несколько секунд он видел женщину, когда она проходила во дворце мимо открытого окна, и лишился рассудка. Десять лет подряд он исполнял для нее песни, которые смягчили бы камень. Развалились целые дома, честно, потому что не могли ему противостоять! Но она его отвергла. С тех самых пор… он пьет. Жалко до слез.

— Да, его действительно стоит пожалеть, — пробормотал Бульдр. — А ведь раньше был такой приятный, симпатичный парень, в отличие от Орима.

Хозяин, видимо, едва сдержался, чтобы не залепить ему пощечину, но вспомнил тему, которая интересовала его гораздо больше.

— Что заставляет тебя верить, что Серебряное Пламя еще существует?

— Я нашел запись в одной старой книге, которая находится в Шейкуре…

— В Шейкуре? О мои вечно растущие косички, ты был в Шейкуре?

— Да. Вот этот самый Горен — внук правителя крепости. А Ур мне сказал…

— Ур? Какой Ур? Дракон? Ур, пращур?

— Точно.

У Орима пересохло в горле. Он схватил кружку Бульдра и вылил содержимое себе в рот.

А потом направил палец, словно копье, в сторону девушки:

— А ты кто такая? Благословенная дочь Нора, о которой никто до сих пор не знал?

— Я просто Звездный Блеск, — холодно ответила она.

Бульдр схватил своего друга за плечи и потряс:

— Эй, Орим, слушай и не крутись. Поверь мне, там, за стенами твоего постоялого двора, за стенами Виндхолма существует огромный мир! Там на самом деле происходят истории, которые нам рассказывал Альдридж! Можешь ты наконец подумать о чем-то, кроме своих кастрюль и выручки! Каждый день ты слышишь от своих гостей эти и похожие рассказы, не можешь же ты просто так от них отмахнуться!

— Да я и не отмахиваюсь. — Орим покашлял. — Но согласись, все, что ты мне сейчас сказал, это не то, что бывает каждый день. Я помню, как ты не сводил глаз с губ приятеля, щеки у тебя краснели, а сердце билось сильно-сильно. Ты всегда был романтиком, поэтому мне трудно поверить, что… именно ты…

— Ищущий приключений обязательно их найдет, — перебил его Бульдр. — А теперь серьезно: где бы я мог найти сведения о местонахождении доспехов Серебряное Пламя?

Орим встал.

— Не на этом постоялом дворе, разве что ты порасспрашиваешь моего пьяного братца, который за последние несколько лет не сказал ни одного разумного слова. Самое простое было бы, конечно, спросить у Гламриха, впрочем, стоп! — Он неожиданно треснул себя по лбу. — Лет уже этак сто назад он куда-то пропал, не исключено, что он мертв. Какая досада! — Качая головой, он пошел вниз по лестнице.

— Друг моего отца обеими ногами стоит на земле, — извиняясь, пояснил Бульдр.

— А что с твоей семьей, Бульдр? — спросила Звездный Блеск. — Ты же рассказывал, что она живет здесь. Ты их не навестишь? Не станешь просить о помощи?

Бульдр почесал бороду. Молча.

Звездный Блеск положила пальцы на его руку.

— Бульдр, — мягко сказала она. — Твой отец давно уже смирился с потерей корабля и товаров. Но не с утратой сына. Сходи к нему.

Бульдр покачал головой:

— Я не могу прийти и тут же снова уехать. Не могу так поступить с матерью. — Он поднял глаза. — Она — единственная женщина, которую я когда-либо видел. Она прекрасна. Замечательна. Мне мало одного мгновения, чтобы на нее посмотреть. Я этого не выдержу. Это разобьет ее сердце, да и мое тоже. — Он приподнял кружку. — Она очень хорошая, я вам уже рассказывал. Уже не молода, конечно, но очень красива. — Он постарался взять себя в руки. — А сейчас я примусь за Альдриджа. Увидишь, Горен, еще до утра я узнаю, где именно нам искать. Доверься мне.

— А что пока делать нам?

— Не привлекать внимания. Используйте время, чтобы выспаться, кто знает, что ждет нас дальше. Планы обсудим завтра утром за едой.

— А что с нашим багажом? — вспомнил Горен.

— Вещи давно у вас в комнатах, Орим очень внимательный. И ключи от комнат тоже у него.

Бульдр встал.

— Пожелайте мне удачи. До завтра.

Он пошел вниз к Альдриджу, который все еще сидел, съежившись, на бочке и вовсю храпел. Бульдр весьма невежливо растолкал его и поднял на ноги. А потом они оба исчезли.

Пока не стемнело, Звездный Блеск с Гореном прогулялись по Виндхолму.

— И правда нигде не видно женщин-гномов, — признал, наконец, молодой шейкан. — Получается, замужних дам они держат взаперти.

— В этом нет ничего удивительного. У норканов тоже принято, чтобы женщины жили замкнуто. Я ни разу не видела жену моего отца выходящей из дому.

— Она спокойно относилась к твоему наличию?

— Конечно. Вообще-то мы жили в соседнем доме, мама и я, как рабы. Ей приходилось выполнять тяжелую работу, а я стала ей помогать, как только научилась ходить.

— Значит, разница огромная, — заметил Горен. — Гномы женятся по любви, а норканы никогда так не делают.

— Любви нам не дано, ты же знаешь, и тому есть причина, — возразила Звездный Блеск. — Посмотри на Крэйга, что с ним стало только потому, что он выступил против.

— Да? По-моему, из него получился настоящий герой. Я восхищен его готовностью отойти от строгих правил и традиций своего народа, чтобы учиться и развиваться. Это был его собственный, свободный выбор. — Горен покосился на Звездный Блеск. — Жизнь без любви, Звездный Блеск, что это? Я бы ни за что не вступил в связь с женщиной просто так. Не знаю, почему тебе это нравится… Нет, по-другому, я могу себе представить, наверное, в какой-то степени могу даже понять. Но это все равно неправильно.

— Да что ты говоришь? — Она резко остановилась и чуть не испепелила его взглядом. — Объясни поподробнее.