Евангелие от Зверя - Василий Головачев

Таким образом Смышляев потерял людей и не мог ничего сказать о характере феномена, кроме того что поляна является источником какой-то силы, заставляющей людей воспринимать реальность искаженно.

Поговорив с ученым, выглядевшим разбитым и больным, Гнедич отправил его в клинику конторы в Гнездниковском переулке, встретился с лейтенантом Сидоровым, имевшим довольно обескураженный вид, и после беседы с ним отправился с докладом к начальнику УИБ.

Генерал Сколотов встретил его кивком, разговаривая с кем-то по «красному» телефону, то есть не с «кем-то», а, естественно, с Директором, рукой указал на стул. Сказал дважды «да» и «так точно!», добавил «сделаем, Глеб Иванович», — и положил трубку. Глянул на подполковника поверх очков.

— Ну, Юрий Дмитриевич, чем порадуете?

— Ничем, — со вздохом признался Гнедич. — Со всех сторон провалы. Вернулся Смышляев с Ильмень-озера…

— Это я уже знаю. Пошли туда вторую группу, с усилением. Поляночка эта очень перспективная, есть за что зацепиться нашим парапсихам, чтобы выйти на новые технологии психотроники. Ты как полагаешь?

— Но прежде надо найти пропавших без вести парней.

— Это уже не наша забота. Я доложил «папе» о случившемся, он обещал подключить к поиску сидящих в том районе контрразведчиков.

«Папой» негласно звали Директора ФСБ, хотя был он еще молод и опытом работы в организации такого уровня не обладал. Возможно, старые чекисты дали это прозвище в насмешку.

— Что-то случилось?

— В Новгороде и вокруг всего Ильмень-озера стали исчезать молоденькие девушки в возрасте восемнадцати лет. Трое внезапно умерли, не исключено — убиты, еще восемь исчезли, пропали без вести.

— Это еще что за напасть такая? Да еще именно там, где мы обнаружили аномальные зоны.

— Вот именно, Юрий Дмитриевич, меня это совпадение тоже озадачило, хотя связи я никакой не вижу. Тем не менее «папа» посоветовал нам пока свернуть все работы в Новгородской губернии. Как ты думаешь, в связи с чем? Ведь не из-за пропажи девиц на самом-то деле.

— Не знаю, — пробормотал Гнедич. — Но вокруг Ильмень-озера началась какая-то странная свистопляска. Об исчезновении девиц я не знал, но этот факт укладывается в цепь необычных происшествий, одним из которых стала пропажа сотрудников ИП-отдела. Кстати, и с ИП-отделом тоже не все ясно, такое впечатление, будто кого-то вдруг заинтересовала его деятельность.

— Что ты имеешь в виду?

— Совершенно случайно я оказался посвященным в планы известного нам великого путешественника и авантюриста…

— Ильи Пашина. При чем тут он?

— Моя жена пригласила его вчера на день рождения, они знакомы много лет, и вот что рассказал Пашин. — Юрий Дмитриевич поведал генералу историю с поездкой Ильи на озеро Ильмень. — Что скажете?

— М-да! — крякнул Сколотов, помяв мясистый загривок мощной ладонью. — Час от часу не легче. Ни о Мороке, ни о камне с мордой черта я никогда прежде не слышал.

— Я тоже.

— А твоя жена что говорит? Она же специалист по славянской мифологии.

— Она говорит, что Морок — древний демон смерти, слуга Чернобога, страж какой-то подземной Башни, повелитель преисподней. Но и она не слышала, чтобы когда-нибудь на Руси создавали храмы Морока.

— Вот видишь, ерунда какая-то получается. А с другой стороны, надо бы все проверить, вдруг найдется рациональное зерно. Да и камень этот интересен. Что предлагаешь делать?

— Я думаю, лучше всего не мешать Пашину, отдать инициативу в его руки. Пусть действует, ищет, а мы будем наблюдать за поисками и подключимся в нужный момент, когда увидим результат.

— Хитро… хотя в принципе решение, наверное, близко к оптимальному. Только я бы все же дал ему нашего сопровождающего, для прямого контроля.

— Зачем? Если разрешите, я сам с ними пойду, подозрений будет меньше, да и Пашин просил содействия. Скажу, что разрешения на материальную поддержку мне не дали, но в отпуск отпустили.

— Хорошо, — подумав, кивнул генерал. — Однако группу сопровождения за вами я все же пошлю. Если камень обладает хотя бы долей тех свойств, что ему приписал Пашин, ему цены нет. Нельзя пускать на самотек ни одну попытку его поисков.

— Он открывает вход в иные реальности, поэтому его еще называют Вратами.

— Ну, в «другие реальности» я не очень-то верю, но если он действительно обладает энергоинформационным воздействием на человека, то мы разом решим все наши проблемы по разработке «психонавигатора», над которым с остервенением бьется наш ИП-отдел. И все-таки мне непонятно, каким образом у жрецов храма произошла утечка информации. Откуда ваш знаменитый авантюрист-путешественник узнал о Лике Беса?

— Вы прослушали, Михаил Юльевич, я говорил. Ему прислали письмо. — Гнедич еще раз рассказал о получении Пашиным письма от Марии Емельяновны Савостиной. — Мы только что проверили, такая бабка действительно жила в Парфино, но несколько дней назад умерла.

— Почему?

— Судя по всему, ей кто-то помог уйти в мир иной. Видимо, охрана камня все же существует… вопреки нашему скепсису, и боюсь, на ее нейтрализацию сил у Пашина не хватит. Нам придется взять в команду кого-нибудь из оперов высокого класса.

— Твой Сидоров справится?

— Он еще молод и слишком впечатлителен. — Гнедич нахмурился, нервно побарабанил пальцами по столу, поднял на генерала глаза. — Михаил Юльевич, у нас еще одно ЧП. Исчез старший научный сотрудник ИП-отдела капитан Висковатый.

— Это маленький такой, серенький, незаметный?

— Протеже «папы».

— Что значит — исчез? Уехал, сбежал за границу, умер?

— Ни то, ни другое, ни третье. Он и раньше не появлялся на работе по три-четыре дня, а тут прошла неделя…

— Поищите его дома, у друзей, у родственников.

— Поискали, — тихо проговорил Гнедич. — Его нигде нет! И дома, в котором он якобы жил на Таганке, тоже нет. Не существует! Не только квартиры — целого дома! Хотя я лично проходил мимо него не один раз.

Генерал посмотрел на Юрия Дмитриевича, которого знал давно, как на больного.

— Что ты такое говоришь, подполковник? Как может исчезнуть целый дом?

— Это еще не все. — Гнедич закурил; пальцы его вздрагивали. — В журнале регистрации исчезли все его росписи! Там теперь пробелы.

— Что?! — не поверил ушам начальник управления.

Юрий Дмитриевич криво улыбнулся.

— Мало того, в кадровом компьютере исчезли все данные на него. Мы не можем найти ни одной ссылки на капитана, ни одной строчки информации, а главное — такого человека по рекомендации «папы» ни один наш институт не присылал.

Генерал с шумом выдохнул воздух, откинулся на спинку стула, снял и протер очки, разглядывая хмурого Гнедича, подумал и налил себе в стакан воды из сифона, залпом выпил.